Отзывы о книге Луна светит безумцам
aruar28 октября 2025В ожидании "Twelve months" – Я готов предугадывать мысли людей и собак...
Никогда не стоит планировать будущее на основании воспоминаний. Память обманчива и коварна как некоторые с виду безобидные демоны ада – ты пользуешься предоставленной ими информацией, платишь запрошенную цену и всякий раз оказываешься в дураках. Обманутым, причём не демоном, а самим тобою. Завершая рецензию «Грозы из преисподней» , я говорил, что на самом деле это не самая слабая книга серии, есть слабее – и уже прикидывал, как начну разговор о светящей безумцам луне словами о том, что не всегда именно первый блин комом, иногда сгорает именно второй. И вот, перечитав «Луна светит безумцам» я сижу перед мерцающим белым с едва уловимым красным отливом экраном монитора и недоумеваю: как теперь быть, с чего начать? Хоть волком вой.
"You," I said. "It was you who attacked me in the department store. I hit you, and you took my rod away from me." "She glared at me. "Yes," she said. "You're a werewolf." "And you," she said "are a wizard. And we have no more time."
Не знаю, как так получилось, что второй роман о Дрездене оказался в моих воспоминаниях ниже первого. В нём, пожалуй, больше писательских ошибок, но говорить об этом, как об аргументе в пользу «Грозы» то же самое, что считать, будто чьё-то отличное, без единого красного подчёркивания школьное сочинение на тему «Как я провёл лето» обладает большими художественными достоинствами чем первая невычитанная рукопись запойного поэта. Ошибки-ошибками, но глубина-то несоизмеримая. Если «Гроза из преисподней» напоминает прогулку маленького Джимми по берегу мировой литературы, где максимум на что он может отважиться, это, держась за ручки всех доступных шаблонов, зайти в воду по колено и попрыгать в пене набегающих волн, то «Луна» это самостоятельные шаги вперёд, может ещё не в бездну, может ещё не на настоящую глубину, но точно туда, где «ну, вам по пояс будет»... И волны там уже настоящие, и окатывают переодически с головой так, что приходится потом мокрому, растрёпанному, потерянному Батчеру стоять, натягивая сползшие под водой трусы, с полным ртом солёной морской воды и решать – проглотить её или сплюнуть. Воздержитесь пока от комментариев по поводу этой шутки – она не моя. Такое купание со стороны ещё выглядит не слишком впечатляюще, но вопросы о том, что там у автора под поясом уверенно снимает. Впрочем, я придираюсь. Если не подходить к этому со стандартами правил всемирной федерации по прыжкам в воду, и не засекать с секундомером как надолго хватает ему дыхания – плескается в «Луна светит безумцам» Батчер знатно. Брызги так и летят. Особенно в сравнении с «Грозой».
Black wizards don't just grow up like toadstools, you know. Someone has to teach them complicated things like summoning demons, ritual magic, and clichéd villain dialogue.
В чем разница? В «Грозе из преисподней» , как ни посмотри, для по-настоящему запоминающегося фэнтезийного романа слишком мало внимания было уделено магической системе мира, да и сама магия была представлена как-то слишком обобщённо и размазано. В основе первого романа серии лежит одна простая идея: крутой волшебник помогает неверящим в магию людям справляться с магическими проблемами. Как всё это устроено, как всё это работает – не так важно. Трах-бах-тарарах, промелькнул вампир, бах, а вот фэйри, тра-та-та-та, вот и демон сверху. База. Вроде и насыщенный мир, но нарисовано всё широкими мазками, лучше не присматриваться. В «Луне» Батчер, опираясь на набросанную в первом романе фундамент, использует совершенно другой подход. Вместо широкой панорамы перед читателем углублённый урок по конкретному разделу магического мира. Интересно, что раздел выбран новый, никак не связанный ни с чем из того, что демонстрировалось в первом романе. Здравствуйте, дети, открывайте тетради. Сегодня начинаем новую тему по зоологии. Записывайте: «Типология оборотней во вселенной «Досье Дрездена», урок первый. Забыты случайные вампиры и феи, никому больше не интересна тайна происхождения магического наркотика, страшный Белый Совет оправдал Гарри и снова ушёл в спячку, но зато оборотни представлены во всей красе. Дрезден больше не играет в типичного частного сыщика из типичного американского детектива, он вынужден вместе с нами садиться за парту, экстерном проходить курс, сдавать тест. Если всё сделает правильно – получит в награду за прохождение уровня новый шмот и способность призывать новых спутников. Хотя сам, если уж на то пошло, долгие годы потом будет искать возможность от них отвязаться.
