Отзывы о книге Кваzи
feerija25 июля 2019Все же у Лукьяненко даже фуфня получается в основном гладенькой и складной. (с) рецензия lightning77
Точнее и не скажешь. Можно читать, если есть настроение для «гладенькой фуфни». Особо не вовлекаешься, но все же более-менее связное повествование длиной 83 электронные страницы неминуемо забивает тебе баки и ты отвлекаешься от дел и мыслей своих насущных. Отвлечься, но не вовлечься – вот прям спасибо, именно этого и хотелось. И при этом еще основную часть текста не раздражаться и не плеваться. Нормас. В одном месте даже удалось посочувствовать третьестепенным эпизодическим героям (основным не удалось). Вообще эта книжка Лукьяненко – как средняя температура по больнице. В определенном смысле я ее читала как срез настроений – не российских, но, скажем, московских. Например, занятное противоречие между суждениями / представлениями героев-мужчин о роли женщин, которые фоном постоянно пытаются накормить, вычистить пиджак, всунуться в серьезные мужские разборки со своим глупым «чайку?» и домашними пирожками и пр. – и это всё само самой разумеется, так же и «должно быть»: «Интересно… дома всё, как положено, муж – господин?» (лолшто?). А вот: «Это тебя пусть не волнует, – ответила начальник». А что случилось в русском языке со словом «начальница»? Но, конечно, слова нет, а жопа есть. В общем «должны быть» какбэ только благоглупости типа «она заштопала твои носки и даже не спросила, чьи они» (лолшто?) и клише «мы спасаем влюбленных девочек и умных мальчиков» (красивые, тьфу, влюбленные налево, умные направо – а мне что, разорваться, что ли... этот анекдот Лукьяненко вам не расскажет, зато вспомнит, например, поручика Ржевского). Но поскольку Лукьяненко во многом пишет по принципу «что вижу, то пою» (этот принцип – прямо-таки золотой стандарт новейшей российской фантастики), то у него здесь, наверное, половина героев – это героини, которые не соответствуют всем этим вышеприведенным рассуждениям персонажей и занимают ответственные посты, принимают важные решения, прекрасно владеют оружием, дерутся, водят машину… что тут же соседствует с заявлениями типа: в русской традиции женщины не воюют, поэтому в отряде одни мужчины. Э? То есть они сражаются (и это не просто самозащита), но они не воюют. Автору как-то не удается увязать воедино действительность и представления о ней, впрочем, как и среднестатистическому гражданину, поэтому я и написала о «срезе настроений». Он работает просто как зеркало, без аналитики, без осмысления. Просто отражает. Ну вай нот, как слепок своего времени и своего места проживания – имеет место быть. Хотя меня и подташнивало от политической позиции автора. Конечно, зная ее, лучше было бы и не начинать читать. Но я всё же начала по одной причине: меня на фоне чтения психоаналитических статей заинтересовал один вопрос – так называемая «мертвая жизненность». Скажем, реляционный психолог описывает пациента с сильным уровнем нарушенности как такого, который находится в «состоянии бытия не совсем живым, но еще не мертвым».
«Такие клиенты, как Пол, долгое время не могут нам рассказать о своем опыте, они скорее покажут. Абелю была показана (с полным погружением и прочувствованием) эта поврежденная и повреждающая жизнь. Пол в самом лечении индуцировал то, что являлось его внутренним состоянием (которое он не мог сформулировать и от которого он страдал в детстве и сейчас) – тотальный распад. Распад психического функционирования. Состояния бытия не совсем живым, но еще не мертвым. То, что Bruce Reis в недавней статье упоминает как «состояние зомби», «мертвая жизненность». […] Абель сопровождает Пола в этой Мертвой Зоне. Но он выживает. Отношения выживают. Некоторые могут сказать, что это и есть лечение. […] Таким образом Пол передал Абелю свое преобладающее состояние бытия: не живой и не мертвый. И Абель, после свирепой внутренней работы, стал способен принимать и метаболизировать это состояние бытия».
(с) Роберт Гроссмарк комментирует случай, представленный терапевтом Мэтом Абелем касательно его работы с клиентом по имени Пол. Matt Aibel LCSW (2014) Being Railroaded: A Candidate’s Struggle to Stay on Track, Psychoanalytic Perspectives, 11:2, 140-163, DOI: 10.1080/1551806X.2014.897872 В том же номере развернутые отклики от Robert Grossmark и Darlene Ehrenberg.
В общем, сюжет этого психотерапевтического случая интереснее, чем вся книга Лукьяненко. Думаю, понятно, почему я решила прочесть что-то о «состоянии зомби» (а не о мочилове зомби, ужасе перед зомби и пр.). Однако, поскольку я совершенно не поклонница историй о зомби ни в каком виде, то единственное, что мне вообще вспомнилось (и то из встреченного во френдленте) – это отзывы на «Кваzи». И еще я помнила, что когда-то Лукьяненко пытался развернуть в своих книгах психологизм, сделать это своего рода фишечкой. Поэтому я решила, что, возможно, какие-то из его рассуждений на тему «мертвой жизненности» мне зайдут, сюжет про напарника вроде располагает. Но увы, рассуждения были о чем угодно, но только не о том, что меня интересовало. Фактически, единственное, что мне подошло, было вот это:
«Гениальный вирусолог. […] Привык возиться со своими вирусами… Знаешь, что такое вирус? Организм на грани жизни. Не живой и не мёртвый. Паразит. Яд, заставляющий живое воспроизводить себя… Так и кваzи. Не живые и не мёртвые. Не способные размножаться. Не способные развиваться. Даже если эволюции это нужно, то кваzи – явно не вершина». (с) С. Лукьяненко, «Кваzи»
Но всё равно это какое-то убогое описание, не имеющее ни философии, ни вектора. Скажем, если философию может репрезентовать в таком контексте подход через изучение и проживание «состояние бытия», как в цитате Гроссмарка выше, то когда я говорю о векторе (направленности), то имею в виду нечто вроде этого:
Директор Центра вирусологии Калифорнийского университета в Ирвайне Луис Виллариал писал, что между живым и неживым есть еще целый ряд промежуточных ступеней и «несмотря на то, что они не являются в полной мере живыми, вирусы — это нечто большее, чем просто инертная материя: они тяготеют к жизни». Это «тяготение к жизни», без сомнения, завораживает. (с) https://theoryandpractice.ru/posts/7812-lifeaslife
Словом, «нечто не вполне живое, но тяготеющее к жизни» (интересно в этом ключе сравнить также идеи про вирусы в меметике Р. Докинза , И. Носырева ).
В «Кваzи» – опять биологические оружие, постапокалипсис. Хотя некоторые идеи специфического местного разлива, например, автор постоянно спорит с идеей коммунизма как с живой и прям витающей в воздухе – из-за границы это выглядит несколько дико. Хотя пассаж с «правильным квази-коммунизмом» – это было хорошо, удачный каламбур. Но тут же Лукьяненко приплетает Гитлера, намекая, что квази-коммунизмом назван фашизм, и становится как-то скучно. Вообще такое чувство, что всю книгу Лукьяненко излагает свои реплики в каком-то давнем споре о коммунизме, фашизме, религии и атеизме. Еще пытается пройтись по «женским инстинктам» и феминизму, но без особого усердия.
Когда-то давно я еще читала «След зомби» О. Дивова, так вот в целом антураж «Кваzи» похож на ту трилогию, но содержит меньше экшна и больше рассуждений. Это я к тому, что если вдруг кто-то ищет какую-то похожую историю, то может попробовать обратить свое внимание на Дивова, если по какой-то причине еще не.
11 понравилось712
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым