Отзывы о книге Стезя смерти

Первая часть настолько захватила мой ум, сердце и печень, что причин откладывать вторую не было вообще. Итак, нас ждет еще больше страниц, еще больше расследований и еще больше драмы. Не исключаю, что кому-то может показаться немного скучнее из-за растянутости сюжета, но я уже влюбилась окончательно и бесповоротно, к тому же события приобрели тенденцию в самые неожиданные моменты делать кульбиты и угрожать нешуточно опасными перспективами и без того не слишком мирной жизни начинающего инквизитора.

Первая книга была очень динамичной: Курта забросило по распределению в какую-то мухосрань, где он тут же вляпался в расследование по самые ушли. И вот идет это расследование, временами перемежаясь мыслительным процессом, так что по сути перед нами одно голое действие, мы лишь в общих чертах узнаём о жизни главного героя. Вторая книга уже замороченнее. Если вам показалось странным, что свежего выпускника Конгрегации сразу же пустили в расход без обкатки, но вы забили на это ради интересного сюжета, то сейчас, наконец, узнаете, почему так случилось и к чему это привело. Курта во избежание новых подвигов отправили младшим помощником степлера в город Кёльн – в спокойной обстановке набираться опыта и залечивать свою пострадавшую психику. Естественно, он тут же опять вляпался во все тяжкие – в этом никто даже не сомневался.

А теперь по пунктам, что в книге интересного: • Наконец-то станет ясно, в чем именно альтернативность этой альтернативной истории, с какого момента всё пошло иначе. Отличия, причины, особенности возникновения Конгрегации. • Станет ясен точный жанр цикла. Я уже говорила, что от наличия или отсутствия магии будет зависеть всё. И мы узнаем, есть ли здесь магия и за настоящими ли ведьмами гонялась инквизиция или же за нечестивыми делами скрывались обычные преступники. • Еще больше первобытной криминалистики. Разные интересные факты о физиологии, пытках, ядах и прочем. И есть самое настоящее вскрытие – в перчатках, что совсем уж фантастика. • Мы еще больше узнаем о долбанутом внутреннем мире Курта, причем, через любовную линию, что весьма показательно. Почему это так показательно – узнаете сами, но автор в этом плане приятно удивляет.

Самое главное, что нельзя не упомянуть отдельно и что привлекает внимание в первую очередь – это сам город Кёльн, а точнее, средневековая студенческая культура. Психологически всё это к реальности имело весьма мало отношения, и внезапный феминизм – не последнее тому подтверждение, но тут надо немного с другого конца подойти. Студенческая жизнь – это что-то с чем-то во все времена, а тогда студенчество запросто могло быть вполне себе профессией со всеми сопутствующими заморочками, и приплюсуйте к этому незавуалированный стёб над современностью. Потому что, простите, средневековый ксерокс просто пробил меня на хаха.

Если же говорить в целом, то продолжение чуть меньше держало в напряжении динамикой, но зато здесь нехилый саспенс от осознания, в какую глобальную еретическую задницу Курт вляпался. Масштабы всё расширяются. А еще мне кажется, автору совсем хорошо стало удаваться изображение нестабильного психического состояния героев. Когда сам полкниги за них психуешь – поневоле не заскучаешь. Пока сделаю небольшой перерыв, дабы не пресытиться, а потом обязательно продолжу. Чудится мне под конец война эпических размахов и апокалипсис. Бедняга Курт, наверняка он еще со своей мигренью окажется каким-нибудь избранным и должен будет спасти мир от очередного Мордевольта. Собственно, я на меньшее уже и не согласна.

Следователя инквизиции Курта Гессе отправляют служить в Кельн. Прямой ассоциации со средневековьем искать не стоит. Магия в реальностях книги существует не только как эфемерный предлог сжечь на костре. В книге присутствуют реальные маги, ведьмы, боги, которым они приносят жертву, чем увеличивают свою магическую силу. Но книга больше о внутренних переживаниях главного героя, о долге и извилистой линии принятия решения, граничащей с возможностью предательства. Путь ума извилист, он найдет оправдание любой подлости. Курту предстоят не простые решения, встающие не перед каждым человеком. В нем происходит борьба ума, чувств и принципов.

