Под палубным тентом

Первый, наверное, рассказ Джека Лондона, вызвавший во мне сильный негатив. Написано хорошо, но это не рассказ, это наброски: нет завершённых образов – все персонажи только грубо пунктирно намечены; нет психологии, чёткой реакции персонажей на происходящее – только унылое называние; нет конфликта – есть балованная барышня и терпящее её окружение, поощряющее своим терпением её выходки. В результате – нет понимания произошедшего, на мой взгляд – у самого автора: что это – несчастный случай, преступление или подстрекательство к самоубийству. Такое ощущение, что автор торопился и напечатал сырой материал. Сам по себе замысел хорош, но он не доведён.

Сам рассказ – очередная история в истории, но внешняя история в данном случае не так актуальна и ею можно пренебречь. Есть дочь миллионера, бросающая с корабля монетки в море, куда прыгают мальчишки, их доставая. Во время приближения акул, мальчишки прячутся на корабле. Капризная барышня бросает золотой соверен, когда за бортом плавает акула. Самый ловкий мальчишка ныряет за монеткой (для него это целое состояние). Акула перекусывает его пополам. У барышни шок, команда отказывается с ней общаться (те, кто давал ей монетки). И это всё. Здесь не за что зацепиться, даже обвинить её сложно, так как она говорила, что не верит будто появились акулы. Джек Лондон не договорил. Интересно, как бы это дописали другие писатели?

Патриция Хайсмит. Мисс Кэррьюферз стали бы терзать угрызения совести, рефлексия, паранойя. Она боялась бы оставаться одна на палубе и панически шарахалась бы от бортов. Во время ближайшего приближения акул, она выбросилась бы за борт, но капитан судна спас бы её. Мисс Кэррьюферз сошла бы с ума, была бы помещена в сумасшедший дом и и умерла бы от ужаса. Стивен Кинг. Все начали бы чувствовать себя виноватыми и попрыгали бы за борт на съедение акулам. Фёдор Достоевский. Осознав всю низость своего поступка, мисс Кэррьюферз раскаялась бы в содеянном и создала бы фонд в поддержку мальчишек-ныряльщиков.

Иван Тургенев. Автор стал бы оправдывать героиню и переносить вину на капитана и команду, которые своим отношением поощряли заскоки богатой сумасбродки, а мисс Кэррьюферз усыновила бы одного из мальчиков-ныряльщиков. Алексей Писемский. Обнаружилась бы тяжёлая жизнь мисс Кэррьюферз – тиран-отец заставил талантливую дочь, подающую надежды молодого учёного бросить науку и стать богатой бездельницей. И её поступок – это попытка протеста против тирании отца. Да, там ещё обязательно должна быть несчастная любовь к бедному юноше, которую отец тоже, разумеется, похоронил. Во всём виноват миллионер! Фэнни Флэгг. После того как мисс Кэррьюферз ушла к себе в каюту, оказалось бы, что капитан вместе с командой решили разыграть злую барышню – и акула была хорошо срежиссированным спектаклем. Команда воздействует на совесть балованной мисс, она приходит в отчаяние, но тут приходит мальчишка-ныряльщик и отдаёт ей золотой соверен, бросая небрежно: «Больше так никогда не делайте», для неё этот случай стал уроком на всю жизнь. Корабль пристаёт к берегу и все персонажи истории уходят в закат, взявшись за руки…

- Может ли мужчина - я имею в виду джентльмена - назвать женщину свиньей?

С такого вопроса начинается этот небольшой рассказ Джека Лондона, маленький да удаленький. Я не хочу раскрывать концовку, просто рекомендую уделить немного времени на прочтение, чтобы потом поразмышлять, что же двигало прекрасной мисс Кэрьюферз в ее безрассудном поступке.

Сидя на палубе, один из джентльменов рассказал случай на корабле, свидетелем которого он явился. Обворожительная мисс Кэрьюферз выступает в нем главной героиней. О, какая это была девушка! Красивая, спортивная, образованная, полная собственного достоинства и обладательница многих талантов, еще и принадлежит к знатной семье. Естественно все мужчины были от нее без ума, даже капитан корабля, менялся в присутствии этой властительницы сердец. Когда корабль зашел в порт Коломбо, пассажиры могли наблюдать как местные мальчишки ныряли в воду за монетками, которые бросали с корабля. Зрелище занятное, колоритное, особенно привлекал внимание мальчик лет тринадцати. Он умел нырять "ласточкой", очень гибкий и стремительный. Мальчишки не боялись прибрежных акул, питавшихся рыбой, но как только один из них замечал акулу-людоеда, которая могла случайно заплыть, все немедленно покидали воду. Ну а дальше последует поступок мисс Кэрьюферз , который изменит одну судьбу и отношение всех мужчин на корабле к этой женщине.

Сказать что она поступила как свинья, будет пожалуй смягчением, в наше время для таких случаев существуют совсем иные выражения. Самое наверное интересное это зачем она поступила именно так и не иначе. Я уверенна это гордость,которая превратилась в гордыню и как следствие, девушка уже не стала утруждать себя просчитыванием последствий. Она была на вершине могущества, она властвовала и повелевала. Ее мягко просили и предупреждали быть осторожной и удержаться от опрометчивого поступка. Но разве могла она прислушаться к просьбам подчиненных ее силе? Гордячка сделала по своему.

Читатель узнает как она будет уходить с палубы, хватаясь руками за стены кают, но что стало с ней после и понесет ли она наказание за свой поступок, мы не узнаем. Возможно муки совести истерзают ее и она впадет в горячку, как Раскольников. Возможно. Но все случилось в Коломбо и ни один белый не пострадал.

«Под палубным тентом» — очень даже неплохой, маскулистский (или промаскулистский), как можно было бы сегодня сказать, рассказ Джека Лондона. В самом деле, в обществе и по сей день немало людей, которые по прежнему нередко говорят, что «нельзя плохо говорить о женщине» — причём вообще не важно, о какой. Утверждения о том, что женщины — лучшая половина человечества, многими и сегодня с телеэкранов пропагандируются, как абсолютная истина. Хотя женщины гораздо реже осуществляют тяжкие преступления, всё же это не означает, что плохой человек, заслуживающий крепкого слова, не может быть женщиной. Верно и обратное — поступок мисс Кэрьюферз не является «типично женской манипуляцией», как может его, к сожалению, воспринять мизогинный читатель. Мисс Кэрьюферз осуществляет тот поступок, который вполне мог осуществить и богатый мужчина соответствующего нравственного уровня. Правда, даже богатому мужчине бы вряд ли говорили такие фразы, как «я спрыгнул бы только, если нужно было бы спасти вас». Что уж говорить о бедных мальчиках... Читать следует вдумчиво и не проецируя.