Алета

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

Часть первая

Глава 1

Как часто наши встречи не случайны.

NN

Я бежала с работы почти вприпрыжку, ну, насколько это возможно в темноте по ледяным колдобинам и снегу, так как мороз и ветер подгоняли, и весьма ощутимо. Зима в этом году выдалась ранняя и морозная. Всего-то начало декабря, а температура опустилась намного ниже минус двадцати пяти. А учитывая, каким ветреным стал город в последние годы из-за хаотичных застроек многоэтажками, – то и с пронизывающими ветрами. И я бегала шустрой мышкой от дома до остановки, от остановки до метро, от метро до офиса и в обратной последовательности.

Каждый год я давала себе обещание купить теплое-претеплое пуховое пальто и теплые сапоги без каблуков, и каждый год наивный оптимизм и вера в то, что ну уж в следующем-то году таких морозов точно не будет, а в этом зима уже почти закончилась, побеждали. Так было и сейчас: шпильки зимних сапожек отчаянно застревали в снежных сугробах и не менее отчаянно скользили по гололеду.

Жила я в однокомнатной квартире брата, уехавшего с семьей в дальние края работать на процветание капитализма и своего бюджета. Дом находился в спальном районе, добираться до работы и обратно было далековато, но зато не приходилось платить за съемную квартиру.

Я уже почти добежала до дома, оставалось только перейти через дорогу до подъезда. И тут на моем пути неожиданно возникло непреодолимое препятствие. Был гололед, сплошной каток, дул встречный ветер. Бодрой трусцой я побежала через дорогу, но не тут-то было. Каблуки скользили, а встречный ветер относил меня назад. Три попытки закончились моим безоговорочным поражением. Я стартовала, буксовала шпильками по льду, чудом сохраняя равновесие, и меня возвращало к исходной точке.

Ну что ж такое-то! И смешно и глупо! Хоть на четвереньках через дорогу переползай. И, как назло, ни одного прохожего, чтобы попросить о помощи. Притоптывая на месте, я решила, что подожду, ведь должен же хоть кто-нибудь появиться из соседних домов. Ну хотя бы собачники – сейчас как раз время для вечернего выгула подходящее. Припрыгивая, чтобы окончательно не задубеть, я оглядывалась в поисках прохожих, желательно мужчин, которые могли бы взять меня на буксир и оттранспортировать до подъезда, когда увидела сбоку, на заваленном грязным снегом газоне, кота. Он лежал на боку, раскинув хвост и лапы, и не шевелился. Это был крупный, можно сказать, огромный зверь, только ужасно худой и грязный. Шерсть у него слиплась сосульками и забилась снегом, а длинный хвост, который, наверное, когда-то был пушистым, сейчас выглядел жалко. Складывалось ощущение, что кот сначала вымок, а потом резко оказался на морозе. Опознать, какого цвета у него шерсть, было невозможно.

Подумав секунду, я подошла поближе, чтобы рассмотреть, живой он или нет. Я не кошатница, дома у меня отродясь никаких животных не было, и даже рыбки, которых мне подарили во втором классе, благополучно загнулись через неделю жизни со мной, такой замечательной. Хотя я их честно кормила, холила и лелеяла, но они заболели какой-то гадостью, покрылись чем-то отвратительно белым и всплыли брюшками кверху. Больше заводить животных я не пыталась. Да и во взрослом возрасте напряженный график не позволял заботиться о домашнем любимце в полную силу. Но сейчас этого кота было жалко. Вдруг живой? Замерзнет же! Такой мороз, а он лежит прямо на снегу.

– Котик, кис-кис. Ты как? – Я наклонилась и попыталась рассмотреть кошачью морду. – Кис-кис? Кошатик?

Когда я решила, что тут уже ничем не поможешь, и стала выпрямляться, кот приоткрыл глаза и сдавленно мяукнул. Опа, живой. Ну и что теперь делать? Уйти уже не могу, я же себе в жизни потом не прощу, по ночам кошмары сниться будут, что бросила живое существо вот так умирать. Домой нести? Но как? Грязный, больной… Может, его вообще машина сбила и кости переломаны… Вот как я его потащу? Сама-то не могу через дорогу перейти…

И тут навстречу мне из-за угла моего дома выплыл наш местный пьянчужка, дед Василь. Безобидный и чрезмерно общительный дедок, которого все знали и даже периодически подкармливали или подкидывали немного денег. Жены у него не было, вдовец давно, детей тоже нет, вот и спился. Трезвым его не видел никто и никогда, но и пьяным настолько, чтобы валяться под лавкой, он тоже не бывал ни разу. Обычно он находился в перманентном состоянии среднего подпития и благодушности. Даже имя его, Василий, как-то незаметно переиначили в Василя, и к нему обращались на «ты» и стар и млад. Вот и сейчас, слегка покачиваясь, улыбаясь и что-то мурлыча под нос, дедок двигался в мою сторону.

– Дед Василь, дед Василь!!! – Я практически заорала от радости и готова была кинуться ему на шею – ну наконец-то хоть одна живая душа. – Дед Василь, здравствуй, помоги до дома добраться, а? И котика вот… А я денежку дам, пойдешь себе вкусненькое что-нибудь купишь.

– Здравствуй, Алетка. Ты чтой-то поздно так? Молоденьким девушкам надо дома ужо сидеть, а не бегать хвосты морозить. Что за котик? – Дед Василь поравнялся со мной и, улыбаясь, дыхнул винными парами. Проследив за моим взглядом, он наклонился над котом. – О-ой, касатик. Эк тебя прищучило-то. Не жилец поди уж.

– Дед Василь, помоги кота до дома дотащить. Живой еще. Жалко, замерзнет за ночь, а я попробую его подлечить, подкормить, а потом, может, пристрою куда. А? – Я заискивающе улыбнулась.

Дед наклонился, подсунул руки под кота и, кряхтя, выпрямился. Кот безвольно обвис и не шевелился. Как бы не сдох у меня за ночь в квартире! Жуть какая! И что мне тогда делать с трупом? Надо быстрее идти в тепло.

– Ну пошли, голуба. Цепляйся за локоть, составь компанию деду. – Сосед, покряхтывая в неудобной позе, на вытянутых руках нес кота, а я, ухватившись за его локоть, топала рядом. Холодно-то как, боже ж ты мой…

Мы дошли до моей квартиры, я поблагодарила деда Василя и выдала ему двести рублей. Кота устроила на кухне под батареей, пожертвовав, за неимением каких-либо подстилок или ковриков, одним из нелюбимых полотенец. А сама побежала к компьютеру искать в Интернете информацию, что делать с замороженными и оголодавшими котами. Вызывать ветеринарную скорую помощь я была финансово не готова, за услуги они берут дорого, особенно учитывая, что уже пятница и почти ночь. Пробежавшись быстро по форумам любителей животных, я вернулась к коту.

За это время под батареей он согрелся, лед с шерсти стаял и стек на полотенце грязной лужей. Н-да, похоже, одним полотенцем тут не обойтись, придется менять, как обсохнет шерсть. Кот так и не шевелился и не издавал ни звука, только тяжело хрипло дышал. Вытащив коробку с аптечкой, я стала разбираться, что же можно дать ему сейчас из человеческих лекарств. Решив, что лучше перебдить, чем недобдить, я растолкла в порошок таблетку антибиотика, рассудив, что уж простыть-то он наверняка успел, значит, лечить все равно надо. А чтобы немножко подсластить пилюлю, добавила туда же немножко растолченной таблетки валерианы. Потом развела все это водой и через дозатор от какого-то детского сиропа, оставшийся от ребенка брата, влила в рот коту. Затем согрела молока, и, так как зверь не реагировал и пить сам даже не пытался, с помощью этого же дозатора напоила его теплым молоком, ласково с ним разговаривая и обещая, что все будет хорошо.

Глава 2

Те, кто содержит животных, должны признать, что скорее они служат животным, чем животные им.

Диоген Синопский

Ночь прошла тревожно, так как я опасалась, что, пока сплю, кот тихо помрет на кухне и утром меня встретит свежий кошачий трупик. Переживая из-за этого, ночью я несколько раз вставала, чтобы проверить, как там кот, и дать ему очередное количество воды и молока. Очень уж он был изможденный, сразу много не дашь, а как-то подкормить надо, тем более что сам он даже и не делал попыток попить.

К утру, как ни странно, кот более-менее ожил. Вставать, правда, не пытался, но за моими передвижениями внимательно, настороженно следил и даже попил сам воды. Позавтракав, я сбегала в соседний торговый центр и купила шампунь для кошек, расческу, какие-то витамины и все, что необходимо, когда в доме появляется кот. А еще курицу – надо откормить животное, а на то, что кот сможет осилить сухой корм, не похоже.

Два дня я его кормила куриным бульоном, вареной курицей и молоком и вливала в рот лекарства через дозатор. К вечеру воскресенья кот наконец-то отошел и даже попытался встать. И хотя я не была уверена, что это правильно, но потащила его в ванную и устроила ему помывку с шампунем от блох. Сколько грязи с него смылось – не передать. Я даже представить себе не могла, что зимой, когда на улице снег, можно умудриться так изгваздаться. Кот от банных услуг вяло отбивался, но в целом вел себя вполне прилично, и мы обошлись без царапин и кошачьих истерик.

После тщательной помывки и просушки оказалось, что у зверя длинная шерсть черного цвета с серо-синими разводами, кисточки на крупных ушах и роскошный пушистый хвост. Кажется, такая порода называется мейн-кун, впрочем, я не разбираюсь в этом вопросе. Как этот роскошный котяра оказался на улице, да еще в таком бедственном состоянии, мне было непонятно. То ли сбежал и заблудился, то ли выгнали хозяева… Кот был прекрасен, только жутко худой и зашуганный. И эмоции вызывал точно как в стихотворении Афанасия Фета: «Тебя любить, обнять и плакать над тобой!»

– Ну что, котя? Как ты? Оклемался, бедолага? Теперь, когда ты чистый, можешь в комнату заходить. Идем, покажу тебе, где ты теперь будешь жить, пока не поправишься и пока мы не решим, что нам с тобой делать. – Я подхватила кота на руки и ходила с ним по квартире. – Как же мне тебя называть? Мурзик?

Кот зашипел и попытался вырваться.

– Барсик? О, знаю! Ты мне напоминаешь Шер, такой же черноволосый и скуластый-мордастый. Будешь Шер.

Кот изумленно посмотрел на меня и мяукнул.

В понедельник утром я собиралась на работу, а кот медленно, пошатываясь, бродил по квартире и изучал пространство. Хотя что его изучать? Комната в квартире всего одна, правда, кухня большая, и санузел раздельный.

Я сварила кофе и села завтракать и смотреть новости, а коту положила еды в выделенную ему тарелку. Проигнорировав тарелку на полу, Шер запрыгнул на стул напротив меня, поставил передние лапы на стол и попытался стащить у меня бутерброд.

– Э-э-эй, кошак, не наглей! Я же тебе положила еды. – Я отодвинула свою тарелку подальше и поставила кота на пол перед его едой. Не обращая на это внимания, Шер снова вспрыгнул на стул, опять поставил передние лапы на стол и выжидающе уставился на меня.

– Мохнатый, да ты эстет, как я посмотрю. За столом есть хочешь? Ну ладно. – Я поставила его тарелку на стол, села на свое место и с интересом уставилась на кота. И тут Шер стал аккуратно есть вареную курицу. Меня разобрал смех. – О как! Ты из цирка сбежал, что ли?

Шер укоризненно посмотрел на меня и продолжил свой завтрак, а я, хмыкнув, стала допивать кофе.

Так у нас и повелось. Завтракали и ужинали мы оба за столом, а днем он ел из тарелок, поставленных на пол. С рационом у нас тоже все было не как у нормальных людей и котов. Шер наотрез отказался кушать кошачьи корма, ни сухой, ни из консервов. Ел он то же, что и я: каши, макароны, супы, мясо, молоко, даже хлеб и картошку. Только я приноровилась добавлять острые специи не при готовке, а непосредственно себе в тарелку. Еще несколько дней по утрам и вечерам, приходя после работы и вечерних занятий в фитнес-клубе, я давала ему антибиотики. Шер оправился поразительно быстро и уже ничем не напоминал то заморенное полуживое существо, которое мы с дедом Василем подобрали в сугробе. Ел он очень аккуратно, но в огромных количествах, просто бездонный желудок какой-то. Похоже, что отъедался после вынужденной голодовки на улице или ел впрок.

Что меня бесконечно радовало, так это то, что он молчун. Я ненавижу кошачьи вопли, и то, что Шера было не слышно, – это просто праздник какой-то. Единственное время, когда он орал дурниной, это если я его не пускала в ванную, когда принимала душ или ванну, или в постель. В первом случае он всем телом бросался на дверь, пытаясь прорваться внутрь, и орал как резаный. А потом пристраивался на стиральной машинке и внимательно наблюдал за мной, периодически пытаясь выловить мою ногу из воды. Во втором я его методично выгоняла из-под одеяла, а он так же методично и целеустремленно лез обратно, бурча при этом какие-то кошачьи ругательства. Добившись своего, устраивался у меня под боком и спал под одеялом, пока ему не становилось жарко и он не выползал наружу.

За мной кот ходил по квартире по пятам, словно тень. Если я сидела на диване, то он пристраивался под боком и прижимался, если в кресле, то ложился на ноги. Единственным местом, куда он не рвался за мной, был туалет.

Как-то утром я, собираясь на работу, разговаривала с Шером, а он, как обычно, сидел напротив и внимательно наблюдал за моими переодеваниями и сборами.

– Ну что, Шер, поможешь выбрать наряд на сегодня? – спросила я со смехом, очень уж серьезная морда у него была. – Давай подсказывай. Вот эту юбку и блузку или вот этот брючный костюм? Только учти, мне сегодня еще на занятия танцами вечером.

Шер лениво потянулся, спрыгнул и подошел ко мне. Я с интересом наблюдала за ним. Странный он все-таки кот, то ли невероятно умный, то ли отлично выдрессированный. А он тем временем, демонстративно сделав вид, что закапывает оба представленных наряда, подошел к шкафу и оглянулся на меня. Так-так, а вот это уже интересно. Встав на задние лапы, Шер оперся передними о полку под висящими вещами и одной лапой ткнул в джинсы. Повернулся, проверил, что я смотрю на него, и снова ткнул лапой, но уже в тонкий шерстяной свитерок.

– Ух ты! Ну ты даешь! – Я просто обалдела. Такого явно не ожидала от кота. – Ну как скажешь, джинсы значит джинсы. Чувствую себя ведьмой с котом-фамильяром.

Я быстро оделась в предложенный Шером комплект – не расстраивать же животное, коли уж сама напросилась, – а по дороге на работу мне было о чем подумать. Похоже, что кот действительно не простой. Это ж сколько денег и времени понадобилось, чтобы его так выдрессировать? И как он, собственно, оказался на улице? Не ищут ли его по всему городу?

Так у нас дальше и повелось. Шер выказывал мнение о моих нарядах и предлагал свои варианты. И что поразительно, если бы он был человеком, то можно было бы сказать, что у него безупречный вкус. Ни разу его варианты не были плохи.