Глава IV. ТРУДНОЕ ЗАДАНИЕ
Итак, в жизни Кара началась новая полоса.
Он стал служащим, служащим большого частного предприятия, маленьким его винтиком.
Это было удачей. Когда в стране ходили сотни тысяч безработных, здоровых, в расцвете сил, имеющих профессии людей, он сразу получил работу. Хорошо оплачиваемую, хоть порой и хлопотную. У него была отличная квартира, собственная машина, кое-что в банке. Был верный и надежный друг.
Позади остались кошмары дурацкой войны, из которой – еще одна удача – он вышел без болезней и увечий (и, между прочим, живым).
Словом, все было прекрасно. Не хватало только завести подружку, чтоб не было одиноко, чтобы пойти с ней в кино или погулять в парк, покататься вдоль моря на машине или полежать на пляже. Чтоб ему было приятно просто посидеть с ней, поговорить и чтоб от одной мысли о ней у него становилось радостно на душе.
Да что это он, совсем рехнулся! – встряхивался Кар. Так недолго и до женитьбы, к которой его мягко, но настойчиво толкала Элизабет. Жениться! Это же бред, конец спокойной веселой жизни!
А может быть, как раз начало?
Кара раздирали противоречия. Он поймал себя на том, что со своими новыми товарищами по работе, а их появилось немало, он частенько заводит «брачные разговоры», как он сам их называл. Расспрашивал, женат ли его новый знакомый, а если женат, то доволен ли, радуется или тяготится семейной жизнью.
Выяснилось, что однозначных ответов нет. Большинство сотрудников агентства были женаты, имели детей. Кто-то счастлив, кто-то нет, кто-то верит жене, а кто-то ревнует ее, были и разведенные, и вдовцы, дважды и даже трижды женатые.
Короче, оказалось, что его товарищи по работе ничем не отличаются от всех других людей и мнения о браке у них разные.
Так что решать следовало самому.
Рассудительная Элизабет, с которой он делился своими заботами, говорила:
– Ты не с того конца взялся, что ты тут устраиваешь какие-то социологические исследования. Ты влюбись! Ну, не влюбись, так хоть начни встречаться с девушкой, которая тебе симпатична, нравится, с которой тебе приятно проводить время. А девушек в агентстве много. Между прочим, то, что они там работают, определенная гарантия порядочности, здоровья.
– Особенно те, кого для бракоразводных процессов подставляют…– усмехнулся Кар.
– Ну и что, – серьезно возражала Элизабет, – это же работа. Мало ли что от тебя потребует твой служебный долг. А если тебе по работе придется человека поколотить? Служба, никуда не денешься.
– Интересно, что бы ты сказала, если б Лору надо было по делам службы наставить тебе рога?
– Ничего бы не сказала. Значит, такое задание. Любит-то он меня. Ты какой-то странный. Не путай, пожалуйста, высокие чувства с грязной работой. Есть такая, что ж делать, если приходится ее выполнять.
Эта странная философия слегка шокировала Кара. Но в вопросах брака и любви он как-то уже привык доверять Элизабет.
Он пока бездельничал.
– Присматривайся, – сказал ему Шмидт.
И Кар присматривался. Ему и в голову не приходило, что присматривались-то к нему. Он не знал, что та проверка, которую он проходил при поступлении, пустяк по сравнению с той, которой он подвергался сейчас.
Правда, бегать, прыгать и водить мотоцикл никто его не заставлял, но зато разными путями – опросами коллег, наблюдением, иногда даже слежкой, подслушиванием с помощью «жучка», без труда установленного в его отсутствие в квартире, нечаянными вопросами в разговорах – его просвечивали и экзаменовали в эти первые недели работы тщательнейшим образом. Будь он поопытней, он, быть может, что-нибудь и почувствовал, удивился бы, что вдруг кто-то из коллег, понизив голос, предлагает сходить в «дом для публики» или спрашивает, какой наркотик дешевле. Но Кар был далек от всего этого и потому, наверное, без труда выдержал и вторую проверку. Начальство было удовлетворено, о чем он и не подозревал.
Его стали привлекать к делу.
– Значит, так, Кар, – сказал ему однажды Шмидт, – с сегодняшнего дня будешь оберегать одного психа, который боится, что его похитят. Миллионер из Штатов. Приедет для каких-то переговоров с нашими курортными боссами. И обратился к нам, просит, пока будет здесь, приставить к нему телохранителя.
В тот же вечер Кар встречал «психа» на аэродроме. Его протеже оказался пожилым, весьма самоуверенным, громогласным и грубоватым человеком и никак не производил впечатление труса, опасающегося за свою жизнь.