Автор детально описывает все обстоятельства связанные с принятием решения, всю взаимозависимую картину, чтобы читатель смог оценить переживания и решения главного героя. Решения обычного человека в этих случаях эгоистичны. Человек выбирает главное для себя, откидывая и приуменьшая всё, что ему не выгодно. Курт, принимая решения, идет по стезе смерти, в том числе и личного «я». Если в прошлой книге он был подвержен физическому огню, в этой книге, в какой-то степени огонь испытал душу Курта. Следователь игнорирует многие человеческие ценности, переходя в область сверхчеловека, часто поругаемую и неприемлемую большинством. Решения Курта математически точны, но основаны они не только на физических фактах, в формулу также вводятся долг, любовь, справедливость… и исключается, не побоюсь этого слова, эгоизм, причем не только свой, но и других. И это новая грань вечного вопроса: «Тварь дрожащая или право имею?»

Большинство персонажей книги мною видятся чисто условно, символически, они как дополнения главного героя, выражающие части единой личности, ее взгляды, иногда сомнения. Перед читателем разыгрывается художественно поставленная жизненная ситуация. Герои и детали не так важны, важно сопереживание и сопрохождение читателем одного из человеческих барьеров. Пример выхода из возможного тупика. И здесь важен не только факт действия Курта, а еще осознанность, включающая комплекс всего окружающего, все детали, того что мы наблюдаем и откуда зарождается решение.

По-другому, взаимоотношения Курта с персонажами, это взаимоотношения с самим собой. Это касается также его отношений с любимой женщиной Маргарет. Их судьбы, не по факту, а по переживаниям схожи. Демонстрируется мужской и женский путь со своими особенностями. Поэтому одной из интерпретаций названия книги может быть - путь смерти самого Курта. Если прибегнуть к христианской символике, я бы сравнил с крестным путем, с распятием. Автор соединяет в одно целое любовь и смерть, как равноправное сосуществование, а может быть и неизбежное для человечества в том периоде, на котором оно находится. Очищающий огонь, сжигающий грехи, это еще один символ для человека.

Особенность автора в том, что в его книгах за главным сюжетом скрывается множество вроде бы второстепенных идей, которые придают основной линии насыщенность, глубину и дополнительные пространства. В заголовке своего отзыва отразил одну из увиденных идей. Начало книги, при первом прочтении, для меня было излишне затянуто. И сильно много латинских фраз.

Вторая книга цикла перебрасывает главного героя в Кёльн. Начальство сделало вывод: надо работать иначе. Прошлое место службы, куда выпускника отправили постигать первый опыт в одиночестве, показало, что вникать в азы профессии лучше под руководством более опытных коллег. Ряды персонажей-сослуживцев пополняют руководитель и наставник в следовательском деле обер-инквизитор Вальтер Керн, следователь второго ранга Дитрих Ланц, следователь второго ранга Густав Райзе. Хочется сразу уточнить, что Курт Гессе не относится к числу покладистых следователей, прислушивающихся к советам старших. Будь иначе, странную смерть студента Филиппа Шлага списали бы на внезапную остановку сердца и никакого расследования не случилось. Но Гессе из тех, кто спорит с начальством (доводя его до белого каления), отстаивает собственную точку зрения, верит чутью... Вторая книга не менее интересна в плане сюжета, но местами он казался искусственно затянувшимся. Подозреваю, что виной стала любовная история, странность которой бросалась в глаза читателям, но не героям. Пфальцграфиня Маргарет фон Шёнборн из числа редких красавиц, в которых влюбиться легко — умная, общительная, внимательная, к тому же — племянница рейнского герцога Рудольфа фон Аусхазена, двоюродная племянница князь-епископа Кёльнского, владелица большого замка. И молодая вдова. «Следователь должен жить логикой» — неоднократно напоминал себе Курт, но побороть страстное влечение был не в силах. Не помогали ни доводы разума, ни мгновенные прозрения, ни логические рассуждения. Тут бы майстеру инквизитору вспомнить о происках своих главных врагов малефиков, но он упорно тормозил, боясь признаться в том, что попал под колдовские чары... Хотелось бы обойтись без любовной лихорадки, но не в данном случае: в этой истории любовь как составляет главную интригу (кому сохранит преданность герой — Конгрегации или Маргарет?), так и помогает объединить две книги цикла в одну загадку. Надежда Попова называет имена (пусть пока предположительно, в виде смелой версии), которые могут стоять во главе опасного заговора.

