Item: Жизнь насекомых
Rating: 5
Author: Empty

26 января 2011

Муравейник живёт Кто-то лапку сломал -- не в счёт. А до свадьбы заживёт А помрёт -- так помрёт (Цой)

Человек -- существо мыслящее. В своих действиях он руководствуется здравым (или не совсем) смыслом и собственными умозаключениями. Кто будет спорить? Пелевин, конечно. =) Ведь он человеческое общество видит стайкой копошащихся насекомых. И вся наша "свобода выбора" сурово регламентирована инстинктом. Подобно жуку-навознику каждый катит перед собой шарик, простите, дерьма, со временем шарик растёт, катить его все тяжелее, руки (лапки?) тонут в дерьме, замешкаешься -- задавит, подомнёт под себя... Милые девушки, легкокрылые самки-муравьи, повинуясь жестокому инстинкту, все одновременно грубым напильником обрубают себе крылья. Они "знают" -- пора, пора строить "семейное гнездышко" -- тратить свои молодость и силы на копание сырой и темной норы, выходить замуж за толстого и потного мужчину, мучатся, рожая и воспитывая. Потому что так делали матери и бабушки, и предстоит делать дочкам и внучкам. Заграничный гость, американский москит прилетает в Россию за экзотикой -- "попить кровушки русской" (хе-хе), а, дорвавшись до "халявы", упивается вхлам, ибо кровь русская пересыщена алкоголем=)

Грусть, безнадёга, какая-то предрешенность, навеваемая подобными картинами скрашивается, наверно, самыми сильными образами -- ночными мотыльками Димой и Митей.

- Знаешь, есть такая игрушка - два деревянных медведя с молотками? Двигаешь деревянную палочку взад-вперед, и они бьют по наковальне? - Знаю. - Так вот там то же самое. Все танцуют, смеются, раскланиваются, а посмотришь вниз - и видишь, как под полом бревна ходят. Взад-вперед. - Ну и что? - Как ну и что? Ведь летели-то они все на свет. А как ни летай, светится только танцплощадка.

В поисках жизненного ориентира, огонька, на который нужно лететь, Дима и Митя -- по сути, две стороны одного "Я" -- делают чисто пелевенский вывод: как Луна отражает свет Солнца, сама источником света не являясь, так и дискотечные огни есть только отражением внутреннего человеческого света. Поборов себя, Дима сталкивает в пропасть свой навозный шар, раз и навсегда становясь свободным от мирских условностей.

Что бы там не писали-говорили надутые от важности критики, мол, "Ранний Пелевин -- это попса", "Жизнь насекомых" -- яркая и достойная читательского внимания повесть. Не перегруженная философскими силлогизмами, она будет понятной и для человека в "пелевинщене" не искушенного. Образы точны и узнаваемы, антураж -- типично постсоветский, юмор -- ироничный, сюжет нелинейный и многократно пересекающийся. Хорошая, годная книга.

Отдельный вопрос -- конопляные клопы. Лично меня они порадовали больше всего.