Цитаты из книги Ожидание

– ...На Азор­ских ост­ро­вах есть съе­доб­ная зем­ля. – А те­бе что, кот­лет не хва­та­ет?

– Хо­ро­шо, – ска­зал он. – Да­вай вы­яс­ним от­но­ше­ния… Я не мо­гу ска­зать, что люб­лю че­ло­ве­ка толь­ко за то, что он мой род­ной сын. Это, по­ни­ма­ешь, ещё не за­слу­га…

– Я те­бе да­ла те­ле­грам­му на твой до­маш­ний ад­рес. Ли­цо у от­ца за­твер­де­ло. – Я про­сил пи­сать на ра­бо­ту. Они стоя­ли один про­тив дру­го­го. – У всех по­ря­доч­ных ум­ных лю­дей дол­жен быть дом и до­маш­ний ад­рес. Я ни­ко­гда, слы­шишь, ни­ко­гда не бу­ду пи­сать те­бе на ра­бо­ту!

– Дю­же у нас дев­ки хо­ро­ши. Дю­же кра­си­вые. Бол­га­ры стра­да­ют, у них за­все­гда не­вест не­дос­та­ча. Не­хай бы к нам еха­ли.

– Ка­жет­ся, всё у не­го есть, – ска­за­ла Ван­дер­бу­ле­ва ма­ма. – Так че­го ему нуж­но? – Взрос­леть, – от­ве­тил отец.

Ко­гда лю­ди спа­са­ют­ся от бе­ды, они в пер­вую оче­редь де­тей хва­та­ют, что­бы не кон­ча­лась на све­те жизнь. И ста­ри­ков, – что­бы со­хра­ни­лась на све­те па­мять.

Они же ж мо­на­хи – ни бо­гу свеч­ка, ни чёр­ту ко­чер­га. Они для ду­ри жи­вут и то ма­ют­ся.

– Как ты ду­ма­ешь, врач име­ет пра­во вы­драть боль­но­го? – По-на­стоя­ще­му? – Ну, хо­тя бы от­тас­кать за уши? – Не на­до…

Ве­тер вы­стро­ил над до­ма­ми свой бе­ло­кры­лый флот. Ве­тер про­во­дил боль­шие ма­нёв­ры. Фло­ти­лии об­ла­ков шли од­на за дру­гой, скры­ва­лись за го­ри­зон­том крыш, уны­лым и близ­ким.

И, что­бы не по­ка­зать­ся глу­пым, Ван­дер­буль ска­зал: – На­вер­но, за­кла­ды­вал. Я у от­ца спро­шу.

Муж­чи­на за­сме­ял­ся, ус­та­вил­ся на го­лу­бей. – Все­гда так, – ска­зал он. – На­вер­но, этот ко­роль за­кла­ды­вал. – Что? – спро­сил Ван­дер­буль. – За во­рот­ник, – от­ве­тил муж­чи­на. Ван­дер­буль ни­че­го не по­нял, но ведь ко­ро­ли все­гда де­ла­ют стран­ные ве­щи.

Ко­гда вес­на вой­дёт в го­род, на­чи­на­ет­ся слав­ный шум. Гро­хо­чут же­лез­ные кры­ши. Па­лят во­до­сточ­ные тру­бы. Пря­мо в про­хо­жих ле­дя­ны­ми сна­ря­да­ми.

Лу­жи во­круг. Брыз­ги.

Ко­гда вес­на по­об­сох­нет, не­бо ста­нет да­лё­ким и си­ним. В стёк­лах за­жжёт­ся ра­ду­га.

Кто пер­вым чу­ет вес­ну? Кош­ки. Ко­шек не про­ве­дёшь. Они хо­дят по скольз­ким кры­шам. Та­ра­щат­ся в не­бо. Они под­жи­да­ют птиц, ле­тя­щих из Аф­ри­ки, но пти­цы ле­тят вы­со­ко, ря­дом с мок­ры­ми ту­ча­ми.

Худо, когда рот только для каши годен.

А еще пионер.

В кабинете на столике в угрожающе точном порядке лежали блестящие инструменты.

Человеку нельзя жить и мечтать, если в десять лет он не испытал ещё настоящей боли, не опознал её полной силы.