My troubles were multiplying. Hexenwolves. Werewolves. Lycanthropes. Loup-garou. What will they think of next?
Очевиден главный минус такого подхода – искусственность. Получается до смешного неуклюже: живёт в Чикаго Гарри Дрезден, опытный и образованный волшебник, периодически заявляет, что он должен защищать простых горожан от паранормальных опасностей и даже время от времени обучает некоторых талантливых адептов зачаткам магии. Однажды он сталкивается с очередным загадочным преступлением и сразу обнаруживает в нём признаки охоты вервульфов, притом что, как выясняется, о самих верфульвах он знает примерно ничего. Идёт за информацией к духу-справочнику, получает полный список разновидностей оборотней , и сразу же оказывается, что Чикакого всеми этими разновидностями кишмя кишит, в кого не плюнь – попадёшь в ликантропа. Ладно, допустим феномен Баадера-Майнхофа в действии, с кем не бывает. Вот только почему эта информация является новой именно для Дрездена, в то время как многие люди, по идее гораздо менее осведомленные в этих делах чем он, ей владеют и пользуются – большой вопрос. Ну и сам приём «найдите на картинке предметы из списка» больше подходит для журнала с детскими головоломками, чем для крутого красочного боевика про магию.
I was maybe five feet away from the sheltering shadows behind the hedges when something slammed into my shoulder and threw me through the hedge and out the other side. I landed in a roll and stumbled halfway back to my feet. There was a second of screaming, confused input from my shoulder, as though my joints could suddenly hear a welter of sound, feel a broad variety of sensation and texture beneath my skin. And then my shoulder went numb entirely, and my vision started spinning. I reached out a hand to support myself as I started to fall - and remembered that my wrists were still cuffed behind me.
А «Луна светит безумцам»... Блин, как мне, оказывается, русские названия первых двух частей не нравятся! Господа локализаторы, ну право дело, какие безумцы? Какая, bloody hell, преисподняя в первой книге? «Полнолуние» и «Грозовое предупреждение» для вас не достаточно броско, так что ли? Ну, назвали бы «Кровавое полнолуние» там, «Наперегонки с грозой»... Зачем же ложные коннотации вводить, которые нигде дальше в тексте не работают? Ладно, отвлёкся... Так вот. Начиная с «Fool moon» романы серии становятся по-настоящему красочными. Сочными, я бы сказал. Поверив в себя и свою историю после «Storm front», убедившись, что хорошо справился, Батчер завязывает с «well done» и сразу переходит к «rare». Макдональдс закрылся, больше никаких бургеров. Отныне наш повар готовит только стейки с кровью и соком, для настоящих ценителей.
A large, wheel-section of flesh beneath her chin was missing, and with it Kim's larynx and trachea. Bloody red meat was showing, the ragged ends of arteries and torn sections of muscle, and pale white bones gleamed at the bottom of the wound. Long rakes down her body had opened her like a Ziploc bag, leaving her covered…
Мяса хватает. Не помню впечатляла ли меня сцена в полицейском участке раньше, но в две тысячи двадцать пятом году она показалась мне чуть ли не запредельно жестокой. Однако, сок не только в мясе. Дрезден, конечно, утверждает, что никакой волшебник не должен заниматься магией без надёжного револьвера в кармане, но на самом деле и без огнестрела он справляется лихо, вызывая своими заклинаниями не только изумление непосвященной публики, но и одобрительные кивки вполне себе сверхъестественных существ. А Батчер в свою очередь всё это смачно описывает, начиная понемногу нащупывать и теоретическое обоснование магии своего мира. Оно, правда, наивное и несмотря на утверждения, что в смехе ребёнка магии больше чем в заклинаниях самого могущественного мага, не создаёт ощущения: «Это всё может быть взаправду, мы живём в волшебном мире»! За этим – к Фраю, например. В реальность вселенной Дрездена мы не верим. Зато благодаря этому начинаем верить в реальность самого Гарри. Несмотря на всю его возросшую крутость, он всё меньше напоминает Майка Хаммера с глянцевой обложки. Он живой.
