Отзывы о книге Машенька
Leona-Daring12 июня 2025Прошлое не вернуть…
Этот роман Набокова – словно старый альбом с фотографиями, который манит перелистывать страницы прошлого, но оставляет после себя чувство легкой грусти. Мне совершенно не близок Владимир Набоков как писатель, но я почти каждый раз попадаю под обаяние его языка.
У меня так порой бывает с писателями – язык нравится, а смысл – нет (и наоборот). Например, совершенно не выношу литературный язык Льва Толстого, но многое люблю из его философских мыслей. А вот прозой Бунина и Набокова я очаровываюсь, но они мне не близки ни по моральным ценностям, ни по взглядам на мир.
Вот и в этот раз проза Набокова меня очаровала. Она такая живая, текучая, образная. Она завораживает меня помимо моей воли! В отличие от тяжеловесного стиля Толстого, с его громоздкими тавтологиями и архаизмами, Набоков мне кажется прямо-таки певучим. Читаю его на одном дыхании. Но при этом мир Набокова для меня – холодный, чужой. Не мой это писатель, совсем не мой (в отличие, например, от Достоевского или Ремарка, которые мне почти как родные).
Несмотря на красоту набоковского языка, я и в этот раз не смогла проникнуться его героями. Набоков описывает их с холодной отстраненностью, словно рассматривает их как бабочек из своей коллекции. Ганин, хоть и психологически достоверен, не вызвал у меня сочувствия – его тоска понятная, но чужая. Остальные персонажи – соседи по пансиону, вроде одряхлевшего поэта Подтягина или смешно влюбленного в свою жену чудака Алферова, – воспринимались мной скорее как яркие эскизы, чем как живые люди. Я ждала большей эмоциональной глубины от романа про эмиграцию, но Набоков держит дистанцию, и это охлаждает мое восприятие.
Действие романа разворачивается в Берлине 1920-х годов, в тесном мирке русского эмигрантского пансиона. Главный герой, Лев Ганин, – молодой человек, чья жизнь после бегства из революционной России стала серой и бесцельной. Его дни – это борьба за выживание, тоска и рутина. Неожиданное событие – предполагаемая встреча с любовью юности Машенькой – встряхнуло его. В его сознании запускается поток воспоминаний, и Ганин погружается в образы дореволюционной России: летние поля, смех девушки, беззаботные дни. Сюжет строится не на действиях, а на этих внутренних картинах, которые оживают с почти осязаемой ясностью.
По сути, «Машенька» – это не история действия, а поток воспоминаний Ганина. Он «раскручивает» свое прошлое, как старую пленку, но почти ничего не происходит в настоящем. Для романа, который читается на одном дыхании благодаря языку, это не критично, но я ждала хоть какого-то развития, какого-то шага вперед. Вместо этого Ганин остается в своей ностальгии, и это сделало книгу немного статичной.
Тема эмиграции – сердце романа, и для меня, много думающей об этом, она стала самой сильной частью. Набоков, сам эмигрант, показывает, как утрата родины становится личной трагедией. Ганин и другие персонажи – словно шахматные фигуры, снятые с доски: они существуют, но не играют. Россия для них – как потерянный рай, а воспоминания о ней – единственное, что держит их на плаву.
Сравнение России с Машенькой, первой любовью Ганина, – это красивая, но спорная метафора. Наверно, так автор хотел подчеркнуть, что и родина, и любовь для главного героя остались в прошлом, став несбыточной мечтой. Даже если они снова встретятся – они настолько изменились, что по-прежнему уже не будет никогда. Мне эта метафора показалась слишком нарочитой, почти искусственной – она больше служит авторской задумке, чем естественно вплетается в историю.
Развязка несколько разочаровала. Я ожидала, что после такого поэтического потока воспоминаний финал будет ярким, как последний аккорд симфонии. Но он оказался блеклым (или это только мне так показалось?) Вот вечно ждешь какого-то катарсиса в конце книги, а он так редко происходит, увы! Возможно, это просто я слишком требовательный читатель.
Моя оценка – 4 из 5: за прекрасный живой язык и ностальгию, но с оговорками за холодность автора и недосказанность.
30 понравилось609
Комментарии 8
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
laonov, зашла почитать ваш ответ, а тут нам кто-то насыпал горку минусов)) Чудеса какие-то! Сидим, никого не трогаем. Починяем примус)) Мирно ведем беседы на отвлеченные темы. Если что - это не я минусы ставлю. Это кто-то, кого почему-то раздражает наша беседа))
По сути комментария - да, я знаю, что Набокову сначала понравился Достоевский. И эта его любовь-ненависть прямо-таки прорывается в нем периодически. Это отдельная и сложная тема, но у Набокова в некоторых произведениях мне прямо чудятся отсылки к Достоевскому и заочная полемика с ним.
