Глава 2
Мирослава открывает глаза и быстро приподнимается. От резкого движения возникает острая боль в предплечье. Осознав, где сейчас находится, недовольно выдыхает.
– Ты как? – послышался встревоженный голос Светки. Мира переводит на подругу осуждающий взгляд. Светка спешит задать еще вопрос: – Что произошло в клубе?
– А у тебя что, память отбило? – недовольно выдала девушка.
– Я о том, что люди твоего дяди просто стояли в стороне и тупо наблюдали за происходящим.
– Что с того?
– Как это, что? Я думала…
– Думала? Удивлена, что ты вообще знаешь это слово, – не дала закончить ей Мира.
– Прости, – виновато произнесла Светка.
– Они не обязаны делать это всякий раз, когда я попадаю в неприятности. В любом случае, я больше не нуждаюсь в опеке Давида и никогда не нуждалась. И если они не вступились, значит так нужно. Я их не осуждаю. Не я их нанимала, и не я плачу за работу. Мне не нужна их защита. Справлюсь сама. На самом деле, мне уже давно нужно было избавиться от этого контроля.
– Все настолько серьезно?
– Все еще хуже, Свет. Я кое-что сделала и не знаю, правильно ли…
– Вот, черт. Это плохо, – разочарованно прошептала Светлана, а затем заметила: – Глеб мог тебя покалечить. Не нужно было вступаться за меня.
– Я и не хотела. Тебе не нужно было лезть к Рексу. Ты что, думала, что если он вас не застукал, то и не узнал бы? Рекс обязательно рассказал бы об этом, приукрасив все по-своему вкусу. А ты знаешь, как он любит остренькое. Их отношения нам не понять. С этого момента, я больше тебе ничем не помогу. Хватит с меня!
– Прости, – еще раз жалобно проскулила Светка, а потом добавила: – Слушай, раз такое дело, может, тебе нанять своего собственного телохранителя?
– Зачем он мне?
– Ну, всякое может произойти. Тем более теперь, когда у тебя нет дядиных красавчиков с пушками, тебе нужен свой… ну… телохранитель.
– Ну-с, как наш пациент? – задал вопрос, вошедший в комнату, мужчина в белом халате. – Как ощущения?
– Вполне себе, – отвечала девушка с пренебрежением.
– Что ж вы так неаккуратно, Мирослава Ростиславовна?
– Уж, как вышло, доктор. Не смотрела, куда летела. Я могу идти?
– Не так быстро. Нужно заполнить кое-какие документы. Да, и ваш дядя еще не приехал.
– Вы ему позвонили? – встревожилась Мира.
– Я обязан звонить Давиду, как только кто-то из его семьи попадает в наше отделение.
– Мы с ним не родня, доктор. Я ухожу, – Мира встала с кровати, взяла сумочку со стула и спешно вышла из комнаты.
– Постойте, деточка, – крикнул ей вслед мужчина. – Вы же не знаете, какие лекарства нужны…
Но Мира не хотела задерживаться в этом месте, чтобы потом наблюдать ненавистное лицо Давила. Светка шла следом, ничего не понимая. Что такого могло случиться между ними, раз она сейчас сбегает из больницы?
– Слушай, я не знаю, что произошло у тебя с дядей, но так убегать из больницы не очень хорошо, – говорила та, шагая рядом с ней по тротуару вдоль проезжей части. – В любом случае, ваше разногласие требует внимания и решения.
– Я уже давно от него не завишу. У меня есть своя квартира и сбережения в банках. Свое место в компании отца. Мне принадлежит значительная часть акций «Лаэль». Мое разногласие с дядей – моя проблема.
– Ты говоришь так, словно успокаиваешь себя, а на самом деле все становится только хуже, – заметила подруга, раздражаясь. Мира остановилась. Света тоже. – Что ты сделала? Это касается дяди Давида? Твоего отца? Что происходит с тобой? Ты сама на себя не похожа в последнее время. Поделись со своей подругой.
– Происходит то, что мой отец погиб.
– Я знаю.
– Его убили. И я догадываюсь, кто это мог подстроить.
– Убили? Подстроить? Подожди-ка. Не Давида ли ты подозреваешь? – Светка вдруг начала понимать, почему у этих двух такие тяжелые отношения. – Так считаешь только ты. Я не знаю правды и не хочу быть костью в горле дяди Давида. Знаешь, тебе нужно быть осторожней, делая такие громкие заявления в его сторону. Ты не обычных людей подозреваешь, а своего дядю, которому твой отец поручил заботу о тебе. Да, он может и не справляется, но ему посильно многое другое. Вряд ли он похвалит тебя, если узнает, что ты капаешь под него. В этой яме окажешься ты сама, если не будешь осмотрительна.
