Отзывы о книге Evgenia Ivanovna
Medulla8 декабря 2012И дело художника – уложить событие в объем зерна, чтобы брошенное однажды в живую человеческую душу, оно распустилось в прежнее, пленившее его однажды чудо… Леонид Леонов ''Evgenia Ivanovna''
Красивая и печальная повесть, упавшая крошечным зерном в душу и распустившаяся в пронзительную тоску по мальвам в палисаднике, по каплям дождя, по бескрайним просторам – там навсегда осталось сердце Жени, Женни, Евгении Ивановны. Можно ощутить вечный глиняный пепел библейских царств, можно обрести покой и защиту рядом с добрым, успешным, мудрым и остроумным английским археологом – там спокойствие, уверенность в будущем, там никаких потрясений и предательства. Можно убежать с любимым из тревожного отечества, в котором только смутное будущее, тревожное настоящее и светлое прошлое – там, в Константинополе, осталось разбитое сердце и надежды. Можно вспоминать, как мама собирала плотные алые помидоры в огородике, как летний ливень заставал в поле, можно вспоминать, как заезжий офицер складно говорил – там, под Ростовом, осталась душа. Навсегда. Благополучный и немного смешной англичанин Пикеринг – это шанс для несчастной, вечно голодной, брошенной русской девушки в далеком Константинополе, шанс на будущее, в котором будут английский дом, дети, небольшой парк рядом с домом. Просто будущее. Мозаичный, смутно прописанный, невнятный, жалкий, запутавшийся Стратонов – это прошлое, это Россия, которая позвала в светлое будущее и бросила многих в неизвестное настоящее, такое неясное, непонятное, это Россия, которая выкинула за борт огромный слой людей, подобных Стратонову, оказавшихся ненужными даже самим себе, предавших, прежде всего, себя, свою совесть. Между двух миров оказалась Евгения Ивановна. И такой легкий и правильный выход – благополучная Англия и муж-археолог, который знает всё о том, как цивилизации превращаются в прах, как люди становятся историей, какие бы потрясения ни выпадали на их долю. Но разве можно прожить там, где нет твоей души и где нет части сердца? Пусть сейчас на родине прекрасные беседки загажены, пусть будущее там непонятно, пусть там сейчас никого не интересует археология, потому что там строят новый мир, но разве можно жить без неё – без родины? Кто-то может, а кто-то…тихо умирает от тоски, потому что обернулся посмотреть на теплые капли дождя, на грузинские горы и вино, туда, в туманную грузинскую даль, где Грибоедов объяснялся в любви юной Нине Чавчавадзе: зачем пережила тебя любовь моя… Она будет плакать вечно о потерянном, об оставленном и не обретенном, о том, что не отпускает даже когда понимаешь, что впереди только хорошее, но...Невозможно.
Держась распространенного мнения, что время – лучшее лекарство, он, в сущности, читал Жене курс вечности, как будто сердце сможет примириться с печалью, если разум удостоверится в её обычности.
Свойство настоящей литературы в том, что неважно, когда она была написана, она всегда будет современной и всегда будет будоражить наши чувства, мысли. Ведь нельзя сказать, что Толстой, Достоевский или Пушкин писатели монархические, или либеральные, или демократические. Это Литература вне строя, вне рамок, поэтому она и является великой. Потому что она о Человеке. Проза Леонова лежит вне определений и рамок: советская, антисоветская. Это просто Литература. Настоящая. О вечном.
...глиняный пепел библейских царств. Он помнит слишком много, чтобы остыть, примириться, предаться заслуженному забытью…
70 понравилось745
Комментарии 22
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Рецензия потрясающая, спасибо огромное! Бешено захотелось прочитать ''Evgenia Ivanovna'', но трудность в том, что совсем недавно поклялся не читать более Леонова. Так сложилось, что с Леоновым, дожив до седин, практически не был знаком. Волевым усилием выкроил время между Гете и Новалисом и взялся за "Скутаревского". Начал читать на педсовете и был потрясен, ошеломлен могуществом и глубиной слога, графическою точностью портретов и пиршественными пейзажами. В почти плотиновском экстазе стал погружаться в текст и... неприятный холодок дурного предчувствия мелькнул по спине. Сперва по-свойски и нагловато через строки улыбнулись Ильф и Петров, и я срочно бросился сверять, кто же был первым-то? Вышло, что соавторы. Потом надолго загостил Зощенко, а потом началась фантасмагория. Такие многообещающие вначале образы ГГ, его жены и сына, Черимова, Штруфа вдруг окартонились, оплакатились и стали отдавать добротной советской агиткой в духе "Окон РОСТа". В отношении главной лирики книги, Жени, появилось ощущение, что автор просто не знает, что с нею делать. Она не ушла к Черимову, хотя на это были слабые намеки, к концу вдруг воспылала чувством к мосластому и абсолютно не романтичному старику, воспылала вопреки природному закону молодого тела и беспечной юности. А этот старик буднично и мимоходом отослал ее навсегда от своего светлого чела в совершенно иные плоскости коммунистического строительства, на чем, собственно, фабула и исчерпалась. И вот когда я здесь прочитал, что Леонов глубже Достоевского, я чуть не расплакался. Честно! Хотя, справедливости ради, следует отметить, что в романе много восхитительных эпизодов, связанных с развитием второстепенных персонажей. Теперь я напряженно размышляю над проблемой моего непонимания и неприятия Леонова. Очень обидно, ибо до злосчастного знакомства он априори был для меня святыней советской литературы.
А нельзя еще раз плюсануть? Бальзам на сердце, Леонов на главной!
Очень мелодично написано!)
Всё правильно, зачем на Леонова бумагу тратить, лучше Духлесс издать или The Тёлки. Хотя по моему, для восприятия и Евгения Ивановна гораздо легче, чем "Вор", может быть менее известна? Не знаю.
Юля, очень здорово написано, спасибо! Что касается книг Леонова, неповерите, на Алибе меньше чем за 1000 р. 10-томное собрание запросто можно купить, а вот ПИРАМИДА, м-да, две недели назад взял за 2000р.
Я только что стала счастливым обладателем 7 книг Леонова, из них 2 сборника с повестями, рассказами и пьесами - ийййееессс!!!
да, Леонов вне рамок и определений...