Про метафизичность Набокова - буду думать. По мере перепрочтения его произведений буду выкладывать рецензии. Так что еще будут предметы для дискуссий))
Спасибо вам за интересную беседу! Всех вам благ :))
laonov, вы умеете находить совершенно неожиданные грани в произведениях! При прочтении "Машеньки" меньше всего мне виделась какая-то мистическая составляющая. Я думала это роман ближе к бунинскому видению мира, чем к кафкианскому. Перечитала сейчас финал и совсем другое ощущение. И синеющие фигуры рабочих, которые словно взлетят в небо, и повозка, нагруженная огромными связками фиалок, и теневое очарование города - всё вдруг представилось в ином свете. Буду еще думать над этим и открывать новые смыслы, спасибо!
По поводу лекций Набокова о литературе. Ох) В юности я очень сердилась на Набокова за всё, что он наговорил о Достоевском. Сейчас отношусь к этому с иронией))
По поводу любви Набокова к животным. Мне вообще порой кажется, что он не только своих домашних питомцев, но и бабочек из своей коллекции любил больше, чем людей. Набоков как писатель мне не близок в первую очередь потому что я не вижу в нем сострадания к человеку. У меня такое ощущение (возможно, я и ошибаюсь), что Набоков рассматривает внутренний мир людей с холодным и отстраненным любопытством. Не чувствую в нем душевного тепла.
Вы натолкнули меня на мысль, что пора мне перечитать заново всего Набокова - возможно, я его просто не поняла в свое время в должной мере.
laonov, спасибо за ваш глубокий и вдумчивый комментарий! Вы абсолютно правы, что такое живое художественное произведение, как "Машенька", способно рождать множество смыслов, словно гомункул, который "думает себя". Идея, что текст может двоиться и троиться в прочтениях, мне очень близка - особенно я это чувствую в текстах Достоевского, но и у Набокова это есть (как и у других сильных авторов).
Ваш взгляд на роман как на возможный "нежный бред умирающего мальчика" поразил меня своей поэтичностью и оригинальностью. Однако, если честно, я не могу принять эту интерпретацию, хотя и восхищаюсь ее красотой. Для меня "Машенька" - это, прежде всего, история о реальной, хоть и болезненной, тоске эмигранта, о попытке удержать прошлое, которое ускользает, как сон. Ганин, с его воспоминаниями о Машеньке и России, кажется мне слишком осязаемым, слишком погруженным в свою меланхолию, чтобы быть лишь видением умирающего мальчика. Его переживания отражают психологическую правду эмиграции, которая наполнена безысходным чувством горечи утраты и острым осознанием того, что прошлого не вернуть. Если видеть всё как бред - для меня тогда теряется эта пронзительная связь с реальностью изгнания.
Ваша идея, что Ганин мог бы "проснуться" в России и встретить Машеньку, невероятно поэтична, но мне она кажется слишком светлой для Набокова. Мне кажется, что он в своей финальной сцене, напротив, провозглашает, что возврата к прошлому нет - ни в реальности, ни во сне, ни в потоке воспоминаний. Намек на храм и ангелов в финале (если они там есть), возможно, и правда символизируют переход, но я вижу в них скорее прощание с иллюзиями, чем надежду на пробуждение.
Ваш необычный взгляд на это произведение заставил меня задуматься: а что, если Набоков сознательно оставил множество намеков и недосказанностей в романе, чтобы мы сами решали, где реальность, а где иллюзия? Он не дает однозначных ответов, и это дает пространство для всевозможных интерпретаций.
Вашу статью о "Машеньке" с удовольствием прочитаю, спасибо!
Как вы интересно и нестандартно, о Набокове и не только. Такое ощущение, что у Набокова, язык словно пытается сам мыслить и почти как ребёнок отрываается от замысла автора и подбегает к нам поиграть. По поводу блеклого финала.. я бы не сказал. Всё же это Набоков, а значит, как в сказках Кэролла, всё не то чем кажется. И не случайно в конце мелькают странные синие люди на крыше ( в в эстетике Набокова - ангелы) и крыша дома, как книга открытая. В некоторой мере концовка перекликается с Приглашением на казнь. А проще говоря.. герой погибает и пробуждается к иной, высшей реальности, где он и Машенька будут вместе.