Item: Искупление
Rating: 4.5
Author: Femi

29 декабря 2014

Мы в себе уносим пули, В себе уносим раны Всех тех, кого убили. (с)

О чем эта книга? О чувстве вины, о сломанных жизнях, о войне, о любви, о лжи, о последствиях собственных поступков, об искуплении, которого нет.

..в чем состоит искупление для романиста, если он обладает неограниченной властью над исходом событий, если он – в некотором роде бог. Нет никого, никакой высшей сущности, к которой он мог бы апеллировать, которая могла бы ниспослать ему утешение или прощение. Вне его не существует ничто. В пределах своего воображения он сам устанавливает границы и правила. Для романиста, как для Бога, нет искупления, даже если он атеист. Задача всегда была невыполнимой, но именно к ней неизменно стремится писатель. Весь смысл заключен в попытке.

В аннотации написано, что, мол "хронику ведет девочка-подросток". Врут. Повествование идет от лица нескольких персонажей, что позволяет постараться встать на место каждого и затем понять его/ее.

от лица Брайони (видимо, в аннотации о ней и говорили) - маленькой фантазерки, отношение к которой менялось у меня с негативного до положительного, а затем на резко негативное. Это первый литературный персонаж, который жутко меня бесил (ура, наконец-то я нашла своего!). Впрочем, потом я научилась не обращать на нее внимания (по возможности, конечно).
от лица Сесилии - прекрасной девушки, которая на первый взгляд показалась мне легкомысленной, но при более близком знакомстве поразила своей ответственностью и преданностью.
от лица сексуального, сильного, умного и стойкого Робби (да-да, он мне понравился).
и парочка страничек от лица матери семейства - женщины, делящей собственную голову с опасным пушистым зверьком, а потому вынужденной "обозревать" происходящее в доме лишь ощущениями.
Такое разностороннее описание событий помогает окунуться в атмосферу происходящего, но добавляет какую-то искорку зарождающегося чувства несправедливости, безысходности.

Одно сказанное кем-то из героев слово понимается другим не так, как тот другой хотел бы. И ты понимаешь, что в жизни точно так же, что эта книга - и есть жизнь.

Любимая, не смей дрожать, Не смей дарить им радость. Все кончено: окружены, Не вздумай при них плакать. (с)

Процесс погружения в чтение и само чтение описать весьма сложно. В этом романе задействован странный способ "заманивать" читателя в круговорот событий. Автор нас словно дразнит постоянным выкриками: "А я знаю, чем опасен этот выбор! А ты? Ах, да, откуда тебе знать? Читай, дорогая, читай!" И я читаю. Не так быстро, как хотелось бы, но упрямо читаю. Уже глубокая ночь, а я читаю. Глаза слипаются, а я читаю.

виновный хоронит невинного

От живых эпизодов, мелькающих перед глазами, хочется избавиться, уйти, убежать - а я читаю. Сломанные жизни, тысячи, сотни тысяч жизней мелькают перед глазами, въедаются в разум, проникают в чувства - а я читаю.

День за днем мы являемся свидетелями преступлений друг друга. Ты сегодня никого не убил? Но скольких ты оставил умирать?

Искупление... Думаю, каждый человек хоть раз в жизни чувствовал вину за что-то перед кем-то. Суть проблемы могла заключаться в мелочи, как немытая посуда, например, хотя мама просила. А может случиться так, что один человек ломает другого. Один человек становится виновником сломанной жизни другого. Что может быть больнее, страшнее и одинаково безвыходным для обеих сторон?

Как же утонченно чувство вины способно разнообразить пытку, кидая мячики подробностей в вечное кольцо, заставляя всю жизнь перебирать одни и те же четки.

Как избавиться от ощущения загнанности в клетку? Клетку, в которую ты сам себя посадил, которую ты сам себе построил, но потерял все чертежи, способные помочь хоть что-то вернуть назад. Да и были ли какие-либо чертежи? Или как убрать руку, вцепившуюся в горло и старающуюся задушить тебя, хоть ты ничего и не делал? Прощение? Разве за сломанную жизнь можно простить? Можно простить за то, что счастье было так близко, уже маячило невдалеке от тебя, махало тебе ручкой, а затем налетел человеческий ураган и снес напрочь все, что ты видел и чувствовал, оставив поле, усеянное трупами. В том числе, трупом твоего несостоявшегося счастья. Разве за это можно простить?

Люди ломают людей. Люди ломают себя. Люди ломают все. Но...

Я буду ждать тебя - вот что главное. Вот для чего он выжил.

И напоследок:

Больше не будет больно и плохо, Сегодня не кончится никогда. Между выдохом каждым и вдохом С неба летит звезда. Гаснет звон последнего слога И шкатулка вопросов пуста. Больше не будет больно и плохо, Сегодня не кончится никогда. (с)