– Знаю, – выдыхает Мира, а затем добавляет: – И дело в том, что Давид знает о моих подозрениях. А сегодня я намекнула ему на то, что он причастен к еще одному случаю. Поэтому он приказал Льву не лезть в драку с Глебом, а просто наблюдать со стороны. Степан Рудольфович прав, говоря, что он – хищник, готовый на все.
– Кто такой, Степан Рудольфович? – на этот вопрос Мира помотала головой, не желая отвечать. И Света продолжила: – А ты подумала, что будет, если твои подозрения не подтвердятся? Если это не дядя Давид, а кто-то другой?
– В любом случае, я хочу найти ответы, и я их найду.
– С твоим-то напором, – усмехнулась Света, а затем протянула мятую бумажку, на которой написан номер телефона. – Это номер того незнакомца из клуба, который вступился за нас и привез тебя в больницу. Позвони ему и предложи работу. Он как раз ищет способ заработать. Если ты права на счет дяди, то тебе просто необходима защита Оскара. А судя по тому, в какой он форме, то прекрасно подойдет на роль телохранителя.
– Оскар? Ты говорила с ним?
– Ага, пока ты истекала кровью на заднем сиденье его машины. Он прилетел из Англии, чтобы начать новую жизнь здесь. Странно, правда? Я бы не бросила Англию.
– Это он тебе сказал?
Света кивнула. «Оскар. Оскар Степанович Орлан»,– подумала Мира. Не звучит. Скорее всего, это поддельное имя. Да, и Англия, возможно, выдумка. Хотя Степан говорил, что он с матерью живет в другой стране. Но в какой, не сказал. Стоит ли ему доверять?
– Хочешь, я сама ему позвоню и назначу встречу?
– Да, пожалуйста.
Мира сидела за круглым столиком в уютном светлом кафе в ожидании своего будущего телохранителя по имени Оскар. Посмотрев на часы, заметила, что тот опаздывает на пятнадцать минут. За это время ее трижды могли ограбить или убить. Неужели, она продолжит его ждать? Может, он испытывает ее терпение? Если так, то она почти на грани. Мирослава повернулась к двери и уже думала уйти. И спустя еще пять минут он появился на пороге. Она махнула ему. Тот прошел к столику и сел напротив нее. Оба молчали, смотря друг на друга. Девушка облокотилась на спинку стула и скрестила руки на груди. Она должна выглядеть слегка возмущенной его опозданием.
– Моя подруга сказала, что вы прилетели издалека и ищете работу. Но судя по тому, что я прождала вас почти полчаса, вы не особо нуждаетесь в ней. А это очень расстраивает меня, как работодателя, потому что мне нужен был такой человек, как вы.
Оскар не издал ни звука. Лишь раз мельком взглянул на повязку на ее руке. Кажется, она была слишком груба с ним. Прошло каких-то несколько секунд, после чего мужчина встал.
– И куда вы? – резко спросила девушка, испугавшись того, что он сейчас уйдет.
– У меня нет времени на бессмысленную болтовню и выяснения отношений по поводу моего опоздания, – произнес он не очень дружелюбно и зашагал к выходу.
– Что за…
Мира удивилась тому, что происходит и поспешила за ним.
– Постойте. Подождите, – говорила она ему в спину, пытаясь остановить. – Оскар, остановитесь на минуту. Давайте, мы спокойно поговорим.
Но он продолжал игнорировать ее просьбы. Она хотела назвать его по отчеству, и всякий раз останавливала себя. Ведь Мира знает только имя, которым он назвался Светке.
– Да стойте же! – девушка обогнала мужчину и встала перед ним, разведя руки в стороны. Он молчал и смотрел ей в глаза. – Думаю, наша встреча должна была пройти немного по-другому. За то, что налетела на вас с обвинениями, простите. И я хочу нанять вас в качестве своего телохранителя.
Он сделал шаг назад и посмотрел на девушку оценивающим взглядом.
– Тело… кем? Если это шутка, то она удалась. Ваша подруга сказала мне совсем другое.
– Я не знаю, что она вам наплела, но я не шучу, – она вновь перегородила ему путь. – Я говорю серьезно. Может, это для вас звучит как-то странно, но это правда.
– Вам нужен не я, – ответил он, отодвигая ее в сторону, коснувшись рукой плеча Миры. – Обратитесь в охранное агентство или куда-то еще…
– Мне нужны вы, а не охранное агентство.
Оскар раздраженно выдохнул.
– Слушайте, мне хватило вчерашнего. Забудьте мой номер и больше не звоните. Я вам не помогу.
Мира стояла на месте, позволив ему уйти. Она упустила Оскара, и шанс стать к нему ближе. Это была вторая попытка настроить контакт с человеком, перед которым чувствовала вину. Была большая обида, но не на него, а на себя. Зачем искать кого-то из агентства, если есть возможность нанять того, кто действительно ей нужен? Она лишь хочет быть ему другом, чтобы, когда он узнает об отце, не было так страшно. Чтобы смотреть в глаза тому, в ком не сомневается. Тому, кому полностью доверит свою жизнь и… Мира ощутила, как слезы слегка обжигают глаза. Нет, она не станет отступать. Просто, немного подождет.
– Нужна информация о пожаре семилетней давности, – просила Мира, вновь вернувшись в кабинет следователя.
– Это там, где погиб ваш отец? – мужчина был насторожен.
– Хочу знать, было ли это случайностью или поджог?
– Когда вы ушли вместе со своим дядей, я решил покопаться в архивах. Вот, что я нашел в старых записях: эксперты не выявили в доме никаких следов от взрывного устройства или иные предметы, указывающие на явный поджог. Дом не был оснащен камерами внутри. Но были датчики противопожарной безопасности, которые по какой-то причине не сработали. По словам сотрудников дома, которые в это время отсутствовали, проводка и техника были исправны, – читал он написанное на листе. А затем добавил: – Хотя, откуда им это знать точно, правда? Так же, там находились лишь пара сотрудников охраны, которые в этот момент были на улице. Всех, кто когда-либо приходил в дом, они проверяли лично по документам и записывали поименно в журнал. Никого постороннего, по их мнению, в тот день не было. Полицейский, который вел эту запись, – кивает он на листок, – сообщает, что сам проверил каждого, и их алиби были подтверждены. У вас есть другое мнение на этот счет? Вам что-то стало известно?
– Нет, – пожала она плечами и отвела взгляд, а затем тяжело вздохнула. – Я рассчитывала на вас.
– Какие отношения были между вашим отцом и Давидом Багировым?
– Обычные отношения двоюродных братьев. Мелкие споры по работе, которые потом заканчивались семейным застольем и игрой в бильярд. Давид ревностно относился к бизнесу и успеху отца, поэтому старался ему подражать во всем. А после смерти отца, когда Давид узнал, что доли на компанию были разделены, то сильно разозлился. Ведь, как оказалось, я стала главным акционером компании.
– А между вами?
Мира молчала, думая, как лучше ответить. Нервничала. В любом случае, ответ он уже понял еще в прошлый раз. Она прекрасно дала понять, что никаких отношений между ними не может быть.
– Думаю, вы и сами все поняли еще в тот день. После смерти отца, Давид пытается полностью контролировать мою жизнь, и бесится, когда ему это не удается. Отец позаботился, чтобы большая часть акций компании досталась мне. Давид владеет лишь тридцатью процентами. Да, «Лаэль» управляет он, но лишь наполовину. Решение, все же, стоит за мной, как за главным акционером.
– Наверное, вам нелегко жить под пристальным наблюдением своего дяди? Никогда не знаешь, что ожидать от такого человека, правда? – уверенным тоном произнес следователь.
– Я бы хотела поговорить с человеком, который вел то дело.
– Это будет сложно сделать, так как он погиб год назад, – сообщил следователь, шагая к двери. А когда закрыл ее и сел обратно за стол, спокойно продолжил: – Я нашел еще кое-что, о чем сейчас никто и не вспомнит. Тогда дело быстро закрыли из-за отсутствия улик и свидетелей. А затем, спустя короткое время, вдруг появляются доказательства, и выясняется, что в пожаре виновата домработница. Она, в порыве ревности к одному из членов семьи, спровоцировала неисправность газового шланга. Сама женщина, по ее словам, находилась вне дома и даже были какие-то свидетельства, но суд почему-то не принял их. В итоге, ее осудили, и отпустили, спустя какое-то время. Следователь, которой вел дело, спешно уволился по состоянию здоровья.
– Отсутствие улик и их внезапное появление было предумышленно?
– Ничего не могу утверждать. Я вообще не должен говорить об этом с вами. Дело давно закрыто, – пожал плечами Захар.
