You're my end and my beginning Even when I lose I'm winning 'Cause I give you all of me And you give me all of you (c)

Дисклеймер. Рецензия вышла странная - неровная, несколько ироничная, с отклонениями от главной темы и элементами потока сознания. Короче, на любителя.

Признаюсь, мне было непросто оценить книгу. Размышления о таком многомерном и трудно поддающимся определению понятии, как любовь, изложены автором понятным языком и хорошо систематизированы. Думаю, что многие почерпнут из книги что-то для себя полезное. Однако в ней присутствуют предвзятые суждения, которые резали слух и которые я не могу проигнорировать. В первую очередь это касается некоторых предубеждений относительно женщин. Помимо этого, Фромм утверждает, что гомосексуальность является извращением и гомосексуальная связь, в отличие от гетеросексуальной, не может сделать человека счастливым. Когда встречаешь такое замечание в научной книге, внимание невольно фиксируется. Оставляя в стороне неуместную здесь полемику, скажу только, что предположение Фромма не выдерживает элементарную проверку действительностью. Есть немало людей, которые формируют гармоничные гомосексуальные пары. Но, как и в случае с гендерными предрассудками, нужно учитывать год написания (в 50-60-е годы прошлого столетия гомосексуальность даже в либеральных демократических обществах многими воспринимался как нездоровое, а иногда и наказуемое состояние). Время действия, как мы знаем, - фактор, который многое объясняет. Вернёмся к сложившейся дилемме, нужно ведь как-то для себя оценить книгу. Я решила поставить книге две оценки и вывести среднее. Первую оценку, четвёрку, могла бы поставить некая Ника, которой выпало жить в эпоху написания книги. Она бы, вероятно, оценила авторские коррективы популярной когда-то теории Фрейда. Была бы рада прочитать некоторые созвучные ей мысли, о которых она догадывалась, но вряд ли бы смогла их так ёмко сформулировать. К примеру, любовь - одновременно активная деятельность и акт веры. Или:

Уважение существует только на основе свободы: как поется в одной старой французской песне, «любовь – дитя свободы»; дитя свободы, а не господства.

Вторую оценку, тройку, ставлю я сегодня, в первую очередь по уже озвученным выше причинам… К тому же мне не очень нравится заголовок (конечно, это моя личная проблема) и то, что автор иногда повторяется. Мне кажется, что сводить любовь к искусству, которым надо овладеть и тогда, слившись с другой личностью, ты избавишься от одиночества и страха смерти, означает пытаться, с одной стороны, всё излишне унифицировать (люди разные и всем нужно разное, следовательно, и главные цели в любви у людей совсем не обязательно должны совпадать). С другой - слишком всё рационализировать и упускать из виду извечный хаос нашей динамичной жизни. Но прелюдия затянулась, пора переходить к существу вопроса.

Эрих Фромм, известный мыслитель и психолог XX века, рассматривает основные качества, которыми должна обладать личность, для того чтобы дарить и принимать любовь. Он выделяет несколько категорий любви, на каждой из которых подробно останавливается. Фромм пытается ответить на вопрос, почему большинство из нас стремится встретить родственную душу и обрести любовь. Он объясняет это главным образом человеческим желанием преодолеть разобщённость и уйти от ощущения экзистенциального одиночества. Поиски любви, согласно автору, мотивируются необходимостью справиться с отчуждённостью, которую мы неизбежно ощущаем по мере взросления. Успешность таких попыток зависит от наличия у индивида определённого набора качеств. Если обратиться к языку математики, данные качества являются необходимым, но не всегда достаточным условием успеха в освоении искусства любить. От индивида требуется духовную зрелость. Людям, которые не смогли избавиться от метафорически нависающей над ними фигуры матери или фигуры отца, тяжело строить отношения с противоположным полом. Посредством любви человек стремится достичь межличностного единства и гармонии - полностью слиться с другим человеком и одновременно остаться собой, сохранить свою индивидуальность (вспоминаем про борьбу и единство противоположностей). Главное условие обретения способности любить, по Фромму, - преодоление в себе нарциссизма и умение «видеть людей и вещи такими, какие они есть». Он подчёркивает, что любовь неотделима от труда. Чтобы сохранять и укреплять отношения, партнёры должны постоянно прикладывать усилия, а также брать на себя ответственность. Другая необходимая составляющая любви - уважение, которое заключается прежде всего в умении видеть другого человека таким, какой он есть, и принимать его таким. На это способна только зрелая личность, а не инфантильный человек, который не умеет разграничивать свои фантазии и реальность. Любовь должна быть действенной. Мы должны постоянно узнавать любимого нами человека, быть искренне заинтересованными и открытыми. Для этого нужно выйти за узкие рамки собственного мировоззрения. Необходимо перейти с поверхностного уровня познания на более глубинный. В случае успеха, познавая любимого, мы лучше узнаем самих себя.

Любовь возможна лишь в том случае, когда двое общаются друг с другом на самом глубоком уровне существования, и поэтому каждый из них переживает себя на этом уровне. Только здесь, в этом «глубинном» переживании, заложена человеческая действительность, жизненность, заложена основа любви. <…> Возможно лишь одно доказательство присутствия любви – глубина взаимоотношений, жизненность и сила каждого из двоих; вот тот плод, по которому распознается любовь.

Всё вышеперечисленное относится, главным образом, к виду любви, который Фромм назвал эротическим. Он также выделяет любовь родительскую, братскую любовь, любовь к себе и любовь к Богу. Описывая взаимоотношения детей и родителей, Фромм придерживается довольно упрощенческой поляризации. По мнению автора, материнская и отцовская любовь качественно отличаются друг от друга. Любовь матери, по своей природе, безусловна. Мать любит ребёнка не за то, что он сделал или не сделал, а просто потому, что он есть. Фромм считает, что первое время ребёнку нужно только это, но где-то к семи-восьми годам особенную важность приобретает роль отца. Любовь отца, в отличие от любви матери, нужно заслужить, за неё часто нужно бороться. Отец дарит ребёнку любовь за хорошее поведение, послушание и т.д. Также подчёркивается приоритет отцовского типа любви в патриархальной системе, когда владеющий имуществом отец стремился, как правило, передать состояние тому из сыновей, который больше похож на него и кажется ему более способным сохранить и приумножить. Для гармоничного развития ребёнку нужно впитать в себя как материнскую, так и отцовскую любовь. На пути обретения зрелости он постепенно станет самодостаточной личностью и перестанет зависеть от казавшихся когда-то всесильными родительских фигур. На мой скромный взгляд, в таком представлении определённо чувствуется то, что сам Фромм проницательно назвал общими иллюзиями эпохи (ни один автор от этих иллюзий не свободен, но соответствующий коэффициент корреляции может заметно варьироваться). В своих теоретических выкладках он разделяет некоторые предубеждения о природе женщин и мужчин. Иначе как объяснить разделение на так называемые мужские и женские качества? Утверждается, что, к примеру, предприимчивость, дисциплина и активность - это мужские качества, тогда как реализм, выносливость и материнское отношение к людям - женские. Согласно автору, создавать мысли и вещи - также прерогатива мужчин. Фромм отмечает, что в каждом из нас присутствуют и мужские, и женские свойства, но полагает, что нарушение баланса может привести к печальным последствиям.

При самых тяжелых формах недостаточности мужских качеств характера главным – и извращенным – их заменителем становится садизм (стремление к насилию). Ослабленная или извращенная чувственность у женщины превращается в мазохизм или стремление к зависимости.

Думаю, несложно догадаться о моём несогласии с таким полярным подходом. Можно было бы ещё принять, если бы он написал, что так считалось веками (вопреки господствующим стереотипам, женщины там, где это было возможно, проявляли предприимчивость и справлялись со сложностями как минимум не хуже мужчин), но Фромм, кажется, выдаёт эти предрассудки за вполне обоснованные суждения.

