Для начала стоит вспомнить, что “Убить некроманта” вышла в 2007 году.
То есть, когда я закончила школу.
Не то, чтобы этот факт играл какую-то мегаважную роль, но зная его, проще понять текст. Мой две тысячи седьмой - это черные шмотки, “Война мага” Перумова и мальчики в косухах. И парой лет раньше - яростный интерес к готической субкультуре. Мы только-только выросли из романтизации эльфов и прочих светлых тварей и, наверное, во многом в силу подросткового максимализма хотели играть за темную фракцию. За дроу, рыцарей смерти и Саурона. В общем, книг про серое на сером в наш мирок еще не завезли, мы мыслили другими категориями. Поэтому, прочитай я книгу Далина в то время, меня бы вштырило и долго не отпускало.
Но я прочитала ее в 2018 и впечатления были… смешанные.
Чего я ждала.
Действительно взгляда с той стороны, историю-перевертыш от лица Зла, как раз-таки то самое “серое на сером”, раскрытие той, другой истины.
Получила я нечто не совсем то, чего ожидала.
Итак, Дольф-некромант родился в Междугорье - обычном таком фентезийном короолевстве в обычной фентезийной королевской семье. Родился проклятым - дар некроманта отражается на физическом состоянии человека, поэтому детство у мальчика было, конечно, совсем не радужным. А после того, как он укокошил гувернера, так и вовсе детства у него не было. Никто Дольфа не любил, конечно, и нет ничего удивительного в том, что вырос он в одну ходячую психологическую травму. То есть - злым, колючим психопатом с обостренным чувством справедливости.
О том, что такое справедливость и правда с точки зрения Дольфа, мы поговорим ниже, а пока я отмечу еще пару важных моментов.
Для начала, Дольф был совсем не глуп, но без тормозов, и это вот без тормозов привело его к тому, что как-то раз он вызывал сущность с той самой стороны и пожелал стать королем. Только душу продавать не стал - вместо этого плату с него взяли чуть иначе, сделав его королем, которого, то бы он хорошего ни совершил, любить не будут.
Во-вторых, автор для контраста выдал Дольфу старшего брата - Людвига, понятное дело, прекрасного и восхитительного, как принцу быть и полагается. Только вот совсем не доброго и, если быть справедливым, глуповатого. Междугорье, понятное дело, без железной руки властителя медленно загибалось: чиновники воровали, дворяне кутили, народ голодал. Умница Дольф, который, в отличие от папочки, читал не руководства по охоте, а книги по экономике и управлению, это все видел, но никто слушать его не желал. Еще чего, порченая кровь, дьявольское отродье!
Потом он, конечно, всем им покажет, но пока он - маленький, потерянный и очень злой ребенок. Именно из таких, наверное, и вырастают страшные темные властелины.
Автор Дольфа на первый взгляд не щадит и от всей души выписывает ему несчастья. Кого бы Дольф ни полюбил, заканчивается это плохо: или смертью возлюбленного, или предательством. Что бы хорошего Дольф ни совершил, это хорошее не хотят видеть. При этом Дольф - не конченый психопат, он умеет переживать и чувствовать, и именно поэтому удары судьбы для него болезненны. После смерти брата он вынужден жениться на его невесте и надеется показать ей свое благородство, но прекрасная Розамунда отвергает его и жестоко ранит словами. Дольф некрасив и не вызывает ни у кого симпатии, слухи о нем ходят самые разные, и скоро он перестает обращать на них внимание. В общем, превозмогает изо всех сил.
Не забывая практиковаться в некромантии, конечно.
Дольф, еще раз, умный. Понимая, что людям верить он не может, он собирает себе гвардию из мертвецов. Он находит союзников в лице вампиров (вампиры здесь невероятно красиво вписаны в мир, одно загляденье!) и из Князь, Оскар, становится одним из лучших его советников. По счастливой случайности заручившись поддержкой призрака, при жизни - доносчика и той еще скользкой твари, Дольф постепенно создает целую сеть Тайной Канцелярии - из призраков. В общем, свой дар он использует умно и восхитительно тонко, и с этой точки зрения “Убить некроманта” - действительно интересный взгляд с той стороны.
Но Дольф, пусть и занимается не самой, скажем, социально одобряемой работой, по своей сути - не злой. Озлобленный. Ненавидящий тех, кто с ним это сделал. Как правитель он, скорее, воплощение добра и справедливости.
Смотрите сами.
Он вкладывает ресурсы в улучшение положение простых людей (оставим за скобками то, что автор, как принято в нашей традиции, романтизирует бедность, делая всех власть имущих таким почти абсолютным злом и тщеславными ублюдками). Дольф уничтожает банду преступников - не только потому что они берут его собственность, но и потому что мешают народу. Дольф ставит на место аристократов и чиновников, а когда начинается война с соседями, Перелесьем, то армия Дольфа состоит из мертвецов - то есть, он ценой своих сил защищает свою страну (именно после этого многие генералы встают на его сторону). Он жалеет тех, кто страдает от несправедливости (так у него появляется одна из любовниц). Никаких тебе пыток, никаких излишеств - Дольф аскет, благо государства он ставит иногда выше самого себя (хотя, признаюсь, я видела в этом немного желания быть хорошим, чтобы все увидели, что он хороший).
И все было бы отлично, на самом деле, потому что этот контраст - некромант как воплощение справедливого владыки - работает великолепно, если бы не пара “но”. Некоторые из которых были для меня буквально “но-но-но!”
Погнали.
Для начала, при всем том количестве мук и терзаний, которые автор обрушивает на героя, Дольф - сьюха. Махровая такая, очень сьюшная сьюха (и остается таковой очень долго). Несмотря на цену, которую он платит, все ему достается достаточно легко - кроме, да, любви. Все враги, с которыми он сталкивается, воплощают зло - абсолютное, без изъянов. Это коррупция, несправедливость, жадность и прочие человеческие грехи, которые самому Дольфу, скажем, чужды (единственное, в чем его можно упрекнуть, это развращенность - с точки зрения менталитета, в котором он живет, я бы сказала - болезненное, невротическое отношение к сексу и всему, что с ним связано, вполне объяснимое детскими травмами). Герой, который побеждает тех, чья вина доказуема и неопровержима, это снова “черное” и “белое”, а не “черное” и “черное”. Каждый раз, когда у Дольфа появляется новые враги, эта его темность, нетаковость, воспринимается как функция, особенность, темная только с точки зрения мира, в котором он живет и для которого, кажется, не совсем подходит (словно бы менталитет Дольфа куда ближе к нашему, современному, чем к менталитету типичного жителя средневековья, который автор отчасти моделирует). “Наш” побеждает “не наших”, все по канону.
А вот все то зло, которое таки совершает сам Дольф, все его подлости и эксцентричные поступки, выписаны или как невинные капризы, или как справедливая месть (и для меня это опять же делает Дольфа сьюхой). Завести виверну и назвать Лапочкой? Извольте! То, что эта тварина пугает половину двора, это ничего - она же лапочка! Дольф, напоминаю, убийца, точнее - братоубийца и отцеубийца, пусть оба раза читатель знает его мотивацию, а что брат, что отец - те еще нехорошие люди. Дольф не боится мстить, и часто мстит справедливо, лично тому, кто обидел его - или тех немногих, кто стал ему дорог. Но есть один эпизод, который, если честно, выставил Дольфа мудаком.
Это изнасилование собственной жены.
Признаюсь, после “Игры престолов”, после изучения истории, да и вообще, учитывая контекст, это не выглядит таким уж… плохим. И, наверное, это воспринималось бы иначе, будь у героя иная мотивация. Да и Розамунда, конечно, так еще холодная, лживая гадина (хотя читатель помнит, что ее выдали замуж юной, сразу после смерти возлюбленного - за его брата-урода, настроив против него, откуда там взяться любви вообще?!). Но Дольф насилует жену, чтобы доказать свою власть, чтобы отомстить ей, холодной гадине, не способной на любовь к нему - так, как были способны его любовники и любовницы. Дольф поступает цинично - куда более цинично, чем поступил, жестоко убив убийцу своего фаворита. Если бы впоследствии у героя не было катарсиса через боль, боюсь, меня триггеруло бы от книги еще сильнее.
Вообще, женщины в “Убить некроманта” - тема больная. Здесь мало добрых женщин, как мало добрых людей вообще, и очень ярко видна разница между небесными созданиями - и женщинами плотскими, земными, прагматичными, желающими получить от Дольфа власть, силу или деньги. Собственно, единственное небесное создание на пути Дольфа - это Магдала, жена его врага, отважная и смелая. Магдала пришла к нему, сбежав от жестокого мужа, который обращался с нею, как с вещью, и Дольф осудил ее мужа за такое обращение, но не уничтожил - а продолжил дипломатично договариваться о перемирии. Сцена подписания договора и того, что после этого произошло, сильная, яркая, и показывает героя как благородного человека, а не как подлеца. Но через десять страниц Дольф, исходящий на пассажи против потребительства, жестокости и отношения к жене, как к вещи, делает что? Правильно, жестоко и как к вещи относится к своей жене. Которая его не любит - по понятным, обоснованным причинам.
В общем, это было ну, такое. Даже если попытаться списать на отчаяние.
Правда, потом появился Питер - последняя любовь Дольфа, и он был прекрасен, как и его история. Если теряя всех, кто был до того, всех своих верных возлюбленных, Дольф лишь множил ненависть, то Питер действительно его изменил. Нет ничего удивительного в том, что он, как и многие, погиб. Правда, его гибель была мало похожа на гибель предыдущих: Питер осознанно пожертвовал собой. Возможно, это был тот самый акт любви, который что-то изменил. И в самом Дольфе - тоже.
В общем-то, если в начале книга мне не нравилась максимализмом, черно-белостью, выгораживанием главного героя, не такого, совсем не такого, как все, то в конце она была хороша. С правильным, отличным катарсисом, с цепанувшей от души драмой, которая на фоне всех этих драм, бывших в начале, выглядела серьезно и на эмоции пробила отлично.
Осталось последнее. Стиль.
“Некромант” написан как исповедь главного героя, его предсмертные заметки. То есть - от первого лица, с характерной манерой рассказывания. Эта манера примерно две трети книги неимоверно бесила меня, потому что ни интонирования, ни темпа, которые могли бы добавить драмы, ни дистанции и рефлексии там не было. Такой поток сознания, в который тебя окунают, постоянные повторы фраз в духе “помню, та осень была ветреной и дождливой”. Потом автор раскачался, и интонации в тексте таки-появились. Как и другие, разные голоса у разных героев - вроде отличн стилизованной манеры говорить у Оскара.
Если подводить итог, то я очень жалею, что не прочитала “Убить некроманта” в год его выхода. Мы бы тогда отлично сошлись. Сейчас я уже старая птица и молочные зубы сменила давно, меня так просто на слезу не пробить и необычным контрастом не увлечь, поэтому половину книги я ныла, фыркала и закатывала глаза. Но финалочка стоила того, чтобы читать.