– А на счет взрыва в отеле?
– На частях взрывного устройства нет отпечаток и нет номеров, по которым можно было их отследить. Каждая деталь сделана вручную, что затрудняет поиск. Кем бы ни был тот человек, он знаток своего дела. Честно говоря, вы поставили меня в затруднительное положение.
– И чем же?
– Абсурдной мыслью о том, что вы были в отеле. Я думал над этим.
– И что же вы решили?
– Допустим, вы приходили в отель и были в номере. Должны быть записи с камер, но их нет. И допустим, я лишь предполагаю, что кто-то сильно умный хорошо потрудился, чтобы это уладить по своей инициативе или же за достойную плату. Этот «кто-то» сейчас имеет подлинную запись, где вы есть. Возникает вопрос: что он будет с этим делать? Какова его цель? Деньги? Никто никогда просто так не станет уничтожать доказательства, имея цель и причину. У меня есть пара наводок на некоторых «умников».
– Думаете, дело дойдет до шантажа?
– Не исключено.
– Ваш отец дружит с Давидом…
– Он дружит со многими людьми, и это никак не влияет на мои решения. Вы пришли ко мне за помощью, и я готов помочь. Я мог бы арестовать вас и держать в камере до последнего, но не сделал этого, – Захар замолк, уставившись на нее, но позже, добавил: – Вы должны понимать, что удар приходится и на вашу голову.
– Я понимаю. Спасибо.
После этих слов Мира покинула кабинет Захара. Она не могла выбросить из головы одну единственную навязчивую мысль: а что если настоящая запись находится у Давида? Отыскать ее будет сложно. Вряд ли он признает это сам. Нужно убедиться, что такая запись точно существует. Но как?
Как найти этого фокусника, имеющего свободный доступ к камерам города и не только? Кто же это может быть? Где он прячется?
– Я знаю, что ты сделал! – заявила девушка, влетая в кабинет Давида. – Решил поиграть со мной?
Давил поднял изумленный взгляд на племянницу и откинулся на спинку кресла. Мира повернула голову к стене, где находится сейф. Затем быстрым шагом пересекла комнату и сняла картину, обнажив стальную дверцу небольшого тайника. Чтобы открыть сейф, нужен цифровой код, а она его не знает. Хотя…
– День рождение папы. Нет, мамы, – произнесла она и начала нажимать кнопки. – Ты всегда любил мою маму и завидовал папе, поэтому я не удивлюсь, если код окажется верным.
Давид резко поднялся на ноги.
– Что ты хочешь там найти?
– Ты знаешь, – Мира замерла, гадая над числами.
– Неужели, ты думаешь, что я прячу что-то от тебя в этом сейфе?
– Я знаю, что это твоих рук дела, – выдохнула Мирослава, посмотрев на Давида.
– Я не понимаю, о чем ты говоришь. Что я сделал на этот раз?
Мира отвела взгляд от Давида и выдохнула. Как она собирается объяснить ему, что именно ищет?
– Снова одни лишь подозрения и догадки. Без основания. Без причины. Обвиняешь меня в чем-то, чего сама не понимаешь. Так, что же я там прячу? – кивнул он на сейф.
– Ничего, – выдохнула девушка и отошла от стены на шаг.
– Думаю, тебе стоит навестить психиатра, – Давид повесил картину обратно на крючки. – Вера недавно спрашивала о твоем здоровье. Я позвоню ей и запишу на прием.
– Я сама позвоню, – ответила Мира и сделала к мужчине пару шагов. – Ты же никогда не признаешься, да?
– В чем?
– В том, что причастен в смерти отца и Степана Рудольфовича, – произнесла она, а затем добавила: – Что тебе мешает избавиться и от меня?
– Не перебарщивай! Хватит видеть во мне монстра! – возмутился мужчина, шагая к двери, чтобы ее закрыть.
– Боишься подозрений и давления со стороны журналистов? Ведь, если со мной что-то случится, то первым в списке будешь ты. Ты силен лишь на тридцать процентов, и тебя это гложет на протяжении долгих лет. Убрав отца с пути, не думал, что я получу больше прав, так? И любой вопрос по изменению чего-либо в компании требует моего одобрения и согласия. Почему ты не обратишься к совету? Ах, да, потому что любой член совета директоров будет на моей стороне. Жаль, что я не могу доказать твою вину сейчас, – выдала Мира и направилась к двери. А выходя из кабинета, добавила: – Ты не получишь желаемого. Никогда.
