Цитаты из книги Предчувствие конца

"История - это ложь победителей... История - это так же самообман побеждённых..."

Чем меньше времени остается нам из отпущенного срока, тем меньше у нас желания тратить его впустую. Логично, правда?

Да уж: подслеповатый дедушка, сидя на трибуне, обучает мальчонку футбольным премудростям: как ненавидеть парней в форме другого цвета, как изображать травму, как сморкаться на поле — учись, малыш: если одну ноздрю зажать покрепче, то из другой вылетит зеленая сопля. Как раздувать свое тщеславие и огребать заоблачные деньги, как, наконец, убить свою молодость, не успев разобраться, что к чему в этой жизни. Да уж, сплю и вижу, как буду с Лукасом на футбол ходить.

"Во цвете юности" - надо же было такое загнуть: Робсон, каким мы его знали, был не цветком, а овощем.

"Когда еще не было ни мобильных телефонов, ни электронной почты, ни "скайпа", путешественники полагались на элементарное средство связи под названием "почтовая открытка"."

Он не отверг царственным жестом дар бытия; он испугался коляски в коридоре.

...но это, как ни крути, тянет только на "хорошо"...А наш Адриан шел на "отлично". И в самом деле: диплом с отличием, убийство с отличием.

History... Is more the memories of the survivors, most of whom are neither victorious nor defeated.

And five hundred pounds seemed a very specific sum. Bigger than nothing, not as big as something.

But if the face contradicts the speaker’s words, we interrogate the face. A shifty look in the eye, a rising blush, the uncontrollable twitch of a face muscle – and then we know. We recognise the hypocrisy or the false claim, and the truth stands evident before us.

Songs do occasionally tell the truth.

I’m not very interested in my schooldays, and don’t feel any nostalgia for them.

...when we are young and sensitive, we are also at our most hurtful; whereas when the blood begins to slow, when we feel less sharply, when we are more armoured and have learnt how to bear hurt, we tread more carefully.

Though why should we expect age to mellow us? If it isn’t life’s business to reward merit, why should it be life’s business to give us warm, comfortable feelings towards its end? What possible evolutionary purpose could nostalgia serve?

There’s nothing wrong with being a genius who can fascinate the young. Rather, there’s something wrong with the young who can’t be fascinated by a genius.

When we’re young, everyone over the age of thirty looks middle-aged, everyone over fifty antique. And time, as it goes by, confirms that we weren’t that wrong. Those little age differentials, so crucial and so gross when we are young, erode. We end up all belonging to the same category, that of the non-young.

- Да ты, я вижу, трусоват, верно, Тони? - Ну, я скорее... бесконфликтный. - Что ж, не буду разрушать твой идеальный образ.