Цитаты из книги Дитя бури

Люди обращают внимание на твои поступки лишь тогда, когда ты придаёшь им слишком большое значение.

- Моих котов зовут Смерть, Голод, Мор, Война и Мистер Усатик.

• Ты назвал их именами всадников Апокал... Погоди, а при чём тут Мистер Усатик?
• Ну так всадников-то было всего четыре.

Забавно, когда кто-то говорить тебе «не делай», ты неизбежно сделаешь все наперекор.

- Ах, милая моя, если бы было можно, я бы давно задушил кое-кого из своих дворян, вместо того, чтобы выслушивать их идиотскую болтовню.

• Тогда в чем радость быть королем?
• Да я и сам толком не знаю. Может, в еде?
• Ты абсолютно все сводишь к шутке.
• Жизнь слишком жестока, чтобы отвергать юмор.

Сев за стол, я высыпала на него свежекупленный пазл. Картинка на коробке сообщала, что у меня должен получиться лежащий на спине котёнок, играющий с клубком шерсти. Моя любовь к пазлам стояла в одном ряду с пижамами по странности, но они меня успокаивали.

- Вы пахнете жизнью, кровью и сексом. А еще фиалками. Вы-болезненное напоминание обо всем том, к чему я не когда не вернусь.-Тут Вулузиан замолчал и задумался.-звпаз секса явно сильнее, чем обычно. Моя повелительница была... Занята делом?
-Да ты никак пошутил?

– Боже, я попала в чертовы «Хроники Нарнии».
– Уверен, это было бы великолепным сравнением, если бы я только понимал, о чем идет речь.

Стоило оно того? Вы не можете обрести магические силы в мире, где магия убита. В итоге ваша жизнь стала значительно короче нашей. Вы перестали верить в чудеса, полностью уверившись, что все происходящее можно доказать цифрами и фактами. Скорее всего, не люди стали богами, а ваши машины.

Война - такая штука, что важнее то, кто победил или проиграл, а не то, кто прав или виноват.

Мы все одиноки, что бы ни пелось и ни говорилось в историях со счастливым концом. Но, по-моему, все дело в том, рядом с кем мы останемся одинокими.

— Хорошо, и еще кое-что…
— Да?
Повисла долгая пауза.
— Ну, я не совсем уверена, верно ли я расслышала ту часть сообщения. Мне показалось ты сказала, что тебе нужно платье…
— Да, мне действительно оно нужно.
Молчание.
— В чем дело? Разве я не оставила тебе свой размер?
— Да, оставила, просто… платье? Понимаешь, ты и раньше просила меня достать довольно странные вещи, я до сих пор переживаю из-за той истории с нитроглицерином, но это хотя бы было похоже на тебя.

Везет же мне на потусторонних извращенцев и их фетиши! Сначала эксгибиционист, потом садомозохист, а теперь еще и вуйерист!

Я не видела, что произошло у него за спиной, но услышала над собой громкий шмяк.
– Ты использовал магию, чтобы запустить в меня камнем? – воскликнул Эзон с почти комическим изумлением.
– Ничего подобного, – услышала я вежливый ответ Дориана. – Никакой магии. Я просто кинул его.

Конечно, я не законченная социофобка, но зачастую мне трудно взаимодействовать с людьми. Говорить перед толпой народа- настоящяя пытка. Даже беседа тет-а-тет- жто проблема. Ни детей, ни домашних животных, которыми можно похвастаться, у меня не было, а обсуждать события вроде тогр, что произошло в Лас-Крусесе, я явно не могла.

Я с сомнением попыталась связаться с собственными мускулами. Они сообщили, чтобы я шла к черту и оставила их в покое.

Я прошла дальше и присела возле небольшого стеллажа с книгами. Дж. Р. Толкинг, К. С. Льюис, Дж. К. Ройлинг и новые, новые заголовки всяческих фэнтезийных романов. Алтарь эскапизма.

Мне никогда не понять, что притягивает двух людей друг к другу; с таким же успехом можно пытаться постичь Вселенную. Ты не можешь измерить ни первое, ни второе.

Если начинается война, то, увы, в конце её не важно, кто прав, а кто виноват. Главное - кто победил, а кто проиграл.