Отзывы о книге Остров
ChristinePark7 июля 2026О книге
«Остров» (1962) — последнее произведение Олдоса Хаксли, опубликованное за полтора года до смерти автора 1963 году; его большая предсмертная критика на преобладающие социально-политические структуры в мире, на капитализм и консьюмеризм; это манифест антимилитаризма, а также воплощение разочарованности автора в традиционных, монотеистических религиях, в частности, в христианстве и исламе, за парадоксы, жестокость и лицемерие, которые автор в них видит.Обычная вера предусматривает систематическое слишком серьезное восприятие не подвергнутых анализу слов. Слов Святого Павла, слов Мохаммеда, слов Маркса, слов Гитлера — люди относятся к ним чересчур серьезно, и что же происходит в итоге? Итогом является историческая амбивалентность. Садизм против долга или (что намного хуже) садизм как долг, набожность, вступающая в конфликт с организованной массовой паранойей. Сестры-благотворительницы, самоотверженно выхаживающие жертв инквизиторов и крестоносцев, принадлежащих к той же самой церкви.Место действия
Вымышленный остров Пала — это попытка Хаксли найти золотую середину, сочетающую в себе здоровый рационализм и веру, в мире, где люди легко впадают в религиозный фанатизм, политический радикализм или теряют надежду на лучшее общество и становятся заядлыми циниками и безбожниками.
Паланцы не признают аскетизм, самоистязание, «испытание веры бедностью». Большинство из них не стремятся к нирване, не презирают материальный мир и стараются жить чувственной и осознанной жизнью.
...следует всегда осознавать себя — осознавать свою сущность в любом контексте, во все времена, достоверно или с сомнением, получая удовольствие или не получая оного, что бы ты ни делал, через какие страдания ни проходил бы. И это единственная подлинная йога, единственное духовное упражнение, стоящее того, чтобы его практиковать.Главный герой
Главный герой, журналист Уильям (Уилл) Асквит Фарнаби, будучи ребенком, стал свидетелем серии смертей, а затем, в зрелом возрасте, потерял жену и стал винить себя в ее гибели. Столкновение со смертью, которую впоследствии он стал именовать Главным Ужасом, оказало на него глубочайшее и разрушительное воздействие, отчего он скрывает свое ощущение уязвимости перед неизбежным и чувство изолированности и одиночества, под масками цинизма и саркастической насмешки. Уилл работает под началом лорда Джо Альдегида, который, помимо газетной империи, владеет «Нефтяной компанией Юго-Восточной Азии». Уилла отправляют на Палу под видом журналиста, чтобы, на самом деле, выбить сделку для лорда Альдегида на право добычи паланской нефти.
Цинизм и показное безразличие Уилла усугубляет ненавистная работа, в рамках которой ему постоянно приходится сталкиваться с ужасами жизни. Он старается притупить свою чувствительность к происходящему вокруг, потому что ему чаще всего приходится делать репортажи в местах, где царят войны, голод, перенаселение, антисанитария и детская смертность. Уилл называет себя «профессиональным наблюдателем казней».
«...смерть — это новость. Даже вероятная смерть привлекает внимание газетчиков. [стр. 36]«полковники остаются полковниками, а мальчишки... остаются мальчишками, обожающими играть в войну. И никогда не будет недостатка работы для специальных корреспондентов, идущих по следам гибели людей.Религиозный аспект
В центре сюжета — остров Пала, который, до недавних событий книги, жил обособленно от остального мира, но теперь подвергается влиянию соседнего государства — Ренданг-Лобо, в котором царит военная диктатура. Жители Палы — буддисты, шиваиты и тантриты; жители Ренданг-Лобо — в большинстве своем — мусульмане, среди которых есть также католические меньшинства. Новая Королева-Мать Палы (прежде Принцесса Ренданг-Лобо) — последовательница теософии. Уилл, который становится свидетелем событий, — атеист из Англии, воспитанный строгой и холодной матерью-христианкой. В диалогах героев постоянно присутствует конфликт мировоззрений, проистекающий из разных религиозных бэкграундов.
Хаксли критикует кальвинизм (и совершенно правильно, по моему мнению) за то, что согласно кальвинистской идеологии, большая часть людей уже заведомо обречена на вечные муки. Веря в то, что некоторые люди изначально «избраны» Богом для спасения, когда другие — нет, они отрицают свободу воли, самый главный дар Бога человеку.
Ему претит мысль, которую вбивает людям в голову религия, что человек греховен по своей природе, ему противно, когда веру насаждают силой, запугиванием, жестокостью или внушением чувства вины.
В вероучениях многих религий присутствует то, что можно описать эпитетами Хаксли: «гротескные и уродливые фантазии, возведение в ранг сверхъестественных фактов», «мерзкие жестокости, вдохновленные этими фантазиями, причиняющие боль и горести» [стр. 202], «обезьянья дикость» [стр. 203].
Бог для Хаксли — не карающий тиран, не ненасытный злодей, требующий жертвоприношений, кровопролитий и жестоких ритуалов в свою честь, а «Светящееся Блаженство» или, по выражению Иоганна Экхарта, «Счастье настолько восхитительное, до такой степени непостижимое, что никому не под силу описать его».
