Цитаты из книги Зелёная миля

Джон смотрел на меня своими странными глазами - налитыми кровью, отстраненными, влажными от слёз...но и спокойными.Он словно говорил, что слёзы на глазах не такая уж и беда, если к этому привыкаешь.Он даже чуть улыбнулся.От него пахло мылом, он был свеженький и чистенький, как младенец после вечернего купания.

А ваше дело - убраться отсюда, прежде чем я поступлю с вами так, как следует поступать с тараканами, пусть из рода человеческого.

«...у каждого из нас своя Зеленая Миля...»

Крыса, загнанная в угол, тоже не сдается.

Только Бог может прощать грехи и прощает их, смывая предсмертной кровью своего распятого Сына, но это не снимает с его детей обязанности каяться в этих грехах (и даже в простых ошибках и заблуждениях) при первой возможности.

Ван Хэй включил на третью, и Вождь опять подался вперед, слегка качаясь из стороны в сторону в волнах электрического тока. На этот раз доктор, послушав его, кивнул. Все было кончено. Мы в очередной раз успешно справились с разрушением того, что не можем создать.

— Я работал на своего рода Этаже Смерти.
— Я знаю…
— Только мы называли его Зеленая Миля. Потому что линолеум на полу был зеленый.

— Ты, мистер Ховелл и другие боссы хорошо относились ко мне, — сказал Джон Коффи. — Я знаю, ты очень переживаешь, но теперь можешь не переживать. Потому что я сам ХОЧУ уйти, босс.

Writing is a special and rather terrifying form of remembrance...

Иногда то, что происходит, кажется мне кошмаром, от которого я никак не могу проснуться. Но это жизнь, Джон. И в ней бывает очень больно.

Я устал оттого, что люди жестоки друг к другу. Это похоже на осколки стекла в моих мозгах.

Удовольствие, доложу я вам, ниже среднего.

Благодарю тебя, Господи, за маленькие благодеяния.

Да ладно, не судите, да не судимы будете, как учит нас Библия, вот и мне хватит ворчать.

Ты думаешь, он заболел? — спросил Гарри. — Может, сходил к врачу и выяснил, что жить ему осталось два понедельника?

Электрический стул остается электрическим стулом, даже если рубильник и не включен.

Я устал босс, очень устал

«все, что происходит на миле — остаётся на миле. это закон»

Большинство опасных преступников, приговоренных к большим срокам, пожизненному заключению, смертной казни, — страшные сладкоежки, и Уэртон не был исключением из общего правила.