Благодаря этим именам можно строить предположения, как будут развиваться события в следующих книгах цикла. Текст пересыпан латынью, а тема религии не ограничивается христианством. Заключительная информация о допуске Курта (Игнациуса) Гессе в закрытую библиотеку, в которой хранится не только «Трактат», из-за которого завертелись странные дела второй части, но и «многое другое, о чём на занятиях не рассказывали и о чём не всякому положено знать», подтверждает предположение о более глубоком погружении в религию и мифологию.

Аудиокнига прослушана в выразительном исполнении Геннадия Коршунова. Длительность: 23 часа 50 минут.

Да, дорогие читатели, раскрытием сюжета предыдущего романа стала следующая книга серии (и ещё много книг) - Курт выжил, и он продолжает служить в Конгрегации следователем четвёртого ранга. Меня терзают смутные сомнения, что писательница не любит своего героя. Уж в какие передряги она его только не кидает, которые приключениями назвать совесть не позволяет... Как только над ним писательница не издевается! И всё-то читателей ради... Ведь так недолго и лишиться главного героя! Эта книга тоже на пределе. Причём не всегда физическом. Тут с опаской читатель прослеживает и моральный предел Курта. Курт растёт физически и морально. После первого дела ему быстренько поручили ещё одно - убийство Филиппа Шлаг(а). Дело вполне заурядное, как кажется на первых страницах. Только выльется всё в очень серьёзную авантюру. Такую, что жизнь следователя Конгрегации ничего не будет стоить. Читатель не верит строчкам, где написаны рассуждения Курта о том, что Конгрегация всех использует, в том числе и своих воспитанников. Но они есть, эти слова, и они складываются в опасные для того времени предложения. Если честно, я уже рисовала себе книги этой серии с другим содержанием, что-то вроде того, как Курт становится узником этой системы. Потому что Курт (как я говорила раньше) растёт, в женщинах теперь он видит источник страсти, на службе - второй год эмоциональное выгорание, и советы отца Бенедикта оставить службу вспоминаются всё чаще. Весь роман протекает на пределе, причем не только физическом, как первая книга, но и моральном. Правда, какую-то надежду даёт пфальцграфиня Маргарет фон Шёнборн - она по руке нагадала Курту большое будущее в Конгрегации. Чтобы проверить, правда это или нет, придётся прочесть все книги серии, о чём я не жалею. Прочитав эту книгу, вы чётко запомните, как по-латински звучит "во-первых" и "во-вторых" (иногда вверну где-нибудь в разговоре), увидите страшное зрелище казни преступников (сжигание на костре без предварительного удушения), узнаете несколько фактов об анатомировании (мне кажется, это реальный исторический факт), встретите героев, очень напомнивших мне масонов. Хотя до реального рождения этого движения что-то около четырёх веков, но Германия в книге - альтернативная, так что поверим, что так оно и было. Мысли Маргарет о роли женщины в обществе вас насторожат, но вы не сможете не согласиться с ней, несмотря на безрассудную смелость по тем временам. Книга не даст вам расслабиться - роман очень динамичный, насыщенный событиями "на пределе", сомнениями в жизненных аксиомах. Последние строки книги дают понять, что назревают опасные события - война с Конгрегацией уже ведётся. Впрочем, опасность - второе имя Курта Гёссе. Сюжет полон непредсказуемых поворотов - так что не спешите до последней страницы давать оценку героям и событиям. Приятного чтения!

