Отзывы о книге Дневник Сатаны

Ох, дьявольски измучила мер эта небольшая книга. Муки сатаны, который вдруг вселился в человека и его первые недели на земле, было читать так тяжко, будто продираясь сквозь густой туман. Но когда Сатана наконец встретил Человека чтение пошло бодрее. И вот тут-то стало по-настоящему страшно. Человек оказывается страшнее любого дьявола. Но между тем осталось много вопросов, и заметно, что история не закончена. Почему Сатана внутри человека как-то совсем потерял своё могущество и ум, и стал способен лишь на угар и глупую влюбленность. И самое интересное, каким образом будет губить мир неверуюший ни во что Фома Великий.

«Дневник Сатаны»  - последний роман Леонида Андреева и своеобразный итог его философских исканий.

Произведение выстроено в форме дневниковых записей, где «повелитель тьмы» изображен не в христианской парадигме, а как "летописец", который излагает собственные наблюдения о людях, их пороках и страстях.

Главный вопрос книги — природа зла. Андреев показывает, как зло становится повседневностью, растворяется в быте, в политике, в общественных отношениях.  И образ Сатаны становится метафорой XX века: эпохи войн, крушения империй и идеологий. В этом смысле произведение пророчески предвосхищает дальнейшие трагедии столетия.

Я прочитал произведение с интересом: необычно, афористично и есть над чем подумать. Но вряд ли буду перечитывать и тем более остерегусь  советовать кому-либо прочитать. Нетривиальный сюжет оказывается затянут длинными пространными размышлениями. Такой своеобразный философский анамнез, диагноз современной (Андрееву) человеческой цивилизации, зайдёт далеко не каждому.

Но все же, то что роман остался незаконченным, кажется очень символичным, как будто Сатана продолжает свой дневник.

Да, Я хочу делать золото и искать философский камень. Но разве он уже не найден? Он найден, только вы не умеете им пользоваться: это – любовь. Ах, Магнус, Я еще сам не знаю, что буду делать, но Мои замыслы широки и… величественны, сказал бы Я, если бы не эта ваша мизантропическая улыбка. Поверьте в человека, Магнус, и помогите Мне! Вы знаете, что нужно человеку. Он холодно и угрюмо повторил: – Ему нужны тюрьмы и эшафот.

То ли из- за своей не законченности, то ли по замыслу писателя, то ли по самой природе темы произведение неоднозначно. Его можно воспринимать как антиутопию, где произошла подмена понятий и ад настолько укрепился в миру, что сам Сатана почувствовал себя лишним. Он вочеловечился, однако оказалось, что человек стал настолько самостоятельным, что сам заменил царя Тьмы, да так изобретательно, что Сатана попал впросак. То же произошло и с Мадонной. Известно, что в Италии женщинам с именем Мария запрещено работать в сфере интимных услуг. Тут такая дама помимо оксюморона имени и рода занятий, ко всему прочему имеет диссонирующую внешность, где ликом схожа с небесной Мадонной, а нутром являет собой изобретательную искусительницу. Однако это не единственный вариант восприятия текста. Из повествования можно предположить, что такой Дьявол живёт в каждом из нас. Он же и ведёт борьбу с божественным началом за территорию тела, представляя собой рациональное, в то время как при всем своём уме человек зачастую непроходимо глуп. Поскольку мудрость представлена сердцем, то есть Богом в нас. Сатана же скупым интеллектуализмом, потребительским отношением к жизни, требующим стереотипного мышления, лицемерной изворотливости и гаденького приспособленческого умишка, изгоняет из тюрьмы тела божественное - способное поднять Человека в небесные просторы, завладевая освободившимся пространством и уничтожая сердце за ненадобностью. И вступает в свои права гнусная жизнь червяка, который однако тоскует по Богу, ощущая в себе пустоту нежилого помещения, где все изгажено мелкими бесами, и остаётся лишь страх смерти, так как тогда Сатана станет уже не арендатором, а полновластным хозяином субстанции, именуемой душой. Бог порой заглядывает в разбитые окна оставленного существа, тогда то рвётся осуществить ремонт, дабы пригласить того обратно, но со временем становится поздно, так как бесята и черти более высоких чинов настолько облюбовали помещение, что оно уже не подлежит восстановлению. И катарсис становится возможен лишь через полное уничтожение, если при том душа сумеет свершить акт самоустранения, при котором Сатана останется с пустыми руками. Это возможно лишь путём полного самоотречения, самозабвенной жертвы.

