Цитаты из книги Monstrous Regiment

Выгляди занятым. И никто не будет сильно интересоваться, чем именно ты занят.

И это все вовсе не значило, что все стало лучше. Просто перестало быть плохо.

Жизнь — это поиск того, как далеко ты можешь зайти, а пытаясь понять, как далеко ты можешь зайти, зайти можно слишком далеко.

Они всегда держались за руки, когда были одни. Но Полли казалось, что они держат руки друг друга вовсе не как, ну, друзья. Они держались крепко, как держался бы человек, соскользнувший со скалы, за руку спасителя, боясь, что отпустить значило бы упасть.

-У меня всего один выстрел, а вас тут двое, - сказал вампир.- Кого я убью? Вам решать. Слушайте внимательно: где кофе? У вса ведь есть кофе? Ну же! Кофе есть у всех. Кофе на бочку! А ты, газетчик? - рыкнул Маладикт.- Где ты прячешь кофе?

«Хороший боец, детка, терпеть не может драться с зеленым новичком! Потому как он не знает, чего ждать от этого сукина сына!»

Ты думаешь, что ты герой, а потом оказывается, что ты лишь часть чьей-то истории.

Если ты создаёшь видимость бурной деятельности, никто даже не поинтересуется, чем именно ты занят.

- Знаешь, Бетти, в такое время нелепо обвинять человека в глупости, - сказала она. - Где нам искать мудрости? У бога, который запретил головоломки и синий цвет? У окаменелого правительства, во главе которого стоит портрет? У армии, которая считает, что упрямство и смелость - одно и то же? По сравнению с ними ты ошиблась лишь в том, что неудачно выбрала время!

В «Ветхом Завете Ома» есть история о городе, полном пороков. Ом решил поразить его священным огнем. Но епископ Рог возразил, и Ом пообещал пощадить город, если епископ найдет в нем хотя бы одного порядочного человека. Епископ обошел все дома и вернулся ни с чем. Когда город превратился в пепелище, оказалось, что в нем было много хороших людей, но, как и положено хорошим людям, они просто постеснялись это признать.

Когда с тобой плохо обращаются, сажают под замок, морят голодом, бьют и унижают Нугган знает как (да, подумала Полли, Нугган скорее всего знает как), когда вынуждают глубже и глубже уходить в себя... что ты там найдешь?

– Ох уж эти хорошие манеры, – сказал он. – Ты видел? Он меня оскорбил – дал мне на чай! – сержант взглянул на монеты. – Хм... пять морпоркских долларов? По крайней мере, этот хмырь умеет оскорблять красиво.

Кухня вокруг гудела женскими голосами. Женские руки никогда не бездельничают – они держат детей, сковородки, тарелки, пряжу, щетку, иголку… даже когда женщины разговаривают, они одновременно заняты делом.

Честно говоря, проблема не в том, что вы женщины, а в том, что вы упорно это подчеркиваете. Понятно? И так нельзя.

– Что ты сказала?!

На языке у Полли вертелось «То, что слышала», но она удержалась. Нет. Не надо так. Не позволяй носкам вести разговор.

– Я сказала глупость, – ответила она. – Прости. Я не хотела.

– Борогравия не знает, что такое «сдаться», мистер де Словв, – сказал лейтенант.

– Одолжить вам словарь, сэр?

– Тот еще сукин сын, и поверьте, сэр, я знаю, что говорю. Чертовски самонадеян. Такие мужчины не гадают, чего хочет женщина. Они не сомневаются, что женщины хотят именно их. Обычно они очень, очень любезны – пока не услышат отказ.

Забудь, что ты Полли. Думай как мальчик. Вот что главное. Громко пускай газы и гордись этим, двигайся как марионетка, у которой наугад обрезали пару ниточек, никого не обнимай, а если встретишь приятеля – отвесь ему тумака.

Рано или поздно начинаешь задумываться, что такое правда и не существует ли она во множестве обличий…