Отзывы о книге Гамбринус

Эту пивную "Гамбринус", названную в честь легендарного изобретателя хмельного напитка, не так уж просто найти на людной улице портового города. Вывески нет совсем, но две комнаты заведения обычно никогда не пустуют. Каждый вечер здесь играет на скрипке музыкант Сашка — еврей, благодаря искусству этого немолодого скрипача-виртуоза все и знают этот кабачок. На коленях у него неизменно сидит маленькая беленькая собачка. Играет он здесь уже много лет и давно стал местной достопримечательностью и знаменитостью.

Повесть совсем небольшая, но такая вместительная, что кажется, будто Куприн когда-то написал большой роман, а потом выварил из него всю ненужную жидкость и остался лишь густой, концентрированный бульон. В эту повесть вместилась вся жизнь Сашки. Как же он кинематографичен этот образ! Так и стоит перед глазами добрейший человек, который виртуозно играет на скрипке любую мелодию. Как же прекрасен русский язык у Куприна! В каждом слове скользит любовь и уважение к этому скрипачу, к молчаливой хозяйке пивной и просто ко всем простым портовым работягам.

Сашка не просто музыкант, он — душа этого заведения. Его музыка проникает в сердца людей, создавая атмосферу единения и понимания. И как же у меня замирало сердце, когда автор вот так просто по-человечески рассказал нам историю Сашки. Он показывает, как одно место может объединять людей разных национальностей, несмотря на конфликты, которые их государства развязали.

А если из-за алкоголя ситуация будет накаляться, всегда есть вот такой Сашка, который всех успокоит. Он становится связующим звеном, напоминая всем о том, что искусство способно преодолевать любые преграды. Пока живо искусство, человек не превратится в тупое животное, орущее лозунги, навязанные ему государством. А если и превратится, то процесс будет обратимым, так как будут и вменяемые люди. Именно Сашка является моральным камертоном, который напоминает о человеческих ценностях и доброте, способной растопить любые предрассудки. Его музыка — это не просто звуки, это целый мир, в котором каждый может найти утешение и надежду.

Если пробежаться по рецензиям и анализам "Гамбринуса" в основном получим: " предреволюционная Россия", "интернационализм противопоставленный национализму", "поэтическое описание Одессы", "искусство непобедимо" и т. д и т.п. Не хочу с перечисленным спорить, но хочу добавить: это история о человеке, осознавшем, что терять ему нечего. Пока у Сашки есть Белочка и ощущение себя наравне с окружающими, он способен пугаться, бояться и тосковать, но после того, как ему многажды напомнили, что он - никто, морда жидовская, и сделать с ним можно, что угодно, он теряет способность бояться. Власти отправили его на войну вопреки закону ( что он там повидал, вынесено за пределы рассказа); простые люди, с которыми он много лет жил бок о бок, устроили погромы; собачку - безобидное существо, скрашивавшее его одиночество - убили просто так, походя... Искусство непобедимо, говорите? Музыка, да? Но музыку тоже убили. Сашке искалечили руку, ему уже не бывать скрипачом, не перенимать мелодий, не сочинять собственных. Он, бывало, играл печальные задумчивые мелодии, свои сочинения, но всё, что осталось ему теперь - это разухабистый "Чабан", исполняемый на окарине. На свистульке. Мука, издевательство, а не музыка. Что ж, не время стало для задумчивой печали, впереди 1917 ый год: люди, которые поняли, что терять нечего, отомстят миру за то, что он их до этого довел.

Написать маленький рассказ намного сложнее, чем написать книгу. У Куприна это получилось блистательно. Как можно на тридцати страницах сказать то, что не получается у некоторых в трилогиях? После прочтения у меня сложилось впечатление что я сама была в порту, который описывает Куприн в первых главах. Спускалась по узкой лестнице в "Гамбринус". "Гамбринус" - название пивной. Музыка в "Гамбринусе" звучит благодаря Сашке-еврею, который играет в пивной на скрипке. Веселый, добрый, маленький человек с собачкой. А как он играет! Когда я читала этот рассказ, я слышала эту музыку. Видела посетителей пивной, видела как они танцуют под Сашкину скрипку. Я надеюсь, что Вы найдёте время и прочитаете этот маленький рассказ и получите огромное удовольствие!

Вот оно счастье, когда ты понимаешь, что не надо больше полтысячи страниц чтобы описать жизнь человека и страны, достаточно и меньше пятидесяти, а ты будешь переживать и плакать, смеяться и слышать музыку описанную словами.

Почти все в одних замкнутых декорациях, под звуки скрипки, под пьяный гомон, а ты узнал о том, как менялись приоритеты страны, как менялась власть, что нравилось людям, чем они жили, что любили и чего боялись. Ты узнаешь жизнь небольшого, но удивительного в своем таланте и человечности скрипача. Тебе страшно и больного за него и в тоже время именно он показывает тебе, что жалость плохое чувство и никакой человек не желает жалости к себе. И он не хочет, потому что в нем есть божественный огонь и дар. И то что он уже не может играть на скрипке не означает, что он никогда больше не сможет играть.

Че­ло­ве­ка мож­но ис­ка­ле­чить, но ис­кус­ство все пе­ре­тер­пит и все по­бе­дит.

Я читала и наслаждалась. Куприн великий писатель. Он вдохнул жизнь в каждого своего героя, он вдохнул жизнь в город, в страну. Читается о живом, настоящем, без поддавков, честно, открыто и никаких людей оболочек или не нужных людей. Вот такую классику я люблю. Живую, яркую, вечную.