Когда мы читаем исторические книги или даже тексты, которым приписывают статус священных; книги, повествующие о событиях отдаленного прошлого, нужно вспоминать, что история — это «хроника того, что человечество принуждало творить его невежество, и последствий раздутой самонадеянности, вылившийся в возвеличивание своего невежества, превращения его в политические или религиозные догмы».
В шестой главе главный говорит: «Все это (т.е. жизнь с ее бедствиями: голод, болезни, войны) похоже на какой-то вселенских масштабов розыгрыш, который, как кажется, очень веселит Бога».
Мне нравится здравый и трезвый ответ другого героя:
Не надо вмешивать сюда Бога, и розыгрыш вовсе не вселенский. Он вполне земной и является делом рук самих людей. Эти вещи нельзя уподоблять гравитации или второму закону термодинамики. Они не обязательно должны существовать.На примере прапрадеда героя доктора Роберта Макфэйла, Хаксли жестко критикует «садизм на службе идеала» — вдалбливание религиозных ценностей посредством порки или регулярных душных нравоучений — то, что он называет «промывание мозгов, усиленное психологическим стрессом и физической пыткой» [стр. 204]. По его мнению это приводит к созданию только нескольких типов людей: циников, которых тошнит впоследствии от этих самых идеалов и которые становятся убежденными атеистами; невротиков, религиозных параноиков, которые постоянно живут в ощущении своей греховности, ничтожности и недостаточности, с кучей психосоматических заболеваний; либо таких же «садистов на службе идеала», которые используют религию как подспорье, чтобы выплескивать накопившуюся агрессию. Но никогда это не приводит к становлению здоровых верующих и любящих людей.
Единственная христианская конфессия, которую Хаксли не критикует, а даже поощряет — квакеры, за их пацифизм и участие в борьбе против рабства. Персонаж Роберт Макфэйл критикует Мартина Лютера и Августина, придумавшего термин «суровость во благо», и приписывает все недостатки их учений тому, что их самих пороли их родители и учителя.
И все же Хаксли не призывает к безбожию, бездуховности. Он пишет, что, пытаясь вырваться из удушья бессмысленных религиозных догматов, человек инстинктивно стремится к атеизму, но «выдергивая затычку... выплеснул ребенка вместе с грязной мыльной водой теологии», где ребенок символизирует эмоциональную живость, надежду, веру в лучшее, радость и вкус к жизни.
Жанр
Относительно жанровой принадлежности книги, то утопия и антиутопия здесь соседствуют в виде противопоставления Палы и Ренданг-Лобо. Как и в остальных «классических утопиях», идеологическая основа здесь излагается в многочисленных диалогах, посредством которых Уилла, «гостя извне», погружают в устройство общественной жизни острова. Однако, в отличие от других книг этого жанра, длинные и часто утомительные диалоги разбавляются здесь наличием некоторого сюжета, личной драмы героя, разнообразных и ярких героев, и даже неким отдаленным подобием конфликта в виде нависающей угрозы со стороны Ренданг-Лобо. Концовка также не совсем типична для утопического жанра.
Ни одно утопическое произведение не отражает абсолютную утопию — это будет утопия только для определенной категории людей, определенных религиозных и политических взглядов. Как утопия Эдварда Беллами является социалистической утопией, так Пала — утопия для пантеистов, дзен-буддистов, а «Дивный новый мир» того же Хаксли, который относится к аунтиутопиям, вполне может быть утопией для тех, кто считает евгенику правильным путем развития для человечества и видит цель жизни в чувственных наслаждениях и избежании боли.
Идеальное строение общества для Хаксли, это общество, ценности которого — человеческое достоинство, здравый смысл, свобода, любовь, взаимопомощь и сострадание (каруна), а главная цель — достижение ощутимого и конкретного повышения уровня жизни для как можно большего числа людей, а не только определенных слоев. Он презирает общество, построенное на стремлении к абстрактным, лживым идеалам, ради которых воюют, обрекают толпы на смерть, терпят голод, болезни и нищету, относятся к людям как к пушечному мясу. Хаксли противны религия и политические идеологии, как формы лунатизма, где есть «властные гипнотизеры», действующие в своих интересах, и «сомнамбулы», «их облаченные в мундиры жертвы», которые «будут послушно маршировать то в одну, то в другую сторону, идти строем всегда и везде, убивая и умирая с послушанием и выучкой дрессированных собачек». [стр. 508]
В конце повествования, ощутив эмоциональную безопасность рядом с Сузилой, Уилл дает волю слезам, наконец снимает маску цинизма и испытывает неподдельную благодарность за опыт бытия.
Благодарность за привилегию быть живым, стать свидетелем чуда — и даже больше, чем просто свидетелем. Он был его частью, одной из его составляющих. Благодарность за полученные дары блаженства и не требующего познаний понимания. Благодарность, что сделался частью божественного единства, одновременно оставаясь простым смертным среди других простых смертных.[стр. 504]
Мои личные размышления, навеянные этой книгой, можно найти в моем телеграм-канале Сад мыслей
4 понравилось16
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым