Цитаты из книги Император деревни Гадюкино

– Ваш рассказ не объясняет увлечения Нины Малышом. Наоборот, ей, получившей строгое воспитание, следовало не восторгаться, а возмущаться поведением отвязного хулигана на сцене, – заметила я.

– О! Восхитительно, – воскликнула Лида, – мы обожаем классику и не понимаем современных, ужасных какофоний!

– Да, да, да, – бормотала вдова Малыша.

Почти у самой ванны стояла колоритная парочка: сухонький дедушка в кроссовках, серых брюках и безразмерной майке с надписью «Love sex» держал за руку девочку лет шести в джинсах, густо усыпанных стразами, и трикотажной кофточке, украшенной изображением Барби.

– В мультике были двое из ларца, а здесь трое. Три Ивана, три дурака. Начальник Иван Сергеевич, его помощник Иван Николаевич, а на побегушках Иван Петрович. Их все Иван первый, второй и третий зовут. По отчеству не величают, не заслужили. И внешне похожи: кругломордые, щеки красные, сами лысые, – одним словом, красавцы!

Маргоша подвела меня к небольшому шкафчику и раскрыла дверцу.

– Узнаете? – спросила Алла. – Госпожа Шпакова в день своего тридцатилетия.

– Не может быть, – потрясенно возразила я. – Тетеньке на снимке полтинник с гаком.

Врач достала из ящика пару листов бумаги.

— Эта особа двигалась за мной до этого места, а затем налетела с кулаками! Я так перепугалась! До сих пор поджилки трясутся.

– Я не принадлежу к кругу богатых людей, не жена, не дочь и не любовница олигарха. Обычная работающая женщина, которой родственники в складчину купили путевку.

– Максим, не хочу показаться грубиянкой, но поищите себе другую кандидатуру для курортного романа. Я вам категорически не подхожу.

– Почему? – не смутился нахал.

– Трудно найти кайфового кренделя в прачечной, супермаркете или в нашей школе. Старость наступит, и тогда тебе даже не о ком будет вспомнить, – высказался Кирюша.

Лиза дернула меня за руку и вкрадчиво сказала:

– Для женщины главное – любовь! А ты бегаешь по кругу дом-работа-магазин-дом и совершенно не заботишься о личном счастье.

Если хочешь, чтобы окружающие тебя заметили, надень на голову кастрюлю.

Если хочешь, чтобы окружающие тебя заметили, надень на голову кастрюлю.

Я послушно шагнула в соседнее с кабинетом помещение.

– Посмотри на стену, – приказал нахал, – там висят снимки членов правления. Чей самый большой?

– Твой, – ответила я.

Вопреки ожиданиям Аллы Михайловны пациенты не разбежались, наоборот, многим захотелось побывать на месте преступления, которое самозабвенно описывала «Желтуха», так что «Вилла Белла» процветает.

– Нина выстрелила себе в лицо, – продолжала я, – пистолет был прикреплен к работающей игрушке. Тело упало, рука разжалась, самолетик улетел, унося орудие самоубийства.

– Не пойман, не вор, – нервно возразил Малышев, – приведите продавца, который подтвердит, что продал мне пушку.

Я уставилась на Петра, тот закашлялся, потом наконец сказал:

– Ну, верно. Только я не знал, что она придумала. Прямо обомлел, когда ее тело заметил, чуть не убежал. Может, я жил не очень честно, но никогда никого и пальцем не тронул, наоборот, только радость бабам доставлял.

– Это перебор, не станет же женщина в самом соку ревновать к даме пенсионного возраста, – возразил Максим.

– Наверное, вы не знаете, что такое ревность, – не согласилась я.

– Надьке было без разницы, – подхватил Петр, – один раз устроила мне сцену, когда я в Еланске одной древней бабке помог в автобус влезть. Подсадил развалину по доброте душевной на ступеньку, оборачиваюсь – любимая покраснела, кулаки сжимает и шипит:

«Совсем стыд потерял, на улице баб за задницу хватаешь».

— Мы с Ниной в своё время внушали дочерям правильные моральные принципы, требовали быть лучшими во всем и преуспели. Золотые медалистки, красные дипломы, каждая по три иностранных языка знает, по мировым музеям прошли, лучшие книги прочитали, красавицы, ни капли вульгарности, ну и как я им про рок-н-ролл расскажу? Они меня не поймут.