Name: "Я Никто Оуэнс, сказал он себе. Я гражданин кладбища. Я справлюсь."
Item: История с кладбищем
Rating: 5
Author: orlangurus

orlangurus

21 января 2023

"Я Никто Оуэнс, сказал он себе. Я гражданин кладбища. Я справлюсь."

Знакомьтесь - Нил Гейман, один из моего списка под названием "святое не трогать" (в определённом настроении могу ещё добавить "а то хуже будет", а по сути это означает довольно обширный, но не безграничный круг культурных явлений, о ценности-бесценности, достоинствах и недостатках которых я не спорю ни при каких обстоятельствах).

От переводчика (перевод Екатерины Мартынкевич - отличный):

Восхищает и писательская логика: практически все развешанные ружья успевают выстрелить, все обитатели старого кладбища играют важную для развития сюжета роль.

Хотите - читайте эту книгу с детьми: это сказка; хотите - посоветуйте подростку: она вполне о взрослении; хотите - читайте сами, такие взрослые и серьёзные. Стройте предположения, вампир ли всё-таки Сайлес, что случится в большом мире с кладбищенским Маугли, и срисованы ли джеки-мастера-на-все-руки с Игорей Пратчетта. В любом случае - будет хорошо.

А начинается всё в небольшом домике, папа и мама уже испускают дух в лужах крови, а семилетняя старшая сестричка уже никогда не станет восьмилетней... А на верхнем этаже

упав, мальчик удивился, но не заплакал: если шуметь, взрослые придут и снова положат в кроватку.

Непоседливый малыш, абсолютно не позревая об опасности, уходит от убийцы и оказывается на кладбище, куда за ним сунулся и человек по имени Джек.

Всем, кто замечал Джека за делом — а он не любил, когда его замечали, - становилось страшно, тревожно или как-то не по себе. Джек посмотрел на незнакомца, и ему самому стало не по себе.

Что делать малышу на кладбище? Зачем он мёртвым?

Дитя, бесспорно, живое и, стало быть, не имеет отношения к нашему миру.

Но упрямство четы Оуэнс, у которых при жизни не было детей, и согласие Сайлеса, а его, если честно, побаивается всё кладбище, быть опекуном мальчика, решает дело, и малыш остаётся.

Одна мысль о гневе или, ещё хуже, разочаровании в тёмных глазах опекуна переполняла мальчика стыдом.

Он растёт, дружит с умершими, которые учат его всему, что сами знали при жизни - чтению, географии, астрономии, а ещё специфическим мертвячьим наукам: нагонять ужас, ходить по снам или, например, блёкнуть:

Ради всего святого, опустошите свой разум! Пробуйте ещё раз. Вы безлюдный переулок. Вы дверной проём. Вы ничто. Вы невидимы для глаза, вы не привлекаете мысль. Там, где вы, нет ничего и никого.

Но - живое тянется к живому, и навсегда на кладбище Никт не останется...

- Я многому научился на кладбище, - сказал Никт. - Я умею блёкнуть и ходить по снам. Знаю, как открывается упырья дверь и как называются созвездия. Но там, снаружи, целый мир: море, острова, кораблекрушения и поросята. То есть всё, чего я не знаю.

Все обитатели кладбища так или иначе приложили руку к исполнению пророчества одного из ордена джеков ещё во времена фараонов:

...предсказал, что однажды родится ребёнок, который будет ходить между живыми и мёртвыми. Если этот ребёнок вырастет, наш орден и всё, за что мы ратуем, погибнет.

Живые, кстати, не были столь же дружелюбны и готовы помогать...