Отзывы о книге Тысяча осеней Якоба де Зута
rich_witch24 июня 202617 лет в Азкабане, ой, на Дэдзиме.
Я будто сама безвылазно просидела 17 лет на Дэдзиме, как в Азкабане, прожила тысячу осеней, а не книгу прочла. И высосали из меня все положительные эмоции, и тьма веков ничего хорошего после себя не оставила.
Собственно, где мы?
Всё происходит на рубеже XVIII и XIX веков. Голландская Ост-Индская компания, которая монополизировала в своё время торговлю с Японией, буквально трещит по швам. На крошечном искусственном острове Дэдзима в Нагасаки живут и работают голландские служащие. Ну как работают, фактически они заложники - за пределы острова им выходить запрещено, японцы их контролируют во всём, шпионят, унижают и прочие приятные бонусы Востока.
В 1799 году на эту мышеловку прибывает молодой писарь Якоб де Зут – честный и набожный, без гроша за душой, который надеется за пять лет заработать на свадьбу с девушкой Анной из Роттердама, но вместо этого де Зут влипает в местные пацанские разборки - начальник Ворстенбос мутит воду, контрабандисты типа Гроте торгуют чем попало, а японские власти играют свою сложную игру в Го, которую европейцам понять сложно, да они особо и не пытаются.
Параллельно де Зут влюбляется в Орито ( с первого взгляда, это безусловно), дочь местного учёного-медика, которая учится у голландского доктора Маринуса. У неё обожжено лицо, она гениальная акушерка и мечтает открыть собственную школу. И конечно, их отношения ничем хорошим не кончаются. Хотя слово отношения сложно применить к тем нескольким встречам, что произошли между ними. Но! тот факт, что последнее, что увидел де Зут перед смертью – её лицо, водопад/океан слёз всё же из меня выдавили.
Дальше – больше, начинается бред сумасшедшего, который на деле оказывается хуже, чем есть на словах. Оказывается, в японских горах существует монастырь на горе Сирануи, которым управляет некий настоятель Эномото. Господин Эномото это такой местный князёк, учёный, меценат Академии Сирандо и по совместительству хозяин фермы по производству душ.
В монастыре держат около дюжины женщин, которых называют «сёстрами» и большинство из них с физическими уродствами, которых в обычной жизни ждала либо смерть, либо публичный дом. А Эномото, благодетель наш, якобы даёт им кров и защиту, и поначалу, когда только началась линия с ним, я правда думала, что ну не так уж он и плох, потому что то, что мы знаем о судьбах женщин в то время, ну согласитесь, не очень радужно. И пусть они спокойно живут в тепле сытыми, чем с десяток грязных, мерзких и вонючих сами понимаем кого в сутки. На самом деле оказывается, что девушек используют как инкубаторы - монахи и послушники приходят к ним по очереди, чтобы те забеременели. Ну… ужасно, но! опять же вспомним, как они жили до монастыря, стандарты счастья ниже плинтуса, но такова была реальность. У монастыря всё еще плюс один. Но родившихся детей отнимают, а через две недели убивают, чтобы извлечь их души. Тех сестёр, которые добросовестно «отработали» двадцать лет, на самом деле не отпускают в мир, как обещают, а тихо усыпляют и хоронят в безымянных могилах за местным трактиром. Всё это красиво описано в «Двенадцати догматах» ордена, которые случайно выносит один из послушников.
Поддельные письма от «умерших» детей приходят матерям каждый Новый год, чтобы те не догадались и не взбунтовались. Хотя, будем честными, ну какой бунт тут возможен вообще?.. Орито попадает туда, потому что мачеха продала её господину благодетелю Эномото после смерти отца, и единственный, кто знает правду и пытается её спасти это переводчик Огава Удзаэмон, бывший возлюбленный Орито, который, конечно, погибает, не добравшись до неё. Это был оглушительный выстрел ружья, я лично офигела в тот момент, всё внутри кипело от жуткой несправедливости.
И, как мы уже понимаем, Эномото, между прочим, не считает себя злым, а искренне верит, что всё ритуал работает, и он бессмертен.
В конце концов Эномото умирает, монастырь разгоняют, а Орито становится известным врачом. Де Зут уезжает в Голландию в 1817 году, оставив сына в Японии. И больше они никогда не увидятся.
Мне очень понравилось, как построено само повествование. Глава от лица де Зута, потом от лица Орито, потом вдруг вообще от лица раба Веха, затем прыжок на английский корабль, потом обратно в Японию. Интересно и само название (спасибо гуглу) . В японской поэзии «тысяча осеней» (сэндзю) - метафора бесконечного времени, вечности, и одновременно одно из поэтических названий самой Японии «Страна тысячи осеней» (Аки-но-сэнсю). То есть и место действия, и время, которое течёт совершенно по-особому. И получается, что для де Зута Япония действительно стала «тысячей осеней» - бесконечной и монотонной, каждый день похож на предыдущий. И вот такая смена перспектив на самом деле создает эффект «тысячи осеней» - одно и то же событие с разных сторон, но каждый раз это один и тот же мир в себе ( не знаю, есть ли такое выражение).
Безусловно, книга оставила след в душе, причём, невозможно сказать, за что именно цепляешься. Но чувство такое, что хоть на стену лезь и обои грызи.
Содержит спойлеры
81 понравилось612
Комментарии 1
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Обычно Мир - не в себе, по моим наблюдениям. Но Канту понравилась бы ваша мысль. Это он же бредил 'вещью в себе' Динг анд зихь.
Но чувство такое, что хоть на стену лезь и обои грызи.Интересно вы проводите вечера, Мила Почти как мой кот. (попытка риторической шутки)