Цитаты из книги Время предательства

...он слепил снежок, подбросил его в воздух, и Анри, подпрыгнув, ухватил комок снега и в очередной раз удивился, когда тот растворился в его пасти. «Никакой обучаемости», – посетовал Гамаш. Но тут же понял: Анри уже знает все, что ему нужно. Он знает, что его любят. И сам умеет любить.

Мы динозавры, и метеорит уже упал на землю.

Скучная книженция. Разговор в основном об авторе. Ненавижу людей, которые считают себя центром мироздания.

Люди обычно приходили в мой кабинет, когда у них что-то случалось. Когда кто-то умирал или предавал их. Когда предмет их любви не отвечал им взаимностью. Когда они теряли работу или разводились. Когда происходило что-то из ряда вон. Но на самом деле случившееся с ними было лишь катализатором, тогда как сама проблема почти всегда оказывалась крохотной, старой и незаметной.

Наркомания - страшная вещь. Она крадет у человека здоровье, друзей, семью, карьеру. Рассудок. Похищает душу. А когда больше ничего не остается, то забирает жизнь.

- Какой самый верный способ уничтожить человека? - Сначала ты завоевываешь его доверие, а потом предаешь.

Я слышала прочнее всего то, что было сломано.

- Наши отношения будто не мертвы, но в то же время и не живы. - Вы скучаете? - Беда в том, что я его люблю. Я просто хочу знать, ззакончен ли наш брак и не пора ли начинать жить по-новому, или же его ещё можно возродить. - Я думаю, вам нужно попробовать жить так, будто вы сами по себе. Если он вернётся и вы почувствуете, что жить с ним лучше, - прекрасно. Но вы будете знать, что вы самодостаточны.

Мысль была далеко не рациональная, но ведь и родилась она не в голове.

...одно чудо хуже, чем вообще никаких чудес.

Она приехала сюда самодостаточной городской женщиной, а теперь, засыпанная снегом, сидела на скамье рядом с сумасшедшей старухой, и колени ей согревала утка.

Стояла идеальная зимняя ночь. Не слишком холодная. Безветренная. Снег продолжал падать, но ослабел. И Гамаш подумал, что до полуночи снегопад прекратится вовсе. Он откинул голову назад, открыл рот и ощутил на языке крупные снежинки. Не слишком твердые. Не слишком мягкие. Такие, как надо. Он закрыл глаза и почувствовал, как снежинки падают на веки. Словно крохотные поцелуи.

Она чувствовала себя в безопасности, однако оставалась несчастной. И хотела быть несчастной.

Насколько же ужасной должна быть проблема, чтобы человек захотел броситься в ледяную воду или в лестничный пролет, ища спасение в смерти?

Высокий человек и низенький, похожий на колобка. Они напоминали разорванный восклицательный знак.

Я просто хочу знать, закончен ли наш брак и не пора ли мне начинать жить по-новому, или же его еще можно возродить

Невозможно было объяснить, насколько привлекательным выглядел дом для уставших странников в конце дороги.

Как человек, привыкший к страху, он знал, что очень опасно позволять страху брать верх. Страх искажал реальность. Поглощал её. Создавал собственную реальность.

Клара Морроу не принадлежала к тем женщинам, которые любят заниматься домашним хозяйством. Она любила волшебство. Превращение воды в пену. Грязной посуды - в чистую. Чистого холста - в произведение искусства. Она любила не столько изменения, сколько метаморфозы.