Отзывы о книге Кануны

Малая Родина у каждого своя, а еще свои воспоминания о ней. Кто-то с радостью и гордостью рассказывает о своем месте рождения, другие же стыдятся и бегут от туда и даже не хотят вспоминать, что жили в захолустье. Историю своей малой Родины поведал нам Василий Белов, затронув особый исторический пласт.

Традиционная культура, обычаи и традиции, нравы простой деревни - многие из нас даже не знают как там люди живут, какие есть у них проблемы. Василий Белов же очень проникновенно и жизненно описал простую жизнь людей с их заботами, проблемами.

Городским жителям может и невдомек о каждодневном труде, о том, как страшно жить во время перемен. А коллективизация поставила все с ног на голову, простым людям было непонятно что происходит и как с этим жить. А самый главный вопрос что делать дальше, ведь уже становится понятно что как раньше ничего не будет, надо адаптироваться к новым условиям.

Тут уместно будет вспомнить цитату Конфуция:

Не дай вам Бог жить в эпоху перемен.

Как мы понимаем перемены в любом государстве неизбежны, без них прогресса, развития. Остается только решить вопрос как быть обществу, понятно, что никуда они не денутся, способы просто ей мягкие и категоричные.

Деревенская проза особый пласт литературы, и только знающий автор может грамотно и правдоподобно описать все события. Василий Белов смог отразить в своем произведении этот исторический пласт советской деревни.

Если вы когда-нибудь имели опыт побывать в Вологде или Вологодской области, то вы вероятнее всего постоянно слышали два имени – Николай Рубцов и Василий Белов. Так вот, если с творчеством Николая Рубцова я была достаточно хорошо знакома благодаря бабушке и дедушке, а вот с творчеством Василия Белова знакома не была, хотя у родных в библиотеке его книги имелись. Но, к сожалению, увы я немного не сошлась с автором.

Одновременно здесь лично для меня сложность была в тематике и в том, как это было написано. Ну, чтобы вы примерно представляли, что для меня легче воспринимается, это творчество Бориса Васильева, Валентина Распутина и вот начатый мною роман Фёдора Абрамова. Перечислять можно долго, но я думаю, вы поняли, что чтение данного романа шло очень тяжело. Не знаю, лично по мне, автор очень сильно углубился в лексику начала 20-го века, чем в то, как на самом деле всё было. И я понимаю, что автора напрягала сама ситуация с переменами в стране в тот период, но лучше бы он представил людей такими какими он сам видел живя как говорится на месте. Меня всегда смущает, когда простой деревенский мужичок начинает сыпать какими-то высокопарными выражениями, ну это не про местный народ. Поэтому это меня сильно оттолкнуло, потому что в своём детстве я много видела пожилых людей, которые были очень простые, очень высокоморальные и не сыпали какими-то непонятными выражениями. Ну, может быть, просто я привыкла их воспринимать, а тут было сложно.

Второе что меня не впечатлило, это сама тематика, я ждала какого-то момента в духе «Прощание с Матёрой» когда вот люди на разрыв души, когда перемены слишком глобальные. А здесь злые люди, злое общество и бедные местные жители. Это мне, знаете, что напоминает? Вот читаю я допустим книгу про Первую Мировую войну британских авторов и там всё одно и то же. Вот и здесь, я хотела увидеть простой народ, а читаю снова про раскулачивание, страдание обычных крестьян. Ну вот неужели нельзя было о другом, нельзя было о каких-то более бытовых моментах, без акцента на какой-то чернухе? Абрамов же может, и по языку и по сюжету, а тут ну не вытащил у меня автор и тему и персонажей.

Поэтому не надо говорить, что я там чего-то не знаю и не понимаю, что люди так и жили. Да люди так жили, и трудно было, и жаловались, но это не было чем-то однобоким. Ну не сводилось всё к только ТОЙ САМОЙ ТЕМЕ.

Не скажу, что Белова читать трудно, но всё-таки авторский стиль у него такой... знаете ли... своеобразный. То лирики нагонит, то растекается мыслью по древу, то погнал как конь под гору, что не удержишь. Вот в "Канунах" так - вроде генеральная сюжетная линия - это коллективизация, или раскрестьянивание, а как начнёт рассказывать про жизнь народа в деревне вне этих событий, так и невольно думаешь - не забылся ли автор, что не из той оперы поёт? Да, конечно автор пытался охватить широкие народно-крестьянские массы. И вышло довольно убедительно. Но не лишка ли лирики?

Роман называется "Кануны", и очень удачно. Так и напрашивается вопрос - если события в Шибанихе это только кануны, то что же было дальше?

Про то, что было дальше, написано немало книг. Ну а "Кануны" - это действительно про начало коллективизации, ещё не очень смелое, не шибко уверенное, но с каждым днём набирающее обороты. И вот коллективизация и раскулачивание проявляются в полную силу. У кого три коровы - тот враг.

Интересен образ Игнахи Сопронова, убеждённого большевика, а по сути подлеца, чья подлая натура только прогрессирует. Это человек, не считающийся ни с чьим положением, идущий наперекор всей деревне, где каждый человек друг другу свой, неудержим в достижении плана раскулачивания и организации колхоза, и самое главное - руководящийся личной неприязнью к людям во время проверок, чисток и раскулачиваний.

Упаси Господь в жизни такого встретить, не то что уж в романе прочитать.

Белов относился по советской классификации к писателям-деревенщикам. Вот и в этой книге основной фон - жизнь и быт северной деревни накануне коллективизации. Широк охват времени и пространства. Действие переносится из лесной деревушки Шибанихи в Вологду и Москву, из крестьянской избы в городскую коммунальную квартиру, с игрища в контору сельсовета, со сватовства или рубки леса на рабочий митинг или крестьянское собрание. Но чаще всего описываются люди, что растят хлеб и живут вот такими предписаниями:

«Председателю Шибановского сельсовета тов. Микулину. Срочно. Несмотря на неоднократные указания, вами до сего времени не представлены сведения проработки материалов XV партсъезда. Требую в бесспорном порядке в срок до первого января сообщить результаты проработки тезисов ЦК и контртезисов оппозиции, результаты обсуждения резолюции ЦК о работе в деревне в неукоснительном проведении классовой линии."

Да еще с непонятными даже председателю сельсовета приписочками:

Ниже подписи стояли нерусские буквы PS и приписка красным карандашом: «Не ограничивайтесь одной констатацией фактов!!» — Рэ, рэ… так, ладно, — произнес Микуленок. — Кон… Констан-таци-я. Констатация. Ясно. «Нет, а чего это? — подумал он. — Кооперация, кастрация… Не то, вроде не подходит. Вот мать-перемать!»

Так и жила деревня в предчувствии больших перемен, даже не догадываясь о тех огромных, трагических несчастьях и бедах, которые нагрянут на нее с началом коллективизации.

