Отзывы о книге Избранное
95103317 декабря 2011Леонид Андреев – непознанная область русской литературы начала века – узнал о нём только несколько лет назад, да и то в жж. Ранее видел лишь труд его сыночка и поимел вполне законную брезгливость. Опасался, что столь редкая птица будет подобна сборнику Замятина – странному нагромождению славянизмов и речевых нелепостей вкупе с достоевской беспомощностью сюжета. Но у Замятина был хотя бы один общеизвестный козырь – роман «Мы» и написанный на 20% но вроде приличный «Бич божий». Андреева не проходили даже по школьной программе.
Но вот, наконец, после брожения по зеленогорским лесам и обнаружения там развалин его виллы с памятной доской, дошли руки до «Избранного». Начинается все предсказуемо: ранние студенческие рассказики за жизнь о сиреньких и убогеньких и как их жалко жалко жалко. Диковатое крео на обложке по типу «я с гитарой и матрёна» с содержанием сборника никоим образом не связано.
А потом автор резко врубает то, что сейчас в кинематографе называется психологический триллер, и не отпускает уже до победного конца. Полная томных недомолвок и старообрядских размышлений о морали «В тумане» завершается первоклассным пьяным до блевоты кровавым кошмаром.
Повесть «Мысль» выстроена на шизофренических воспоминаниях убийцы лучшего друга и вызывает в голове кадры из грядущего «Опасного метода» Кроненберга, а по драматургии это вообще какой-то Крис Нолан с катарсисами. Далее следует готический ужастик «Жизнь Василия Фивейского»: страшная жестокая сказка о мракобесии, даунах, запоях, трупах и смерти – такой в сто раз сублимированный «Вий» или Лавкрафт, но без откровенной чертовщины, лишь пугающий своей ходящей там, на самой грани реальности текста черной скрипящей фигурой…непонятно чего. Андреев непозволительно жестоко и взросло для первых лет 20-го века заигрывает с атеизмом, показывая изнутри его рождение и протекание, как опасную, но неизбежную в обстоятельствах того дикого времени болезнь.
В «Губернаторе» и «Тьме» нисколько не стесняясь обсуждает тему российского терроризма, к тому времени как раз вошедшему в самый раж, при всём при том что с молодости у автора были постоянные проблемы с царской охранкой из-за участия во всяких незаконных формированиях. И они неспешно подводят к завершающему аккорду сборника – едкой, изворотливой как змея, окончательно атеистически-отстраненной повести «Иуда Искариот», «нечто по психологии, этике и практике предательства», циничному выхлесту морали всей той давней истории.
Впереди его посмертный роман "Дневник Сатаны". Уже заранее страшно
24 понравилось181
Комментарии 2
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Максимилиан Волошин о Леониде Андрееве «Та часть русской публики, которая любит в Леониде Андрееве его мучительные искания и ценит его как мыслителя по "Жизни Человека" и по "Елеазару", та публика не знает и не понимает ни горького сарказма, ни тонких намеков, ни сложной мифологии, ни классической простоты языка Сологуба. <…> Сологуб и Леонид Андреев нисколько не противоречат и не уничтожают друг друга, они не олицетворяют двух каких-либо полюсов в русской литературе, они никак друг другу не соответствуют, они иррациональны. Быть может, даже если мы сможем отрешиться от всех форм и требований искусства, то мы найдем между ними некое отдаленное сходство, которое сведется к безвыходной муке земного воплощения и к тому осадку горечи и отчаяния, который неизбежно остается в душе, принявшей в себя обманное марево их произведений».
осторожней, надо как то дозированно с леонидом николаичем:)