Цитаты из книги Две недели в другом городе

В жизни бывает очень много неожиданных ударов. Так уж устроен мир. Учись их предвидеть.

- Ненавижу аэропорты.

• Я - тоже, - отозвалась женщина. - Иногда. Я люблю встречать.

... одна француженка говорила ему [Джеку], что каждой женщине, перешагнувшей тридцатипятилетний рубеж, приходится делать выбор между своим лицом и фигурой. Можно при помощи диеты и гимнастических упражнений сохранить узкой талию, но при этом лицо осунется и покроется морщинами. А можно, располнев, сохранить гладкость лица и предоставить возможность расплываться своему заду.

Стоит провести три дня в Италии, среди коренных жителей Средиземноморья,- сказал композитор, приехавший из Штатов,- как лица американцев начинают казаться вам отвратительными. Незавершенными.

-Не люблю самолеты, - сказала девочка. - Они уносят людей.

Volare oh oh Cantare oh oh oh

Смерть проникла в комнату. Не очень-то приятно быть в ее обществе, когда на часах четыре пятнадцать, а ты один в номере; сигарета – неважное средство защиты.

Сделать здесь хороший фильм можно лишь по чистой случайности. Слово правды в кино - редчайшее событие. Нельзя обидеть никого - ни бедных, ни богатых, ни трудяг, ни буржуа, ни евреев, ни аристократов, ни матерей, ни священников, ни политиков, ни бизнесменов, ни англичан, ни немцев, ни турков - ну абсолютно никого. Над воротами каждой студии светится девиз: "ТРУСОСТЬ". Никто не произносит тут ни одного слова правды.

И все же дни были сносными. Ночи давались гораздо труднее.

— Чем больше я узнаю о тебе, — серьезно сказала она, — тем дольше ты сохранишься в моей памяти. Станешь для меня более реальным, и все это превратится в сон гораздо позже… .......... Знание порождает эмоциональную вовлеченность, привязанность.

«Американцы, — прочитал он, — в том числе и люди творческих профессий, отличаются от европейцев. Они убеждены, что жизнь должна быть непрерывным движением вверх, а не чередой взлетов и падений…» ................... «Любой американец, — продолжил чтение Джек, — с какого уровня он бы ни начинал, всегда верит в то, что его карьера должна идти от успеха к успеху. ... »

— В мире, — сказала она, — стоит столько храмов, и все ради лжи, фантазии… Какое расточительство!

Если уж работа неизбежна, — назидательно заметил Гвидо, — всегда лучше работать на аристократа.

Она любила встречать за границей рослых американцев. Она одобрила его строгий серый костюм, сидевший на нем с той свободой, из-за которой европейцы считают американцев нацией, не умеющей одеваться.

«Мистер Гарнетт, лысоватый человек с тихим голосом, владел адвокатской фирмой, специализировавшейся на бракоразводных процессах. Джек с одинаковой брезгливостью относился к юристам подобного профиля и врачам-венерологам.»

«обладая лишь молодостью и талантом, он с пренебрежением относился к богатству. С таким чувством абсолютно здоровый человек проходит по коридорам больницы, где лежат неизлечимо больные, с жадностью поглощающие яды, которые постепенно убивают их»

Во время войны, подумал Джек, каждый должен быть готов к какой-то потере.

Французы меня раздражают, – произнес Брезач. – Знаешь, что он писал об Алжире незадолго до смерти? сказал Джек. – Он писал, что эта война обоюдная подлость. – Я же сказал, что французы меня раздражают, – заявил Брезач. – Я не говорил, что они глупы.