There was power to be had in hatred, too, in anger and in lust, in selfishness and in pride. And I knew that there was some dark corner of me that would enjoy using magic for killing - and then long for more. That was black magic, and it was easy to use. Easy and fun. Like Legos.
И всё-таки, почему при безусловно возросшем качестве второго романа в сравнении с первым, несмотря на интересную многослойную историю, большее вовлечение читателя в некоторые аспекты сверхъестественного мира, в памяти моей эта книга осталась, как минимум, неоднозначной? Это как с шахматным StockFish’ем – всё зависит от выбранного уровня глубины анализа. Партия та же самая, но продвинь бегунок чуть дальше вниз – и превосходные ходы оказываются «зевками», а выигрышная стратегия неумолимо ведёт к поражению. В «Fool moon» всё происходит стремительно, идёт охота на волков, идёт охота! Но если вдруг перестать бежать с волками, остановиться и задуматься куда и, главное, зачем несётся стая, становится ясно: стая пьяна.
"Men are foolish. They will stare at anything female and naked."
Помните популярный некогда канал «How it should have ended», где предлагались альтернативные концовки популярных фильмов, соответствующие тому, как должно было бы развиваться действие, если бы фильмы и их персонажи придерживались внутренней логики? Так вот, «Fool moon», если бы персонажи вели себя последовательно, мог бы закончиться примерно на второй-третьей странице. И потом ещё несколько раз. Поступки героев не соответствуют их мотивам, решения противоречат темпераменту и внутренним ценностям персонажей, а их диалоги никак не вяжутся с их отношениями. В перспективе всё это можно увязать с арками развития персонажей, в конце концов для того чтобы научиться верить и слышать друг друга, нужно сначала не уметь всего этого. Но готовность искать такие объяснения говорит о доброжелательности читателя, а не о качестве текста. И уж совсем глупо получается, когда обозначенные правила мира работают через раз, выборочно, а в кульминационные моменты герои вдруг вспоминают то, что не могли забыть ни при каких обстоятельствах. Впрочем ладно, память коварна, это мы уже выяснили.
Парадокс в том, что все эти небрежности – признак роста. В «Storm Front» противоречий было меньше именно потому что история была линейнее, отношения проще, персонажи картоннее. Да и вообще, не шахматная выверенность украшает литературу. Композиционная точность и безупречность техники возможно и могут сделать произведение великим, но любимыми становятся те книги, в которых сочетания несовершенных компонентов вдруг приводит к новым, неожиданным и потому удивительно ярким смыслам. Столкновения с оборотнями поразительным образом накладываются на историю таинственного прошлого Гарри и его связью с чёрной магией – и вдруг весь напряженный, полный драйва и экшна сюжет становится глубоко символичным, оказывась развёрнутой метафорой душевных мучений Дрездена, его непрекращающейся борьбы с внутренним зверем. И сразу же становится заметно, как эта борьба отражается на ещё одном уровне, как в отношениях с Мёрфи и Марконе Дрезден вынужден постоянно выбирать между Тьмой, готовой обеспечить его полной экипировкой для войны за Свет, ничего по сути не требуя взамен, и не признающим никаких компромиссов Светом, раз за разом отвергающим Дрездена и, по сути, толкающим его в объятья Тьмы. И всё это планы произведения постоянно сближаются, накаляются для того чтобы, окончательно переплетясь, взорваться яркой кроваво-алой вспышкой в кульминации. Свет остался светом, Тьма – тьмой, Гарри взглянул в глаза внутреннему зверю, не отвёл взгляд и остался Гарри. Со зверем покончено, ждём внутреннего демона.
I could taste the blood in my mouth, from where I had bitten into my tongue, and I either had to spit or swallow. I swallowed. No comments, please.
Так что единственная по-настоящему серьёзная моя претензия к этому роману в том, что я не понимаю зачем сюда нужно было вставлять шутку про «глотать и сплёвывать»? Неужели в две тысячи первом это ещё казалось оригинальным и остроумным? И не вспомнить ведь. Эх, память-память...
18 понравилось578
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым