Цитаты из книги Сила безмолвия

Слова есть нечто исключительно могущественное и важное, и они являются магическим достоянием того, кому они принадлежат.

Мы убиваем не задумываясь, так ведь? Мы сжигаем людей во имя Бога. Мы истребляем самих себя, мы уничтожаем жизнь на этой планете, мы губим Землю. Затем мы переодеваемся в рясы, и Бог разговаривает с каждым из нас. Что же он говорит нам? Он говорит: будьте хорошими мальчиками, а не то я накажу вас. Бог угрожает нам уже много столетий подряд. Однако это ничего не меняет. И не потому, что мы злы, а потому, что мы тупы. Да, у человека есть темная сторона, и ее называют глупостью.

Будь безжалостным, но обаятельным, – повторял он. – Будь хитрым, но деликатным. Будь терпеливым, но активным. Будь мягким, но смертельно опасным. На это способна только женщина. Если бы так мог действовать мужчина, он был бы безупречен.

— Конечно, я настаиваю, чтобы каждый, кто находится рядом со мной, размышлял ясно и понятно, — ответил он. — и я объясняю каждому, кто захочет меня выслушать, что единственный
способ думать ясно и понятно заключается в том, чтобы не думать вообще.

Между прочим, маги имеют одну замечательную способность - они живут исключительно в сумерках чувств, которые наиболее точно можно описать словами "и все же…". Когда мир рушится вокруг них, маги признают, что ситуация ужасна, и затем немедленно отступают в сумерки этого "и все же…".

Незачем кому-то учить нас магии, потому что на самом деле нет ничего такого, чему нужно было бы учиться. Нам только нужен учитель, который смог бы убедить нас, какая огромная сила имеется на кончиках наших пальцев.

— Да нет же, ты плохой, — сказал он довольно серьезно. — ты мелочный, расточительный, упрямый, насильственный, раздражительный и самодовольный. Ты угрюмый, тяжелый и неблагодарный. Твоя способность к самоиндульгированию неистощима. И что хуже всего, у тебя есть возвышенная идея о себе самом, которая, кстати, ничем не подкреплена.

Нас слишком много — людей со своим ничтожно маленьким личным адом, порожденным нашей глупостью, чтобы дух обращал внимание на каждого.

Маг может за один час прожить столько, что по интенсивности это вполне может сравниться с целой жизнью обычного человека.

Начиная с того дня, я принимаю лишь общество и заботу воинов, таких же мертвых, как и я.

отрешенная привязанность позволила ему играть роль мужа и отца со вкусом и непринужденностью. Но время шло, отрешенная привязанность сменилась отчаянной страстью, повлекшей за собой утрату эффективности.
Ушло его чувство отрешенности, которое и было тем, что давало ему силу любить. Без такой отрешенности им овладели только земные желания, отчаяние, безнадежность — все то, что так характерно для мира повседневной жизни.

Для магов безжалостность — это не жестокость. Безжалостность — это противоположность жалости к самому себе и самозначительности. Безжалостность — это трезвость.

— Жалость к себе — это реальный враг и источник человеческого страдания.

Без ясного взгляда на смерть нет ни порядка, ни трезвости, ни красоты.

Тот говорил, что сила человека безгранична, что смерть существует лишь потому, что мы намерены умереть с момента нашего рождения, что намерение смерти можно приостановить, заставляя точку сборки менять позиции.

Деловитость наших жизней, наши
неумолимые увлечения, дела, надежды, беды и страхи занимают более высокое положение, и на
этом повседневном базисе мы не сознаем того, что связаны с чем-то еще.