Октябрь в председательском кресле

Челлендж: прочитать все переведённые на русский "лучшие рассказы 21-го века из списка "Локуса"", благо их там всего двадцать и не все переведены на русский.

Сначала про место № 13. Рассказу Резника "Путешествия с моими кошками" не повезло с местом в топе "Локуса", а русскому читателю — с доступностью рассказа. Прочитать рассказ можно только или в белорусской малотиражке или в свежем фэнзине "Umlaut".

12 место. "Октябрь в председательском кресле" Геймана. Что за название?! Тот случай, когда переводить надо по смыслу, а не буквально. Сварливые и неприятные Двенадцать Месяцев собираются на лесной поляне и травят жутенькие байки. Октябрь рассказывает историю мальчишки по имени Дональд, по прозвищу Коротышка. Затюканный старшими близнецами, Коротышка решает сбежать из дому. Мечтает, как его будут искать, как он будет самостоятельно жить. Ночь застаёт его у заброшенного города, где он и знакомится с привидением-ровесником. Всю ночь мальчишки ведут себя как мальчишки — лазают по деревьям и болтают, делясь наболевшим. Утром перед Коротышкой встаёт непростой выбор — остаться с новым другом или возвращаться к живым, в опостылевшую семью... Финал жутковатый. Сам рассказ очень средненький, такой себе черновик "Истории с кладбищем". Как у рачительного хозяина, у Геймана всё идёт в дело — спустя тринадцать лет после этого рассказа он пишет целый цикл "Календарь сказок", где действуют Месяца года. Похоже, я нащупал беспроигрышный вариант попадания рассказа в западные номинационные списки — главным героем должен быть мальчишка. Трогательный и беззащитный. Мнящий себя взрослым, но наивный и ранимый. Всё по заветам Крапивина и Лукьяненко. В прочитанном наполовину списке рассказов "Локуса" этим рецептом уже воспользовались Элизабет Бир, Джеффри Форд, Нил Гейман, Кен Лю. Уверен, в верхней половине списка попадётся ещё парочка рассказов про детей.

5(СРЕДНЕ) https://s.livelib.ru/img/stars2/r50-x-gray.png">

«Просто он не подходил ни своей семье, ни своему городу, ни своей жизни.»

«— Хорошо, — сказал Октябрь. Борода у него была разноцветная, словно роща по осени — темно-коричневая, оранжевая и винно-красная давно не стриженная путаница на подбородке; щеки — красные, точно яблоки. Он был похож на хорошего доброго друга, которого знаешь всю жизнь.» (Нил Гейман. «Октябрь в председательском кресле». 2002)

«— И как это? Быть мертвым?» (Нил Гейман. «Октябрь в председательском кресле». 2002)

«Это была хорошая мечта. Но он знал, что в реальности все будет иначе: завтра или послезавтра его найдут и вернут домой, там на него наорут, и все будет по-прежнему, как всегда, и день за днем, час за часом он будет все тем же Коротышкой, только на него будут злиться еще и за то, что он сбежал из дома.» (Нил Гейман. «Октябрь в председательском кресле». 2002)

ЗДРАВСТВУЙТЕ! Один из оставшихся рассказов в конце сборника Питера Страуба «ДЕТИ ЭДГАРА ПО». Жалко, что скоро сборник закончится. Правда, читаю я его вовсе не скоро: растягиваю удовольствие. Зато ценность от такого чтения для меня возрастает …

** Собрались однажды 12 месяцев … Все, конечно, помнят сказку «Двенадцать месяцев» советского писателя Самуила Маршака, написанную в 1942 году. Нил Гейман предлагает тоже сказку — свою. Будет рассказывать Октябрь. Вернее, говорить за него станет Гейман, и в 2002 году …

Что творят и вытворяют авторы XXI века с советской сказкой для детей военного времени?.. С поправкой на то, что, возможно, Маршак тоже использовал в качестве мотива для своих «Двенадцати месяцев» старинную чешскую легенду, и в его сказке, по утверждению Самуила Яковлевича, от этой легенды мало чего осталось, можно догадаться, что и Нил Гейман поступит точно также, как Маршак.

** У Нила Геймана от «Двенадцати месяцев» не осталось ничего, кроме 12 месяцев, причём все они различаются по гендерному признаку: мужчины и женщины. И все они, словно бездомные, греются у костра и жарят сосиски.

«Их было двенадцать. Они сидели вокруг костра и жарили на огне большие сосиски, которые шипели и плевались соком, стекающим на горячие поленья. Они пили яблочный сидр, освежающий и прохладный.»

… Удовольствие от хорошего рассказа я получаю особенно тогда, когда написано мало, а сказано много. Это мастерство рассказчика.

Октябрь месяц не только на этот раз председательствующий, но и рассказчик. И рассказ его, в общем-то, напоминает сказку Маршака. Но только лишь по сути. Ибо это история обездоленного мальчика, но при живых родителях. Здесь нет злой мачехи и такой же недоброй сводной сестрицы. От этого 10-летнему мальчику — Дональду — герою рассказа живётся ничуть не лучше.

У него родные папа и мама. Родные братья-близнецы. Но все дома и даже в школе забывают его имя. Зовут Коротышкой. Мир словно отвернулся от мальчика. И некуда бежать. Но он сбегает. Куда глаза глядят.

Что бывает с детьми, сбежавшими из дома, детдома, приюта? — По-разному случается …

Сбежать-то можно от куда-нибудь. А от себя куда?

Страшный рассказ. И ни единого слова об ужасах …

А мальчик-призрак такой прелестный. Добрый. Понимающий. А какое у него имя классное — Безвременно! С ним так хорошо играть … Он не пугает. Не манит …

Мало слов. Немного текста. Но как же много сказано. Вы всё поймёте сами.

Мастерски написанный рассказ. Поэзия в прозе. «— Там не пусто, — сказал Безвременно. — Там никто не живет. Это разные вещи.»