
Прежде формально антицерковное
Скорее всего для того, чтобы лучше понять смысл такого рода рассказов, которые вошли у автора в сборник пересказанных им древних христианских легенд о праведниках и святых, следует знать историю его поздних духовных исканий. Особенно это справедливо и именно для этого рассказа.
Лескову оказалось созвучно многое из толстовского учения о непротивлении злу силою, которое, как известно, фактически было отвернуто православной церковью, анафемствовавшей графа. Хотя это произошло несколько позднее, еще при жизни Толстого, но уже после кончины самого Лескова.
Один из центральных тезисов его состоит как раз в том, что изначально учение Христа следовало понимать абсолютно. Та же самая заповедь "не убий" не должна иметь разных исключений к применению. Вроде убийства врага на войне или даже животного для пищи.
Сам рассказ прямо воспроизводит историю раннехристианского подвижника, совершившего подобный грех. Мучение за него бременем лежало на его совести, разрешить которое не могли церковные иерархи и иные судьи, о чем мы находим здесь подробное повествование. В этом наверное и состоял этот "антицерковный пафос" произведения - высшие церковные клирики не видели проблемы и собственно греха в том же убийстве иноверца-варвара.
В связи с этим уже ближе к концу жизни главный герой приходит к пониманию важной истины. Чтобы не спойлерить, не буду о ней здесь упоминать в деталях.
Возможно теперь и внутри церковной ограды, после всех треволнений прошедшего века уже не взирают столь пристально на прежние мировоззренческие расхождения в связи с такого рода взглядами. В том числе и по этой причине можно найти подобные тексты на православных сайтах. Чему можно только порадоваться. Поскольку нарушение буквы установления не столь важно в сравнении с утратой духа учения Христа.
Только при прослушивании вспомнил, что читал ранее этот рассказ в упомянутом сборнике несколько лет назад. Теперь переслушал. Чему искренне рад.
































