Степной волк
Герман Гессе
0
(0)
Отзывы о книге Степной волк
boservas29 марта 2020Только для сумасшедших
Если вы сомневаетесь, читать ли мою рецензию, исходя из её названия, то можете не беспокоиться - слово "только" здесь лишнее, потому что все мы в той или иной степени сумасшедшие - можете продолжать чтение без опасений :)
Соглашусь, что книга довольно спорная, и я вполне понимаю тех читателей, которые её не приняли и выставили крайне низкие оценки. Чтобы "понять" "Степного волка", нужно дружить с модернизмом, а это течение по вкусу далеко не всем читателям, и со знанием и пониманием подходить к такому явлению как психоанализ, причем именно юнгианского толка.
Карл Густав Юнг описал архетип, который назвал тенью, имея в виду автономную часть личности, несовместимую с сознательным представлением о себе. Герман Гессе, используя такой подход, попытался разобраться с собственной "тенью". Почему я считаю, что образ главного героя автобиографичен - у него те же инициалы, что и у автора - ГГ: Гарри Геллер, а имя его анимы совпадает с его собственным - Гермина.
Анима - это тоже термин из юнгианской психологии, он означает женскую часть психики мужчины. В обычной жизни противоположные гендерные начала неосознаваемы, их можно обнаружить лишь в процессе психоанализа, чем и занимается по сути Гарри. Анима рождает иррациональные эмоции, а выражаются они в иррациональном мнении, которое представляет собой Анимус - в романе эта роль отведена Пабло.
Главный конфликт романа и главного героя в противостоянии его двух начал человеческого: самого Гарри - и животного - Степного волка. Тема двойника, расщепления личности, роднит Гессе с Достоевским, который несколько раз упоминается в романе в качестве автора, которого читает главный герой.
В каждом человеке борются два начала - доброе и злое, божественное и сатанинское, мужское и женское, отцовское и материнское, внешнее и внутренне, реальное и придуманное - дуальность неизбежна и чем она глобальнее, тем более мощным творческим потенциалом обладает человек. И выражением этой дуальности являются два крайних мыса философской мысли: от человека - ошибки природы до богоподобного человека.
Однако определить полярность возникающей дуальности довольно сложно, казалось бы, напрашивается - с одной стороны - человеческое, с другой - животное. Но не всё так просто, Гарри-человек - это, в первую очередь, бюргер и мещанин, а Гарри-волк - это художник, поэт, носитель творческого начала. Именно мещанская сущность героя попадает под софиты Магического театра, демонстрируя, что Гарри находится посередине между святым и преступником, его серость есть гарантия его живучести, он руководствуется принципом мещанина "кто не против меня, тот за меня". Кстати, как раз Магический театр, раскрывающий истинную сущность героя, анонсируется слоганом: "только для сумасшедших".
Гессе придает большое значение юмору, представляя его как мост между идеалом и действительностью. Гарри-волк неизбежно приходит к юмору, в то время как Гарри-настоящий мещанин не способен его понять. Именно юмор примиряет Гарри с действительностью жизни, именно поэтому он в большей степени Степной волк, чем человек.
Но Гессе проговаривается, что он несколько упрощает общую картину человеческого внутреннего мира, на самом деле там не два полюса, а целые тысячи, каждый человек в потенциале наделен почти бесконечным набором личностей, имеющих свои интересы и свою особенную сущность. В качестве примера приводится любая пьеса, в которой драматург выражает многообразие собственной души, представленное в образах драмы.
И вот здесь, мне кажется, самое время перейти к одному из великих драматургов нашей цивилизации, нет, это не Шекспир, это - Антон Павлович Чехов, его пьесы лучше всего иллюстрируют идею многообразия авторского Я, выраженного в образах. Но это не единственная причина, заставившая меня вспомнить нашего классика, дело в том, что я сейчас читаю книгу Дональда Рейфилда "Жизнь Антона Чехова".
Гарри Геллер в своем противостоянии мещанству показался мне очень созвучным Чехову, вся жизнь которого тоже проходила под знаком столкновения и сосуществования мещанского и творческого, обывательского и человеческого в высоком смысле, благородного и человеческого в низком смысле. Чехов предстал передо мной вариацией Степного волка, тоже болезненно переживающего восприятие мира, творчество же становится для него путем к выздоровлению.
Выход на Чехова сделал более понятной формулу Гессе о вечной жизни, в которой нет потомства, а есть только современники - "степной" Егорушка, потрясенный познанием сущего и засыпающий на возу под ночными звездами, и Чехов-классик - одно и то же - здесь и сейчас. А вместе с ним и Гёте, и Моцарт...
И каждый из нас, потому что в каждом из нас есть свой собственный Степной волк, который спит, пока "политики готовят новую войну, а мы танцуем фокстрот и едим шоколад".
265 понравилось16,1K
Комментарии 15
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Замечательная рецензия.
Именно юмор примиряет Гарри с действительностью жизни
почему ты так думаешь? Я как-то не заметил юмора ни в одной из его ипостасей.
У Юнга, кстати, есть такая цитата:
В любом хаосе есть космос и в любом беспорядке — скрытый порядок, во всяком произволе — непрерывность закона, так как все сущее покоится на собственной противоположности.
Не могу сказать, что я все поняла, но прочту обязательно. Как всегда, спасибо за рецензию.
Спорить не буду, а просто хочу сказать, что это достаточно спорное утверждение. Например, Карен Хорни считает, что часто выражаемое убеждение в ценности невроза для художественного творчества является необоснованным. По её мнению, творческий человек творит не благодаря неврозу, а вопреки ему.
Эк вы глубоко копнули. Было очень любопытно. "Степного волка" я прочитала лет в 18, и эта книга в то время "зашла" как единое целое, без деления на смыслы. По эмоциональному воздействию, ну, как, например, произведения Павича - вроде ничего такого, чтоб "ах", но ты не перестаешь о них думать и постоянно возвращаешься к мыслям о них. Как говорится: попала в нужное место в нужное время. Очень дорожу этой книгой и немного страшусь перечитывать.
Мгновенно всплывает в памяти, простите
— А где я могу найти кого-нибудь нормального?
— Нигде, — ответил Кот, — нормальных не бывает. Ведь все такие разные и непохожие. И это, по-моему, нормально.
Ух ты! И Антон Павлович попал в рецензию! Интересненько! ))) Есть над чем подумать, но долго думать не буду и тут же напишу о том, что сразу в голову пришло. Поэтому возможно, что и ошибусь где-то. Так что прошу строго не судить.)
Как говорила Зинаида Гиппиус, Чехов был слишком "нормальным". В этом смысле он противоположен Достоевскому. Личность Чехова обладала целостностью и многообразные её проявления не вступали в конфликт. А патологическая раздвоенность Гарри Геллера – результат ярко выраженного внутреннего конфликта.
Гарри Геллер в своем противостоянии мещанству показался мне очень созвучным Чехову, вся жизнь которого тоже проходила под знаком столкновения и сосуществования мещанского и творческого, обывательского и человеческого в высоком смысле, благородного и человеческого в низком смысле.
Мне кажется, что сущность мещанства, именуемого Чеховым пошлостью, заключается в полном поглощении человека обыденным. Если же остаётся место возвышенному творчеству, то это уже не мещанство, а гармоничное единство противоположностей. Ведь всё дело в дозировке, так как качество определяется количеством.
«Навозные кучи в пейзаже играют очень почтенную роль, а злые страсти так же присущи жизни, как и добрые» (А.П.Чехов).