На этом месте позволю себе немного отклониться в сторону и крайне обобщённо высказаться относительно гендерных различий. Надеюсь, Эрих Фромм и мои читатели извинят это небольшое отступление (в противном случае, пролистывайте). На мой довольно неромантичный взгляд, одна из ключевых причин наличия долгоиграющих стереотипов о взаимоотношениях женщин и мужчин и якобы качественных отличий мужской и женской природы связана с биологией. Немалую роль здесь сыграла сексуальная составляющая. На протяжении многих веков половой акт нёс для женщин опасность. Возможная внебрачная беременность не только могла привести к социальной стигме, но и несла в себе серьёзный биологический риск. Вероятность для женщины умереть в результате родов долгое время была печально высока. Естественно, это, наряду с некоторыми другими факторами, приводило к тому, что формировались определённые модели поведения и, как следствие, гендерные стереотипы и предубеждения. Для мужчины половые связи несли гораздо меньшую опасность и, хотя были возможны побочные эффекты, нередко приводили к укреплению его репутации (на какого-нибудь короля раннего Нового времени, у которого нет любовницы, многие смотрели бы косо). Сегодня ситуация иная. Определённые опасности, конечно, по-прежнему есть и для девушек, но порой они выше для носителей Y-хромосомы. Сексуальные контакты, особенно если речь идёт об отношениях с малознакомыми дамами, могут стоить мужчине колоссальных репутационных потерь (я не злорадствую, если что). Нельзя быть уверенным, что она расскажет через какое-то время… Словом, условному мужчине стоит десять раз подумать, а оно мне надо. Может, лучше книжку почитать или сходить на пробежку? Логично, что современные модели поведения должны существенно отличаться от того, что было нормой ранее (повторюсь, все эти рассуждения содержат высокий процент огрубления). Однако пора закончить наш небольшой флуд и вернуться к «Искусству любить».

Автор уделяет немало внимания концепциям Фрейда (в частности, критикует его представление о любви как в целом «иррациональном явлении») и справедливо замечает влияние, которые оказывали на них настроения эпохи.

Идеи Фрейда сложились отчасти под влиянием общего духа XIX столетия; а их популярность частично объясняется настроением, господствовавшим после Первой мировой войны. Одним из факторов, повлиявших как на общепринятую концепцию, так и на концепцию Фрейда, была реакция на строгие нравы викторианской эпохи.

Мысль легко развить, отметив, что и сама викторианская мораль была реакцией на вольные нравы XVIII века (таким образом усиливающая своё влияние буржуазия стремилась обозначить собственное превосходство над старой аристократией, якобы или не якобы погрязшей в распутстве). То есть можно проследить некоторую цикличность. Интересны рассуждения касательно Аристотелевой логики и восточной философии. Автор отмечает качественную разницу между Аристотелевым подходом к мирозданию, определившим развитие мысли на Западе и философскими идеями, доминирующими на Востоке (Китай, Индия). Восточная философия парадоксальна по своей природе, она не верит в существование некоей единственной «истины» и допускает самые разные мнения, часто считая их равнозначными. Такое отношение к действительности приводит к развитию в социуме терпимости. Для западной мысли, напротив, характерно активное и нередко агрессивное стремление установить единственно верную истину. Отсюда проистекали жёсткие религиозные догмы, гонения на еретиков и т.п. Наряду с негативными последствиями, западный подход, основанный на Аристотелевой логике, породил и позитивные явления - научное мышление, где средства максимально направлены на поиск правильного решения и постоянное совершенствование путём проб и ошибок.

Ещё один момент, который мне понравился, связан с идеей поиска новых моральных ориентиров. Фромм полагает, что в обществе, где многие утратили веру в Бога, возникает культ потребления и накопления. Однако он замечает, что филистерская мораль и консьюмеризм не могут долго удерживаться на пьедестале. Людям нужно что-то более глубокое, более абстрактное… В некотором смысле поиск достойных доверия моральных якорей - актуальная проблема в современном обществе.

В заключение отмечу, что хотя книга содержит некоторые неоднозначные и немного устаревшие суждения, она даёт пищу для ума и может снабдить читателя более глубоким пониманием любви как зрелого и активного чувства, которое требует терпения, сосредоточенности, уважения, предельной заинтересованности и мужества.

P.S. Вначале я отметила, что лично мне не особо импонирует название книги. Любовь - искусство?.. Перефразируя известное выражение, можно сказать, что «любовь в деталях». Каждый человек, знающий о счастливой любви не понаслышке, может без подготовки визуализировать, на первый взгляд, несущественные моменты, которые тем не менее являются индикаторами чувства. К примеру, у вас в незнакомом городе кончились оптические линзы, без которых вы очень плохо видите, и ваш любимый человек целый день выступает вашим персональным гидом. Или он научился готовить любимую вами пиццу не хуже, чем итальянский повар с большим опытом... ну почти не хуже. Я начинаю, однако, впадать в патетику, верный признак, что время заканчивать. Не могу всё-таки удержаться от последней ремарки. Есть искусство, которым необходимо овладеть каждому для успешных и прочных отношений. Нужно научиться вести дискуссию, конструктивно обмениваться мнениями, слушать и слышать. Без этого искусства вряд ли получится обойтись, так как споры по самым разным поводам неизбежны.

Отзывы о книге Искусство любить

Вектор движения понятен