Вторая часть цикла про следователя инквизиции Курта Гессе получилась ничуть не хуже первой. Даже, может быть, в чем-то более глубокой, более зрелой. Хотя их вряд ли стоит сравнивать, т.к. они по построению сюжета все-таки сильно отличаются. Если «Ловец человеков» - это больше приключенческий детектив со вполне приличной динамикой, то в «Стезе смерти» повествование выходит на совершенно другой уровень. Главный герой изменился, стал взрослей, уверенней в себе, а его поведение – циничнее и жестче. Нет, в бездушную следственную машину он, конечно, не превратился, но перенесенные испытания наложили на него свой отпечаток. В этой части по сравнению с первой градус динамики сильно снизился, основное внимание здесь сконцентрировано на ходе расследования, а также более полно раскрывается сущность Конгрегации. Из-за этой кажущейся неторопливости начало кажется немного затянутым, но постепенно оно так затягивает, что отсутствие остросюжетности уже не кажется недостатком. Интрига оказалась мастерски закрученной, по ходу было много неожиданных поворотов сюжета и ярких фрагментов. В отдельных сценах даже юмор проскальзывал. Так что скучать точно не пришлось. Правда, главного злоумышленника я угадала практически с первого его появления в тексте, но это произошло, скорее, по наитию, чем из-за наличия каких-то очевидных намеков. Да и механизм преступления, его побудительные мотивы оставался неясен почти до самого конца. Что мне категорически не понравилось, так это романтическая линия. Какая-то она была гнетущая, неправильная, слишком сильно ломала героя. Хорошо хоть к финалу эта проблема разрешилась. А еще мне, как и в первой части, очень не хватило атмосферы, исторического фона, пусть частично вымышленного, но тем не менее… Я так понимаю, что автор вообще не в ладу со зрелищными описаниями, потому что прекрасно раскрывая перед читателями мельчайшие детали ведения расследования, внутренний мир персонажа, его мысли, чувства, Надежда Попова оставляет за бортом такую вещь, как повседневность. Кроме необходимого для сюжета минимума мы не видим интерьеров, еды, одежды, архитектуры и прочих деталей быта. Кёльн XIV века остался всего лишь словами на бумаге. Но во всем, что касается детективной составляющей и идеи альтернативной инквизиции замысел хорош, и читается отлично, так что с отсутствием атмосферы вполне можно смириться. Обязательно буду читать продолжение.

"Не вынесла душа поэта" (с)

Такой уж я человек, что терпеть ненавижу льстить и чесать чьё-то эго, если человек этого не заслужил. Равно как и не стану ругать/критиковать без весомых на то причин. Другими словами, я говорю всегда как есть. Это был пролог.

Глядя на мышинную возню вокруг этой книги, я решила сама заглянуть под обложку. Ну, мало ли, вдруг злые языки всё врут и преувеличивают? Оказалось, все негативные рецензии написаны ещё в довольно мягких, тактичных формах. Попробую и я написать потактичней.

Предупреждение! Сильно чувствительным натурам всё же не стоит смотреть под кат. Поберегите нервы. :))

Дальше...

С первых же страниц меня срубили наповал. Один читатель на ЛайвЛибе написал о косноязычных выражениях автора, и теперь я убедилась, что это истинная правда.

Вот доказательства:

... и Курт отпрыгнул теперь вспять, держа свои клинки наизготовку...

Реки плывут вспять, повернуть вспять - это нам всё известно со школы. Но отпрыгнуть вспять?... О_о

От второго удара - рукоятью в рёбра - заградило дыхание...

(Достоевский перевернулся шесть раз.) Пардон, я плохо говорить русский, что есть "заградить дыхание"? От кого? Я знаю, что дыхание перехватывает, в крайнем случае блокируется дыхание. Но ЗАГРАДИТЬ???? Это что-то новенькое в великом и могучем, да-с.

Курт понял, что Сфорца намеревается сделать, но излишне поздно...

Хм, по-моему, слово "излишне" здесь излишнее. Вообще-то русские люди говорят "слишком поздно". А "чрезмерно поздно" или "без недобности поздно" (это значения того же слова) безбожно режет ухо. Как "лОжить" или "звОнит". Ну, Курт немец, ему простительно. :))

В ответ Курт сказать не успел ничего - обернулся на чьи-то торопливые шаги...

Бытует мнение, что в русском языке можно в предложениях ставить слова как угодно. Можно. Но не нужно! Ибо в ряде случаев от перестановки мест слагаемых сумма очень даже изменяется. Либо сказанное будет звучать коряво, либо смысл фразы может поменятся кардинально. И это НАДО учитывать! Даже в обыденной речи такие вывороты сбивают мозг прямо на лету, а для литературы - это вообще грубейшая ошибка!

И данные перлы я нашла только на первых 10 страницах. С ума спрыгнуть, сколько таких "изречений" наберётся под финал! И не нужно говорить, что читатель придирается. Придирательство - это выискивание описок и не там поставленных запятых, а в нашем случае налицо банальное косноязычие автора, в силу недостатка грамотности и лености подумать.

Кстати, о запятых. Нигде и никогда в книгах я ещё не видела такого обилия дефисов и точек с запятой (я имею в виду это ";"). И расставлены они, судя по всему, наугад и как Бог на душу положит. Ибо по правилам русского языка начальных и средних классов ТАК не пишут. Пример:

- Тем не менее, я снова хочу спросить - тебя всё ещё прельщает работа следователя?

К сведению всем пишущим: не тире должно тут стоять, а двоеточие! Я тоже не ас в русском языке, надо признать, но основные правила я знаю. И подобных грубых ошибок я не допускаю никогда. И потому подобные ошибки сразу бросаются в глаза.

Хотя, мы же помним, что писатель никому ничего не должен. ;) И знать русский язык, видимо, тоже. Это Толстой с Чеховым должны были говорить и писать грамотно, а современный писатель освобождён от всяких глупостей. Видимо, время такое пришло, что не надо быть грамотным, это неприлично. И в скором времени издаваться будут все, кто сможет правильно написать хотя бы своё имя. "Ужасное зрелище, душераздирающее зрелище!" (с)

Не надо думать, что я скрупулёзно вычитывала только грамматику и орфографию. Нет, я честно пыталась вникнуть в суть текста. Но надолго меня не хватило. Вставленные латинские выражения не оправдывают своего присутствия. Понатыканы для красного словца, и часто. Достало! Видимо, Н. Попова считает это интересным ходом. Увы, она ошибается. Выглядит это совсем иначе: говоря по-русски, автор решила выпендриться. Дело даже не в том, что задолбаешься смотреть перевод. Я хорошо знаю английский, французский и чуть-чуть немецкий. И если бы на каком-то из этих языков были фразы на каждой странице, меня бы это тоже выбесило. Мы упражняемся в иностранных языках или историю читаем, в конце концов?

Все эти латинские вставки можно было написать и по-русски, с припиской в скобках, что это латынь и взята оттуда-то. Разве хуже был бы текст, если написать сразу: "Дом ее ведет к смерти, и стези ее – к мертвецам; никто из вошедших к ней не возвращается и не вступает на путь жизни (лат.). (Прит., 2:18–19)"? А в диалогах ещё легче. После латинского выражения можно сразу добавить перевод устами того же персонажа. Вот как это выглядело бы: "Praeterita deсisa - прошлое прошло, учитель, я вполне оправился и…". Что, хуже звучит? И т.д, и т.п. А без таких слов как "id est" можно было вообще обойтись, не надо перегружать текст бессмыслицей! Мастерство пистаеля в том и состоит, чтобы сказать что-то интересное, но так, чтобы поняли без лишних телодвижений.

И наконец, меня весьма позабавило, что во времена инквизиций были следователи. Тогда и словов-то таких не знали. И Инквизиция - это не нынешнее СИЗО, там проводили в лучшем случае дознания, а по сути - пытки проводили. Вот и всё "следствие". Схема "суда" была проста как репа: по доносам ловили "подозреваемого" и пытками заставляли признаться в ереси и/или колдовстве. А далее - аутодафе или виселица на выбор Инквизиции. Адаптация Средних веков под нынешнее сознание вышла не блестящая. И не стоит кивать на то, что это фэнтези. Не тот случай. Надо выдерживать стиль, коли уж взялся за экзотическую тему. Стоило бы придумать более интересное и древнее определения для занятия Курта. Наверняка такое бы нашлось, а нет - так придумать. Это лучше, чем привязывать работу Инквизиции к современным понятиям. Я уже не говорю, что полно шаблонов в выстраивании диалогов. Я 20 страниц (!) читала практически ни о чём. Больше не выдержала - бросила. Для сравнения, я "Крестоносцев" Сенкевича прочитала гораздо больше и дольше. Немного не дочитала тогда, но там и опус был повесомее. И "Крестоносцы" были куда интересней и качественней во всех смыслах.

В некоторых отзывах упоминали о фиалковых глазах. Ну, занете ли, это даже не шаблон, а набившая оскомину пошлость. Откройте любой любовный роман, и практически в каждом найдёте описания вроде того: "Он взглянул в её необычайные, фиалковые глаза". Видимо, писательницы не представляют, что на свете есть много других оттенков глаз. :)))))

Моё заключение: данную книгу никак не можно причислить к высокой, интеллектуальной литературе. Так могут считать только те, кто кроме этой книги и азбуки в детстве ничего больше не читал. А я, к сожалению, много чего читала, и гораздо выше классом, поэтому сравнить есть с чем.

Да, я из тех, кто "неасилил" сей шедевр, но не потому, что я "тупая идиотка", а потому что просто неинтересно и косноязычно написано. Жаль на ЭТО тратить время, когда есть масса других толковых книжек. Да и душа по нескольку раз переворачивается на каждой странице. Зачем мне все эти мучения, ради какой высокой цели?

Удивляюсь как много и часто стали издавать авторов, подобных Поповой. Вот почему я никогда не понесу свои собственные нетленки в какое-либо издательство. Может быть, сюжетный замысел у моих произведений и не плох, но в плане слога я ничем не уникальна, и трезво это осознаю. И лично я не хочу становиться одной из прочих "Писателей", коих сегодня пруд пруди. Нечего замусоривать книжные полки магазинов!

Вот если бы о том же задумывался каждый, кто решил прославиться на ниве литературы...

UPD: На комментарии я больше не отвечаю, ибо холиварить и переливать из пустого в порожнее мне не интересно. Если я не филолог, не состою в Гильдии писателей и не имею учёной степени, то это ещё не значит, что я, как читатель, не в состоянии отличить г-но от конфетки. Диалоги в духе "сам дурак" и разбор найденыйх под лупой опечаток считаю абсурдными, и потому не поддерживаю. Это мелочно и примитивно, последняя соломинка, когда аргументировать больше нечем. Умные люди поймут и так, а глупцам объяснять бесполезно. Я не Н.Попова, чтобы с упоением устраивать битву с мельницами и что-то всем доказывать. Я своё мнение выразила, а принимать его или нет - личное дело каждого.

Вторая книга данной серии о приключениях инквизитора Курта Гессе. И в начале ( да даже за середину ) история мне не нравилась. Вначале было скучновато и затянуто, затем повествование ускорилось, но было полное несогласие с действиями героя ( рассказывать не буду, дабы не спойлерить ). Но последняя треть книги дала большинство ответов на  все мои негодования по поводу действий ГГ.

Что не очень понравилось так это время, в котором развиваются события. Вот не верится как-то ( даже не так-если будет происходить все в веке 19, то ничего не изменилось бы), мне не хватило именно исторической составляющей, именно конца 14 века. И как-то я не поверил, что ГГ называли АБОРИГЕНОМ в Кельне 1390 года. Не думаю что это слово уже тогда было в обиходе.

Но все эти недостатки с лихвой компенсировал сюжет!) Пока серия заходит определенно на УРА!

Если первая книга показалась запутанной, то вторая часть читалась быстрее. Курт после ранения некоторое время лечился, а потом начальство решило отправить его в Кельн.

Как оказалось, решение было своевременным. Как так получилось, что на смерть студента Филиппа Шлага не обратили особенного внимания, не совсем понятно. Все-таки молодой человек, служивший в университете. А вот Курт сразу обратил внимание на неестественно открытые глаза и счастливую улыбку. С этого и начинаются события книги. В процессе расследования Курту предстоит не совсем праведное поведение. Но для Конгрегации все средства хороши. Пока читаешь веришь во все его поступки. И только в конце книги понимаешь, как у него все было продумано. Кстати, и своего помощника Бруно ему удалось ввести в заблуждение.

