Отзывы о книге Из Африки
peccatrice25 марта 2019И когда мой дом, обступая их, говорил: «Не отпущу, покуда не благословишь», они смеялись, давали благословение и обретали свободу.
Говорят, голос ее шел будто из самого сердца мира, а Африка ее - без призмы и преломлений, такая, как есть: незамутненная, чистая, другая. Даже сейчас, возвращаясь к ней спустя месяц, меня мягко тревожат ее страницы, и Карен Бликсен совершенно точно останется у меня, и я буду к ней возвращаться - иногда выпить вина, иногда за ветром, иногда за запахом ягод.
Карен Бликсен была, конечно, удивительной, сильной, умной, самодостаточной, но самое бросающееся в ней - она была белым колонизатором, и как бы ни хотелось посмотреть на Африку без призм, это, к сожалению, ее глазами невозможно, но эта волнующая женщина заслуживает своего внимания.
Датчанка, сначала - девчонка с беззаботной жизнью с одной стороны: верховая езда, усадьбы, слуги, няни, Шотландия, Франция, Норвегия, с другой: отец-самоубийца, мать, не сумевшая с этим справиться. Потом - двадцатичетырехлетняя девушка, вышедшая замуж за барона Бликсена и уехавшая с ним в Кению поднимать кофейную плантацию. От барона фон Бликсена остался только титул и воспоминание об измене, принесшей страшный на тот момент сифилис, но еще осталась - плантация. О фон Бликсене в "Из Африке" ни слова, но о ее настоящей любви - о клочке земли - она от первой до последней строчки. Получая сомнительную выгоду от кофейной плантации, которая от и до казалась самой неудачной затеей от местоположения выше над уровнем моря, чем необходимо для роста кофейных деревьев, до банальной торговли, Карен Бликсен превратила ее в дом для своих друзей. Она собрала вокруг себя европейцев - потерянных, сбежавших в Африку от самих себя, но нашедших себя на континенте, и создала для них островок Европы с бокалами и хрусталем, когда Африка начинала пугать. Одним из таких ее друзей оказался Деннис Финч Хаттон, чья короткая, но яркая жизнь переплелась с жизнью Карен совершенно ожидаемым, но от этого не менее волнующим образом. Но большей частью история "Из Африки" не о Карен, не о Европе и Финч Хаттоне. Повторяясь, я оказалась немного обманутой, потому что этот проедающий все взгляд колонизатора не вытравить никакой любовью, но даже эта слегка снисходительная преданность континенту совершенно завораживает. Она сплетена из десятков коротких историй, которые часто едва ли связаны с собой: это канва мелочей из ругани внутри близких африканских племен, смерти вождей, знакомств с маленькой ланью и бесконечной, выходящей за рамки охотой. Это история длящегося всю книгу убийства и одновременно - бесконечной благодарности, снисходительности к людям, которые окружают и совершенной преданности им же, это тонкости владения кофейной плантации и нежелание признавать собственную в этом некомпетентность.
"Из Африки" можно ругать в каждой строчке: за бесцельные убийства животных, за снисхождение, за прикрытый совершенно случайным образом расизм, за грубость и жестокость, за позу белого колонизатора. Можно и любить: за гуляющий вокруг ветер, за преданность, за борьбу, за ландшафты и возможность к ним прикоснуться, за ласку и историю. Но имеем ли мы моральное право злиться на кого-то за отпечаток эпохи, если и мы сами сейчас - такой отпечаток?
23 понравилось913
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым