Отзывы о книге Зелёная миля
rosset2114 апреля 2026Не судите, да не судимы будете (с)
… иногда нет абсолютно никакой разницы между спасением души и осуждением ее на вечные муки.
Кажется, это произведение стало самым угнетающим из мной прочитанных у Кинга как по сюжету, так и по послевкусию. Но и этому есть объяснение — авторская задумка создать чувство замкнутости и безысходности. Что ж, мастер Кинг, у вас снова получилось!
1932 год. Время Великой депрессии в Америке — главным человеческим страхом становится бедность и безработица, только «свое» завтра, нервы взвинчены и ощущается явный спад человеколюбия — и время нагнетаемой расовой ненависти — именно для этого и введен в сюжет наш славный черный великан Джон Коффи, а история с Перси Уэтмором не что иное, как пример суда Линча.
Место действия — тюрьма штата, точнее — блок Е, где своего последнего часа дожидаются смертники. Попав сюда, есть только один выход — последняя прогулка по так называемой «зеленой миле». Кто же виноват, что линолеум до комнаты казни на электрическом стуле имеет такую жизнерадостную раскраску, имитирующую то ли траву, то ли напоминание о свободе? Кто сказал, что зеленый цвет успокаивает?
Блок Е — это своего рода чистилище на земле: уже не жизнь, еще не смерть.
Расположение помещений в блоке Е тоже очень символично: все, что отождествляется с жизнью (основной тюремный блок с временными камерами, коридор для помилования и прочее) находится с левой стороны, т.е. где у человека бьется сердце; все, что ведет к смерти (комната для казни, морг) находится справа, где сердцебиение не прослушивается.
Ощущение замкнутости, обреченности и ожидания создается в книге абсолютно всем: тюремным блоком, домом престарелых, даже болезнью (срабатывает обратная метафора «мое тело — тюрьма»). Кажется, в этом и состоит итог любой жизни — просто ожидание конца, чувство тотальной несправедливости вокруг и надежда, что тебе встретится хотя бы один добрый и понимающий человек.
Обычно в романах Стивена Кинга на первый план выходит психологизм, какое-либо ментальное расстройство, заключенное в форму саспенса и метафоры. В случае с «Зеленой милей» он отходит на второй план, на переднем же — вопрос человеческой морали и библейские отсылки.
Многие замечают в Коффи эффект Христа, но я готова поспорить, что не он здесь центровая фигура, ради которой затеян весь сюжет!
В глобальном смысле вся ситуация — это отсылка к казни Иисуса (читай — невиновного), повествование же ведется от лица работников тюрьмы и исполнителей публичной казни — чем не римские легионеры, которые вели Христа на Голгофу, а публика, наблюдающая за исполнением приговора, она во все века одинакова, сидит ли на удобных стульях или же толпится вокруг эшафота на лобном месте.
Казнили Христа вместе с двумя разбойниками, что в рассказе Кинга отсылает нас к двум другим осужденным: Делакруа и Крошке Биллу.
В Евангелие известно и имя главного легионера — сотника Лонгина, выполняющего свои обязательства, но не верящего в виновность осужденного, что позволяет проводить прямую параллель с начальником смены Полом Эджкомбом. И тот, и другой проявляют сочувствие к казненным и исполняют последний жест человечности.
Поразительно одинаково выглядит сам акт казни: равно фигурирует губка (в одном случае она смочена кислым вином/уксусом в качестве обезболивающего, а в другом — соляной водой, чтобы минимизировать болезненность процесса) и момент распятия, когда легионеры/работники тюрьмы закрепляют руки и ноги осужденного.
Римские солдаты, ставшие свидетелями чуда воскрешения Христа, уверовали в новую религию и оставили свое ремесло, присоединившись к последователям Иисуса и рассказывая о нем. А в книге… впрочем, прочтите сами!
Глядя на этот список, я прихожу к выводу, что Стивен Кинг задумал написать роман не о Спасителе, а о его невольных палачах, в чьи обязанности входило исполнение приговора. Что они чувствовали в этот момент? Мучала ли их совесть после? Раскаяние?
Во имя добра и справедливости убивая преступника, становится ли исполнитель таким же убийцей? В чем разница между жестокостью по закону и вне его?
Что ж, времена меняются, исчисляясь тысячелетиями, но меняется ли человечество? Кажется, что нет.
● ● ● больше отзывов в моем тг-канале или вк-сообществе "у книг есть дом"
29 понравилось360
Комментарии 2
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Понравилась ваша мысль. И о губке вы тонко подметили. Это ведь тема Булгакова: почти игра от обратного. Написать от Спасителе, как бы через зеркало других. Книгу не читал, но фильм - шикарный. У меня даже была маленькая теория, что между этим романом и Тургеневым, есть связь. В том смысле, что Стейнбек в своё время написал чудесную повесть: О Мышах и людях, там как раз про огромного и доброго, умственно отсталого человека с другом. И про мышонка. Кинг читал эту повесть и явно намекает на неё в романе. Но Стейнбек обожал русскую литературу и Тургенева в частности и не мог не помнить о Герасиме из Муму, при написании О мышах и людях. Так что если теория верна, то прослеживается цепочка смысловая: Тургенев, - Стейнбек - Кинг.