– Ах, это ты, ангел-хранитель! – громко воскликнул он, когда Кар представился ему, и с такой силой хлопнул своего «ангела» по плечу, что чуть не вогнал его в землю.
Они уселись в огромный «кадиллак», предоставленный гостю его местными контрагентами. Кар сел рядом с шофером и внимательно огляделся, но ничего подозрительного не заметил.
Они прибыли в отель и отправились ужинать. Надо отдать должное: гость был человеком широким и кормил и поил своего «ангела» с размахом. Сам он основательно напился, и Кар еле дотащил его до апартаментов люкса, которые были для него сняты.
По дороге американец бормотал что-то невнятное о своих гениальных коммерческих способностях, о том, какие отели он здесь построит и как он «проглотит» всю эту мелюзгу…
Утром (Кар ночевал в холле люкса) гость был свеж как огурчик, весь день мотался по побережью со своими коммерческими партнерами, осматривая земельные участки.
Вечером в его честь устроили ужин, на котором он пил мало, произносил веселые, хотя и грубоватые тосты и рано ушел спать. Утомленный всей этой суетой, Кар уже предвкушал сладкий сон, но в этот момент из спальни вышел его клиент. Кар вытаращил глаза: на американце был дешевый джинсовый костюм, мягкая шляпа и сапожки.
– Поехали, отдохнем! – заявил он.
Они выбрались из отеля через черный вход и направились в один из портовых кабачков, о котором, к удивлению Кара, американец был хорошо осведомлен, словно всю жизнь жил в этом городе. Там они провели полночи, гость опять напился до потери сознания, и Кар, пыхтя и отдуваясь, притащил его домой.
Так продолжалось всю неделю. И только проводив американца в аэропорт, Кар, наконец, сообразил, что требовался своему хозяину вовсе не для охраны его никому не нужной персоны, а для того, чтобы доставлять его домой после ежевечерней пьянки.
Впрочем, на прощание он подарил Кару золотую зажигалку с эмблемой своей фирмы.
Потом Кару пришлось вместе с еще дюжиной сотрудников «Ока» выполнять жуткую работу: охранять на время двухдневных гастролей приезжую эстрадную звезду – маленького чернявого итальянца, пользующегося невероятной популярностью в их стране.
Вот уж где пришлось попотеть!
Итальянец перемещался в бронированном лимузине, в котором сидели, кроме него и шофера, еще четверо здоровенных ребят – его личная, так сказать, «домашняя» охрана, которую он привез с собой.
Сзади шли еще две машины с охранниками из «Ока».
Когда кортеж подъезжал к залу, где проходил концерт, там уже ожидала несметная толпа, еле удерживаемая двойным кордоном полицейских.
Самое трудное было – пройти пять-шесть метров до подъезда. Несмотря на полицию, десятку фанатов все же удавалось прорваться к «звезде». Они были вооружены блокнотами, авторучками, букетами, иногда ножницами (чтоб отхватить у кумира пуговицу, кусочек полы или рукава на память).
Вот тут-то и начиналась работа для Кара и его товарищей. Фанатов, или, еще более сокращенно, фанов, беспощадно отбрасывали, порой заламывая руки, выталкивали снова в толпу, иногда приходилось особенно настойчивых укладывать приемом каратэ. Поскольку в большинстве своем это были девушки, они визжали, кусались, царапались, дрались ногами. После таких рукопашных стычек сотрудники «Ока» походили на охотников за дикими кошками – изодранные, исцарапанные, с порванными костюмами. Они отдыхали за кулисами, пока шел концерт, а когда «звезда» выходила, чтобы ехать в отель, все начиналось сначала.
– Просто хочется вернуться в наши тихие безопасные джунгли, – пошутил Кар, когда они с Лоридапом, входившим в ту же команду, возвращались домой. – Там всего лишь стреляют.
После отъезда «звезды» они еще долго не могли очухаться.
Вообще-то работа Кару нравилась – не надо было являться слишком рано, отсиживать часы. А то, что приходилось не спать ночами, кое-чем рисковать, влезать в потасовки, так это ему даже по вкусу – бока-то он мял другим, а не они ему.
Все эти задания были не такими уж трудными, кого-то охраняешь, за кем-то следишь.
Выяснилась одна неожиданная вещь – оказалось, что Кар прямо рожден для слежки. Несмотря на высокий рост, красивое, запоминающееся лицо, он умудрялся оставаться незамеченным для преследуемого, умудрялся теряться в толпе и вообще оставаться невидимым. Конечно, пешком в городе мало кто ходил, все раскатывали на машинах, но как раз осуществлять слежку на машине – тут он был мастер. Кар лишний раз поздравил себя с тем, что приобрел неприметный подержанный автомобиль темного цвета. Таких десятки тысяч колесят по дорогам и улицам страны.
Эту его способность начальство оценило сразу.
– Слушай, парень, – каждый раз говорил ему Шмидт своим густым басом, – ты, оказывается, ас по автомобильной части, от тебя ни один ловкач не удерет. Молодец! Значит, вот какое дельце.
И он излагал очередное задание: такой-то тип (вот фото, посмотри внимательно и запомни) живет там-то, есть сведения, что каждый вечер куда-то мотается. Куда?
Через неделю Кар докладывал. Подчас он даже не знал, за кем следит, тем более зачем. Его дело было выяснить, куда человек ездил, он и выяснял. Остальное его не интересовало. Вот что его интересовало, так это премии за хорошую работу, и когда он получал их, то вырастал в собственных глазах.
– Слушай, Лор, – делился он с другом, сидя у него вечером за ужином, как это часто теперь бывало, – ты все-таки молодец, здорово меня устроил. Я тебе век обязан буду…
– Да брось, – смущенно, но довольно бормотал Лор, – будто ты бы не сделал того же для меня.
– Действительно, – вступала в разговор Элизабет, – вы же друзья, о чем речь.
Бывая у них дома, Кар испытывал двойственное чувство. С одной стороны, ему было удивительно уютно в этом доме, у настоящих друзей, да и куда ему, одинокому, никого не знавшему в городе, еще идти? С другой – ему казалось, что он уж очень злоупотребляет гостеприимством Лориданов, не дает им проводить вечера вдвоем.
Он злился на себя, что вот уж сколько времени в городе, а все никого толком не знает. Два-три знакомства со случайными женщинами оставляли только чувство разочарования.
– Слушай, Бет, – набравшись духа, заявил он требовательно, – неужели у тебя нет каких-нибудь интересных подруг, не таких, как ты, конечно, но хотя бы тебе по щиколотку? Ну что я все вам надоедаю? Неужели ты не испытываешь угрызений совести: вот, мол, друг погибает в одиночестве? А? Бет?
Видимо, Элизабет тут же почувствовала эти угрызения, потому что воскликнула:
– Ты прав, свинство, прямо завтра же займусь устройством твоей личной жизни!
– Погоди, – испугался Кар, – личная жизнь – дело серьезное. Ты сначала найди мне просто, ну, эту, в общем, подругу, а там…
– Не беспокойся, – сказала Элизабет, – квартиру я тебе удачно подобрала? Гардероб? Машину? Ну вот, и подругу получишь – останешься доволен.
– Да у нас в агентстве есть девочки…– попытался было вмешаться Лоридан, но жена перебила его:
– Да брось ты этих девочек! Вертихвостки! А ему нужно что-то серьезное – не разовый билет, а постоянный абонемент. На всю жизнь. Понимаешь?
Лоридан пожал плечами.
Кар остался доволен, теперь ответственность за его сердечные дела взяла на себя Элизабет. И если он будет лишний раз торчать у них – не его вина, значит, она плохо старается!
Однако не Элизабет суждено было наладить неустроенную жизнь Кара. В таких делах основную роль играет случай. Так произошло и на этот раз.
Своим орудием судьба избрала не очаровательную Элизабет, а усатого и бородатого Шмидта.
Дня через два после того вечернего разговора он вызвал Кара и Лоридана к себе.
– Задание чрезвычайной важности и трудности. Такого еще не было! – сказал Шмидт.
Поскольку он частенько начинал разговор с этих слов, они спокойно ждали продолжения.
– Значит, так, – начал Шмидт излагать, как он любил выражаться, «вводную». Это напоминало дорогое его сердцу время войны. – Живет на свете жутко богатая молодая пара. И оба жутко ревнивы. Муж через день по вечерам куда-то таинственно исчезает, возвращается – от него разит, виноват, пахнет духами. Значит, жена просит выяснить, в чем дело, куда ходит, к кому, что за стерва, с которой он ей изменяет, как поймать его с поличным, где их застукать, ну и так далее. Вроде бы дело простое, мальчики, черта с два! Видите ли, эта самая жена, когда ее муж торчит в своей фирме, где он президент – генеральный директор, сама куда-то смывается, всегда в одно время. Он желает знать куда? Ему донесли, что ее видели в машине за городом с каким-то молодым красавцем. Кто это? Как их поймать? И так далее. Он тоже обратился к нам…
– Так что ж, мы обоими будем заниматься? – недоверчиво спросил Лоридан.
– Конечно. Оба платят по высшей таксе. Разумеется, они не знают, что наше агентство работает на каждого из них.
– Но как может один адвокат защищать и жертву и преступника?