И снова я сам себе наступил на любимый мозоль и растревожил незаживающую душевную рану. Потому как крестьянский вопрос и умирающая деревня- эта та саднящая боль, которая останется, видать, со мной до конца моих дней. Хорошо еще, что канунами закончилась эта книга, потому как о последующих событиях не хватило бы терпения читать. Да и так во время чтения периодически возникало чувство тошноты от всех этих новых хозяев жизни. Но ведь все эти сельки, игнахи, микуленки – лишь марионетки и жалкие ничтожества, дорвавшиеся до власти. Интересно другое – чем думали те, кто дергал за эти ниточки? Да и думали ли? Было ли чем думать и о чем думать? Создается впечатление , что и у кукловодов этих мозгов – кот наплакал. Я вот думаю , почему случилась эта трагедия? Где истоки?. Почему пошло все в России вкривь и вкось? Я впервые задумался и решил взглянуть на проблему с технической , ну или статистической точки зрения и забил в Интернете вопрос, кто и сколько производил зерна в царской России?. Ответ, надо сказать, не сильно меня удивил : 83% зерна в России производили помещичьи усадьбы да кулацкие хозяйства, причем разделения между ними не было, но я думаю что помещичья была не меньшая а большая половина. Ну так вот – помещики после революции убежали за границу, кто жив остался. Усадьбы разграбили и сожгли, скот съели. Ну и кто же вместо них стал производить зерно? Правильно! Никто! Больше половины сельскохозяйственного производства большевики разрушили до основанья, а затем…А затем наступило затишье. Деревня, хоть и сильно потрепанная революцией, да войнами, осталась. Сеяли, пахали, убирали. Кооперировались. Налаживалась жизнь помаленьку. Тут бы и развивать все благие начинания. Ан нет – зерна то мало в закромах! .Кто виноват? Великие теоретики марксизма-ленинизма узрели весь корень проблем в кулаке и приняли мудрое решение уничтожить его как класс! Ну а там –где кулак, где подкулачник, где середняк – хрен там разберешь всяким селькам и игнахам. Грань тонкая.. Лес, как говорится рубят – щепки летят. Вот и дощепались.. Прошло сто лет и умирает безвозвратно деревня. Медленно, но верно. Все пришло к закономерному финалу. Ведь нельзя нарушать равновесие не только в природных экосистемах. Социальные системы также не терпят никакого вмешательства извне.. Тем более безмозглого…

Зависть, глупость, тщеславие, комплексы - сюда много можно написать разных слов, которые мотивируют людей поступать плохо.

Удивительно, что самым ужасным, по моему скромному мнению, является подлость.

Ты можешь делать много всего плохого, но подлость, желание насолить ближнему исподтишка - это самое опасное: ведь человек даже никогда не узнает, кто взял на себя ответственность испортить жизнь.

"Кануны" - пример бытовой прозы: коллективизация, колхозы, укоренение советской власти, попытка рассказывать, кто тут бедняк, середняк, а кто кулак.

На фоне вот этой политики просто живут люди, стараются оправиться от первой мировой и Гражданской войны, любить, поднимать детей и хозяйство, а по ним катком проходятся изменения, во главе которых, порой, стоят не самые хорошие люди.

Ставлю твердую "4" - некоторые герои были симпатичны, любопытно было наблюдать за ними в течение книги. Но как многие книги, написанные про "счастливое советское прошлое, оторопь берет от понимания, как ломались судьбы под гнетом репрессивной машины, которая только требовала - для достижения великих целей.

Книга очень понравилась. Правда, сначала слог показался несколько тяжелым из-за множества устаревших и диалектных слов, использовавшихся автором при описании деревенского уклада и в речи деревенских жителей. Когда действие перенеслось в Москву на несколько глав, язык стал намного проще и привычнее. А затем и сама уже привыкла к диалогам, а устаревшие слова резко в тексте поубавились. Много персонажей. От их числа, родства и свойства голова шла кругом. Главных героев нет. Все главные - две деревни. Даже не запомнила, кто из какой деревни - так их много. Да это и не важно для сюжета. Один персонаж явно выделяется - это Игнатий Сопронов. Главный злодей, если можно так сказать. Человек, портивший всем жизнь, писавший доносы, но при этом жители деревень не помышляли даже от него избавиться. Коротко про сюжет можно сказать так: о выживании деревенского люда в советское время (1927-1929 годы). Народ пытался поднять свое хозяйство, чтобы выжить и прокормить семью. У кого это получалось, считались кулаками. Зажиточные облагались огромными налогами. А малоимущие, которые не работали, налоги не платили, считались беднотой, составляли особые комитеты, пользовались привилегиями. Герои книги не понимали политики партии. Да и нам спустя много лет, со стороны, зная историю, сложно понять действия властей.