Всюду за тобой и всюду с тобой, человече. Что мое лицо, когда ты своего Христа бил по лицу и плевал в его глаза? Всюду за тобой! А надо будет, сам ударю Христа вот этой рукой, что пишу: всюду за тобой, человече. Били нас и будут бить, били мы Христа и будем бить… ах, горька наша жизнь, почти невыносима!

Да, мы не знаем, кто мы, но мы способны выбрать! Человек обладает свободой воли! В этом его пытка и его счастье!

И не знаю, кто я: Каин или Авель? Но принимаю жертву, как принимаю и убийство. Всюду за тобою и всюду с тобою, человече. Будем сообща вопить с тобою в пустыне, зная, что никто нас не услышит… а может, и услышит кто-нибудь? Вот видишь: я уже вместе с тобою начинаю верить в чье-то Ухо, а скоро поверю к в треугольный Глаз… ведь не может быть, честное слово, чтобы такой концерт не имел слушателя, чтобы такой спектакль давался при пустом зале!

Именно на этом парадоксе, который вынесен в заголовок, и построен весь роман.

На первый взгляд кажется, что Андреев создает очередную вариацию на тему Фауста. Но очень быстро становится понятно: перед нами не религиозный роман и даже не философская фантастика. Это обвинительный акт человечеству.

Сатана у Андреева приходит в мир не как искуситель. Он приходит как наблюдатель. Более того – как ученик. И постепенно выясняется страшная вещь: человеку уже не нужен дьявол. Если у Данте зло еще имеет космический масштаб, у Достоевского оно связано с метафизическим бунтом против Бога, то у Андреева зло становится обыденностью. Оно прячется в деньгах, власти, тщеславии, корысти и равнодушии.

Именно поэтому главный герой постоянно оказывается в положении проигравшего.

Одна из ключевых фраз романа:

Мои слова только проклятая маска моих мыслей

Это не просто красивый афоризм. Это формула всего произведения. Андреев показывает мир, где слово перестало быть отражением истины. Люди носят маски, играют роли, продают чувства и покупают убеждения. Сатана оказывается в пространстве тотального лицедейства.

Не случайно роман появляется именно после Первой мировой войны.

Для европейской культуры 1914-1918 годы стали моментом катастрофы. Рухнула вера в прогресс, гуманизм и рациональность. XIX век обещал, что образование и наука сделают человечество лучше. Вместо этого, спустя 30 лет, образованные европейцы построили фабрики смерти.

Андреев воспринимает это как нравственное банкротство цивилизации. Поэтому его Сатана вовсе не всемогущий князь тьмы. Он растерян. Он почти наивен. Он хочет понять людей и постоянно терпит поражение.

Самое интересное, что роман вообще не о дьяволе. Это роман о человеке. Сатана здесь выполняет ту же функцию, что и Воланд у Булгакова, но с важным отличием. Воланд прекрасно знает людей. Андреевский Сатана – нет.

Он смотрит на человечество почти как антрополог на неизвестное племя. И постепенно приходит к ужасающему выводу: люди способны на зло не потому, что их искушают. Они способны на него самостоятельно. Более того – творчески.

Отсюда и одна из центральных тем романа: человеческая свобода как источник трагедии.

Если в христианской традиции зло вторично и паразитирует на добре, то Андреев показывает мир, где человек сам становится производителем зла. Для начала XX века это была чрезвычайно современная мысль. Через несколько десятилетий ее будут развивать экзистенциалисты, а после Второй мировой войны Ханна Арендт сформулирует знаменитую концепцию «банальности зла».

Андреев предчувствует это еще в 1919 году.

Парадоксально, но роман, написанный более ста лет назад, сегодня выглядит почти пророческим. Потому что его главный вопрос звучит так: если зло не приходит извне, то что делать с тем злом, которое рождается внутри нас самих?

Никакие демоны уже не нужны. Никакие сделки с дьяволом не нужны. Достаточно человеческой жадности, тщеславия и желания власти. В этом смысле «Дневник Сатаны» оказывается одним из самых пессимистичных текстов русской литературы. Даже Достоевский все-таки оставлял человеку путь к спасению. У Андреева надежда существует, но выглядит почти призрачной.

Особенно символична еще одна фраза:

И что за великий лжец, который умеет обманывать только других? Солги себе так, чтобы поверить – вот это искусство».

Если искать главную мысль романа в одной цитате, я бы выбрала именно ее. Потому что для Андреева источник всех катастроф – не внешний враг, не Сатана и не Бог. Источник катастрофы – способность человека обманывать самого себя.

Это тяжелый, мрачный, местами почти безнадежный текст. Эта книга, в которой Сатана приходит искушать людей и неожиданно обнаруживает, что они давно справляются без его помощи.

Андреев необычен... Андреев оригинален... Андреев, как всегда, на "пятёрку"!

Человек, искушающий Сатану, как вам фабула? Если ухмыльнулись, представив пикантность ситуации, то эта книга - ваша. Если нет, то тоже ваша, так как обязательно ухмыльнётесь, когда, с удивлением обнаружите, что роман не закончен и недоумённо будете осознавать, что судьба Короля Лира, уготованная своему герою Шекспиром - это благоденствие, по сравнению с тем, на что обрёк Сатану Андреев. Это вам не Льюис, с его "Письмами Баламута", где тоже есть Чёрт, но всё стандартно, понятно и разумно...

И написано очень красиво...

"Дневник Сатаны" - роман отечественного писателя Леонида Николаевича Андреева. Он начал работу над этим произведением весной 1918 года, а 12 сентября 1919 умер, спустя два года недописанное сочинение опубликовали.

Как же это красиво! Я получала эстетическое удовольствие читая этот текст. И даже несколько раз интеллектуальное, но тут уж от знания христианской мифологии всё зависит, у меня оно на начальном уровне, поэтому уверена, что не все намёки, параллели и полутона смогла считать, но и то что смогла - великолепно!

Антагонист здесь - Фома, в начале Магнус, а затем Эрго. А героиня - Мария с ликом Мадонны. А сам Саната вочеловечился в американского филантропа-миллиардера Генри Вандергуда. Кстати, у "тела" был прототип - Альфред Вандербильт, мечтающий облагодетельствовать Старый Свет, но погибший на "Лузитании", потопленной немцами 7 мая 1915 года.

Роман начинается 18 января 1914 года, а последняя запись "сделана" 27 мая того же года. И я гадаю: хотел автор довести своих героев до 28 июля 1914 года (начало Первой мировой) или до 7 мая 1915 (гибель прототипа).

А как изящно подана мысль, что свобода и смерть - синонимы, потому что только смерть даёт полную свободу. Восхитительно! Каждая строчка, каждое слово прекрасно!

Все эти словесные игры с "Я" и "я", обращения к "человече", неоднозначные беседы главных героев, игра от скуки и игра от ненависти - я в восхищении! Андреева буду читать ещё однозначно!

Ах, какое начало! Какие обещания сулила эта история. Какие потрясающие отзывы.

Я - вочеловечившийся Сатана: ведь это так интересно!

Но мне совершенно не понравилась книга. Поток абсурда. Всю книгу я ждала глубоких мыслей и откровений. А получала подслушанный разговор сумасшедших людей.

Не поверила ни одному персонажу, Сатана вообще невнятный. Пришел на землю лгать и играть. Но неправдоподобно быстро он впитал в себя всё человеческое и никаких сатанинских поступков не случилось. Остальные персонажи плоские. Бесконечное пустословие.

Замучилась читая. И разочаровалась.

Se questo è un uomo...

Если это Сатана, хотела я сказать, а то - человек, то нелепо бояться ада. Что-то прогнило в том царстве, как королевские фамилии вырождаются от поколений внутрисемейных браков, так и бессменный властитель столетней давности ада за столько веков правления выродился во что-то пафосное и жалкое, великое только в собственном воображении, неприспособленное к реальности, начинающее радостно вилять хвостом при виде человека, как наивная собачка с проблемами краткосрочной памяти. Мария! Идиот.

Сдается мне, будь эта история реально привязанной к действительности, товарищ Сатана явно бы поджал тот самый дружелюбный хвост свой после общения с Магнусом и потрусил в ад зализывать раны. А потом послушно принимал к себе толпы тех, кого ему присылал прошлый век. И не высовывался больше.

То есть все это, конечно, блестящая иллюстрация того, что редкий Сатана дойдет до того, до чего человек додумается без труда, да и эта глупейшая высокопарная наивность рассказчика наверняка специально кропотливо продумана (надеюсь), но факт извращенности человека очевиден и без необходимости читать унылое блабла. Зачем принижать интересный культурный образ до обыденности нашей.