– Видишь ли, адвокат не может. Но мы-то не адвокаты! Мы фирма – к нам за услугой обратились два клиента, а что их интересы противоречат другу другу – не наше дело. Нам платят за сведения – мы их и доставляем. А как они потом будут разбираться – пусть сами решают.
– Интересно, – задумчиво протянул Кар.
– Очень, – подтвердил Шмидт. – Кстати, ты, значит, будешь следить за ним, а Лоридан за ней. Держите связь, мальчики. Можете пригодиться друг другу. Все понятно? Идите же в справочную – получите данные.
И друзья отправились знакомиться с деталями этого задания.
В специальной комнате, за семью замками, в бронированных сейфах хранились договора с клиентами. К договорам были приложены все данные, какие клиенты могли или хотели предоставить фирме, чтобы облегчить работу ее агентам.
– Как тебе это нравится! – весело воскликнул Лоридан, получая папку с делом своей подопечной. – Не проще ли их собрать у нас и поговорить по душам: эй, ребята, скажите прямо, кто кому с кем рога наставляет? Экономия для семейного бюджета, и не надо на две слежки тратиться. Ха-ха!
Но Кар отнесся к делу серьезно.
– Чего смеешься? Небось, если б Бет с каким-то красавцем разъезжала, ты бы не очень веселился.
– Я бы? Уж я бы к услугам «Ока» не прибегал. Сам бы все выяснил или сам бы ей голову открутил.
– Ах-ах! Открутил, смотри, как бы она тебе голову не открутила, коль узнает о твоих невинных шалостях…
– Ладно, ладно. Так что там в папках, давай посмотрим.
Семья Мартинетти состояла из трех человек – итальянца Рафика Мартинетти, англичанки Луизы Мартинетти (урожденная Трентон) и пятилетнего Луиджи Мартинетти. Последний сотрудников «Ока» (а похоже, и родителей) не интересовал. Во всяком случае, судя по числу нянек и гувернанток, он вполне мог обойтись без родительского внимания. Кстати, за ним круглые сутки присматривал и охранник, нанятый в том же «Оке». Чтоб ребенка не похитили.
Молодые супруги, если верить их собственным высказываниям, обожали друг друга, так что, волей-неволей, возникало сомнение в их обоюдной измене. Но, в конце концов, мнение агентства никто не спрашивал, спрашивали факты и за это хорошо платили. А уж факты будут истолковывать сами заинтересованные.
Жили супруги в собственном доме, у моря, в двадцати минутах езды от города. Говорили между собой на итальянском, поскольку муж английским не владел. Он ездил на спортивном «ягуаре», она – на семейном «форде» с шофером, так как не водила машину. Маленького Мартинетти охранник возил в «вольво». Супруги вели светский образ жизни, мотались по приемам, по гостям, по разным фестивалям, скачкам, спортивным зрелищам, концертам.
Рафик, возглавляя крупную фирму, с утра до шести-семи вечера торчал в своей конторе, но в последнее время регулярно задерживался якобы на каких-то заседаниях правления и деловых встречах. Это бывало и раньше, но подозрений у Луизы не вызывало, так как он по двадцать раз на день звонил. Впрочем, звонил он и теперь, однако какие-то два часа – с семи до девяти вечера – не звонил никогда. В чем дело? Где он через день эти два часа проводит? Во всяком случае, как установила жена, не у себя в офисе.
Что касается самой очаровательной Луизы, то она целый день разъезжала по магазинам, портнихам, косметическим салонам, подругам. Шофер вечно таскал за ней горы покупок. И только утром, обычно с одиннадцати-двенадцати часов, она отпускала шофера и на какое-то время исчезала. Куда?
Сначала дело показалось несложным – проследить, где в указанное время обретаются подозреваемые, и вся работа. Но неожиданно все оказалось сложней.
Встретившись через неделю в баре напротив агентства, Кар и Лоридан делились впечатлениями, что, к слову сказать, было категорически запрещено. Говорить о текущих, а желательно и о прошлых делах разрешалось только в специально отведенных помещениях, гарантированных от подслушивания. Но когда речь шла о делах, подобных тому, которое их сейчас занимало, запрет частенько нарушался. Ну кого, кроме них, интересует эта рогатая пара?
– Что она его обманывает, сомнений нет, – начал Лоридан. – Но с кем? Я ее выследил не без труда. Дело в том, что она в самый неожиданный момент вылезает из своей машины где-нибудь в центре, отправляет шофера домой, а сама, дождавшись, пока он скроется из глаз, хватает такси, а то и в автобус садится и едет на окраину. Никогда не знаешь, что выберет. Выскочишь из машины, а она – в такси, не бежать же обратно к машине. А будешь сидеть за рулем и ждать, пока она в такси сядет, она раз – и на автобус. Словом, попотел я, пока наконец установил, куда она мотается.
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.