Если же по большому счету, то в Кельне действительно творились непотребные дела. И связаны они были с древними культами. А вот кто стоял во главе кельнского предстоит узнать в ходе расследования. К тому же германская Конгрегация думает, где установить место своего пребывания. И Кельн рассматривает также. Но чтобы там расположиться, следует быть уверенными в безопасности инквизиторов.

Книга динамичная. Написана легко и хорошим слогом. Продолжение обязательно буду читать

«Misericordia et justitia»...Полагаете, это возможно? Милосердие вместе со справедливостью? Хм... :

Руки твои сильные Ты защити слабого Мысли твои верные Ты научи глупого Глаза твои, твоя душа Добрая и чистая Дари ее тому Кому больно одному

Твори добро на всей земле Твори добро другим во благо Не за красивое спасибо Услышавшего тебя рядом

- "Шура представляет" лозунг всей Инквизиции -Конгрегации... О книге : Курт Гессе получает после удачно "проваленного-раскрытого" первого дела второе назначение - в родной его душе и телу Кельн. Там его ждут не дождутся : городская стена, за которой рассеян пепел матери , погибшей от чумы ; чуть дальше тебе и могилки бывших друзей, как раз им самим и заготовленные; тут и родная тетя , воспитывавшая поленом и скалкой, пока не упадет, и морящая голодом ; а также новые френды - господа инквизиторы из башен Друденхауса ; все тот же милый добряк Бруно рядом. И - первая любовь. СПОЙЛЕРЫ не читавшим -не читать.. итак - инквизитор и ведьма, как банально, как предсказуемо... Даже золото волос, фиалковые глаза, высокий титул, и дань насильственному инцесту - дань "женфэнтези", да и сама история - (как неоднозначно не прозвучит) попахивает. Но есть и интересные моменты (приведу): о любви по Мисс Глаза Фиалки

в любви всегда так, первый толчок ничего общего не имеет с возвышенными чувствами, с душевной привязанностью; первый толчок вообще не касается ни возвышенности, ни души. Изначальное желание получить кого-то зарождается вдалеке от всего этого. Обращая внимание на красивую женщину, ты, разве, думаешь о ее душе, чувствах, мыслях? Нет. Ты думаешь о своих чувствах, вернее, лишь об одном из них, причем весьма низменном. И чем это более достойно, нежели что бы то ни было иное?

...о как о собственных страстях...Ведьма, еретичка, убийца, чего взять то. о любви по Курту Гессе

Будем логичны, – предложил Курт по-прежнему спокойно. – Что есть такое – «любовь»? Это удовлетворение от того, что находишь человека, соответствующего твоим представлениям об идеальном друге и – любовнике. Любовнице, в моем случае. Идеальной любовницей ты была. Мне будет сложно найти нечто похожее в будущем… Но у меня впереди еще много времени. Что такое идеальный друг? Это тот, кто разделяет твои представления о мире, о человеке, обо всем; мелкие несхождения во взглядах допустимы, но ограничены. И отсюда, милая, возникает вопрос: а по какой причине я должен продолжать любить человека, который в корне отличен от меня? До того дня, когда я узнал, что ты вот так просто, словно муху смахивая со стола, убиваешь человека – это было… Однако, люби я тебя хоть и до полусмерти, до исступления, сколь угодно глубоко и искренне, это ничего бы не изменило – ну, разве, сейчас, стоя перед тобой, я, быть может, давился бы слезами, как ты. Ситуация проста, Маргарет: я инквизитор, а ты – уж прости за vilitas verborum – ведьма. Убивающая людей. Мой долг – остановить тебя любыми способами.

Творить добро. Всегда. Даже через силу. Через слабость. Через себя. Не смотря ни на что. Только вот

... начинаешь думать о том, что есть такое наша… не должность; сущность. Опошлели эти сравнения, но других нет; это – как свеча, которая опаляет все, что подступает слишком близко, и – себя. Aliisconcremare ipse inflammor (Сжигая других, сгораю сам) , Дитрих… И воск тает, исчезает, а когда свеча полностью прогорит… Все. Суть потеряна, и это больше не свеча. Ничто. Конец. -Надеюсь твоя еще светит. -И жжет.