В припортовой пивной"Гамбринус" каждый вечер собирается пестрая публика. Матросы, рабочие, воры и прочий контингент приходят пить пиво и слушать игру скрипача-еврея - Сашки. Сашка - символ "Гамбринуса", его музыка объединяет самых разных людей, самых разных национальностей. Но веселые, разгульные картины жизни в "Гамбринусе" сменяются сначала русско-японской войной, а затем революцией...

Затем настало странное время, похожее на сон человека в параличе.

Глубокий, искренний, очень жизненный и великолепно написанный рассказ!

«Он садился на обычное место налево от пианино и играл какие-то странные, длительные, тоскливые пьесы. Становилось как-то сонно и тихо в подземелье, только с улицы доносилось глухое рокотание города, да изредка лакеи осторожно побрякивали посудой за стеной на кухне. Со струн Сашкиной скрипки плакала древняя, как земля, еврейская скорбь, вся закатанная и обвитая печальными цветами национальных мелодий.»

В этом рассказе нет ровным счетом ничего из того, что так нравится современному книгочтею: ни лихо закрученного сюжета, ни детективных ноток. Нет до безумия красивого писательского слога, точно так же, как нет любовной линии. Куприн сознательно оставляет читателя наедине с судьбой поистине сильного человека, человека с широкой душой и твердым, как сталь, характером. И нет больше в мире никого, только читатель, книга и музыка.

Вряд ли бы нашелся в те времена в южном теплом портовом городе (зная, что это за город, не поворачивается язык назвать его городком) человек, которой не знал бы Сашку-еврейчика. Виртуозный мастер скрипки, он был неотъемлемой частью «Гамбринуса» - крупной популярной пивнушки, собиравшей под своей крышей не только здешних завсегдатаев, но и приезжих. Жизнь била ключом здесь и сейчас. И все они были в тот момент друзьями.

«Просто кто-нибудь предлагал: - Идем к Саше? А другие отвечали: - Есть! Так держать.»

Сашку воспринимали как что-то постоянное, константу. Казалось, он стал одним целым с этой захудалой пивнушкой. Он родился вместе с ней, вместе они и выросли. Никому и в голову не приходило, что рано или поздно «Гамбринус» останется без него. Да ну, нет же, это ведь Сашка! Куда он денется-то? Но однажды это случилось, музыканта забрали воевать. «Сначала о Сашке вспоминали каждый вечер:

- Эх, Сашку бы теперь! Душе без него тесно…»

Куприн необычайно изобретателен в своем повествовании. Казалось бы, не используя каких-либо лишних авторских приемов, атмосфера рассказа обволакивает и затягивает. Ну, что в нем примечательного? Но нет же, довольно быстро вы тоже станете частицей «Гамбринуса», почувствуете себя одним из тех, кто ежевечерне приходил сюда, заказывал у мадам Ивановой пиво и наслаждался великолепнейшей игрой виртуоза-самоучки. Иначе с этим до боли жизнеутверждающим рассказом и быть не может. А еще с ним можно поверить в себя снова. Встать и пойти дальше. И так раз за разом. Превозмогая боль, обиды, слезы. А кто еще сможет так, как он? Кого не сломает жизнь, неудачи, обстоятельства? Кто сможет снова стать тем, кем был?

В Одесском литературном музее мне рассказали, что эта история была на самом деле. Был и «Гамбринус» (он и сейчас есть, правда, сменил место дислокации), и Сашка-еврейчик. У последнего, кстати, на территории музея есть своя собственная скульптура. Конечно, не зная этого, можно было бы обвинить Куприна в некоем лицемерии, забросать его фразами по типу: «Да так не бывает!». Но разве эта история не напоминает лишний раз нам о силе человеческого духа? Человека невозможно сломать, пока он верит в то, что заставляет его держаться. Человеческая сила поистине безгранична. Как безгранична и сила искусства. Верьте в себя и вы, верьте в свои силы, свою уникальность, свою мощь. Как верил в это Сашка.

Это один из тех рассказов Куприна, где чувствуется живая Одесса: шумная, весёлая, но и беспощадная. Атмосфера трактира, моряки, хохот, пиво и, конечно, скрипка Сашки — всё нарисовано так ярко, что будто сам сидишь за столиком и слушаешь.

Сашка — потрясающий герой. Он прост, он не герой-рыцарь, а парень с улицы, но в нём больше силы и достоинства, чем у многих «важных» людей. Когда жизнь лишает его слуха, он не сдаётся. Он продолжает играть, и его музыка становится не развлечением, а символом несгибаемости.

Это история о маленьком заведении, где скрипач Сашка ежедневно исполнял свою магию музыки, околдовывая сердца посетителей.

Признаться честно, в этом произведении преобладают описания над диалогами. Практически весь текст — это единое описание помещения и образов, лишь изредка прерываемое короткими диалогами героев. Однако именно сегодня, в преддверии праздника, меня охватила особая атмосфера этого произведения. Возможно, потому что описание уединённого уголка пивной напомнило мне паб «Три метлы» из мира Гарри Поттера. Особенно врезалось в память описание картин, словно оживавших под проницательным слогом автора. Например, одна картина изображает компанию весёлых немцев, которые будто приветствуют гостей пивной, подняв свои кружки: "Все они, обернувшись лицом к пивной зале, приветствовали публику с протянутыми кружками."

Этот маленький мирок Куприна оказался удивительно созвучен моему предновогоднему настроению.

Тем не менее, в этом произведении встречаются сцены жестокости и страха, от которых кровь стынет в жилах. Есть страницы, которые читать действительно нелегко, они оставляют глубокий след в душе.