Отзывы о книге Иосиф и его братья
oranjevaya31 августа 2015Прошлое — это колодец глубины несказанной (с)
И чтение тетралогии Томаса Манна «Иосиф и его братья» для меня стало погружением в этот колодец, долгим и трудным путешествием в прошлое. В давнее прошлое, безмерно далёкое от меня по времени и столь же далёкое по тематике, никогда особо не привлекавшей моего внимания. Однако, я никак не могу сказать, что осталась разочарованной. Приобщиться к чему-либо новому (пусть даже относительно новому, ведь когда-то давно я всё же начинала читать библейские тексты) всегда приятно. И вдвойне, если не больше, приятно сделать это под руководством такого писателя-мастера как Томас Манн. Несмотря на то, что ветхозаветные истории, поведанные на страницах тетралогии, не лежат в области моих интересов, я оценила по достоинству проделанную автором работу. И пусть даже я не всегда эмоционально была с героями, но я, как и мюнхенская машинистка писателя, готова сказать: «Ну вот, теперь хоть знаешь, как все это было на самом деле!». А ведь это тоже показатель авторского мастерства, когда ты на слово веришь писателю и не возникает сомнений в правдивости изложения. Да и какие могут быть сомнения, когда каждый мало-мальски значимый факт, имеющий влияние на жизнь главного героя, рассматривается словно бы под лупой. В поисках правды автор проводит глубочайший анализ, который выливается в объёмнейшие абзацы текста, порой утомительные в своей философической сущности, но даже это лишь вызывает во мне ещё большее уважение, потому что создается впечатление, что Томас Манн докопался-таки до истины.
Неоднократно на страницах романов встречаются мысли о том, что рассказываемая история уже известна читателю, и что автор будто бы лишь добавляет подробностей, чтобы оживить и полнее передать её. Но лично меня заставил под другим углом посмотреть на всю тетралогию вот этот абзац из последней, четвёртой книги, содержащий столь колоритное сравнение:
Что после истолкования Иосифом снов и его совета царю найти разумного, мудрого и предусмотрительного мужа фараон сразу ответил: «Нет столь разумного и мудрого мужа, как ты; тебя я ставлю над всей землею Египетской!» — и самым восторженным, скажем даже: самым необузданным образом осыпал его почестями и званиями, — это всегда представлялось нам слишком сокращенным, скупым и засушенным изложением событий, выпотрошенным, забальзамированным и закутанным трупом правды, а не ее живым телом; нам недоставало тут слишком многих мотивов восторга и безудержной милости фараона, и когда мы, преодолев страх своей плоти, решились спуститься в ад, добраться через пучину тысячелетий до колодезного луга жизни Иосифа, в наши намерения входило прежде всего подслушать эту беседу и вынести ее наверх во всей ее полноте…
И, действительно, оглядываясь назад, на уже прочитанные романы, понимаешь, что в изложении Томаса Манна история выглядит живой.
Что тронуло меня и показалось самым волнующим во всей тетралогии – это описания женских судеб и попытки проникнуть в женскую психологию. История Рахили, её ожидание материнства и тяжелые роды, выписаны поистине драматично и не могут оставить равнодушным, по-моему, никого. Образ гордой Лии так и стоит перед глазами. И Фамарь, рассказ о судьбе которой, может быть, выглядит лишним в истории об Иосифе, но саму её никак не назовёшь лишней в череде женских образов. Ведь все они дополняют друг друга и полнее раскрывают женскую природу, со всеми её женскими слабостями и, что важнее, женской силой, которая у каждой женщины в тетралогии выражается по-своему. Особое место занимает в этом ряду образ Мут-эм-энет, или просто Эни, страсть которой к Иосифу в коротком изложении, несомненно, выглядела бы развратной. Но Томас Манн проводит такой анализ внешних и внутренних факторов, что невозможно уже не оправдать эту несчастную по сути женщину.
…страсть Эни к Иосифу имела мало общего с бааловской глупостью и с авласавлалакавлой, она была глубокой и честной тоской по его красоте и молодости, искреннейшим желанием, она была так же пристойна и непристойна, как всякая страсть, и распутна не более, чем распутна любовь. Если она позднее выродилась и обезумела, то виною тому семикратно обусловленная сдержанность, с которой она столкнулась.
Мужских образов в тетралогии намного больше, нежели женских, однако, эмоционально они тронули меня меньше. Хотя и здесь автор постарался проникнуть в психологию поступков героев, и аналитические его отступления были длинны и подробны. Может быть, как раз объёмные философские рассуждения, затрагивающие извечные вопросы взаимоотношений человека и бога, жизни и смерти отвлекали от чувственного восприятия персонажей как живых людей. А некоторые мысли, актуальные и сегодня, словно возвращали меня в настоящее время, тем самым отдаляя от сюжета.
Надо только напасть на мысль, что бог уготовил тебе особую долю и что нужно ему помочь, и тогда душа напрягается, а разум приобретает должную силу, чтобы подчинить себе обстоятельства и стать их хозяином…
Я не могу назвать себя религиозным человеком, и я не знаток истории. Потому чтение тетралогии, сюжет которой основан на исторических событиях, к тому же описанных в библейских текстах, было для меня довольно трудным. И всё же я поставила самую высокую оценку как дань уважения автору за проделанный им кропотливый труд. Труд во всех отношениях монументальный, который не каждому дано понять и оценить именно из-за его глубины и монументальности. Труд, до которого, быть может, мне надо ещё дорасти, чтобы вернуться вновь.
15 понравилось299
Комментарии 8
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
эко как завернула хитро - "невозможно уже не оправдать" мут. вероломная женщина плела сети и заманивала иосифа, и подставила его (и его вполне могли казнить даже) - и она не виновата. видимо, вся вина на иосифе, что он не поддавался на ее провокации, проявив ту самую "семикратно обусловленную сдержанность". действительно, какой возмутительный поступок!
Из женских образов ещё цепляет мгновенно постаревшая Дина.