Что-то из школьной физики
Слышишь! Это песня злости, что есть во мне: пускай же прогремит гимн скомканных обид!
Для многих людей подростковый период – это период ненависти. Время, когда всех и всё подвергаешь сомнению, и даже тёплые чувства испытываешь с каким-то вызовом, выкрученной на полную громкостью. Я – не исключение.
Под конец 2016 года, сама того не осознавая, я сделала важный шаг в Познании, к которому стремилась: я открыла в себе любовь. Прошло ещё несколько месяцев, прежде чем я научилась использовать её как линзу, через которую смотрю на мир. Но уже того, что она у меня появилась, пока неприменимая, было достаточно, чтобы отложить линзу ненависти.
В 2017 протестные песни для меня зазвучали тише, зато родители из смертельных врагов на полставки превратились в лучших друзей. Я чувствовала то же, что Левин, когда Кити согласилась выйти за него замуж: все люди вокруг вдруг стали добрыми, казалось, каждый прохожий желает мне счастья, а я того же желала ему.
Оказалось, что видеть через призму любви – гораздо лучше, чем через призму ненависти. Потому что встречаются иногда мутные, бесцветные какие-то люди, и только от вас зависит, в какой цвет их покрасить, какими они будут с вами. А теперь представьте, что мутного человека из раза в раз каждый новый знакомый красит в яркие, благородные и добрые цвета: краска перестаёт перебиваться. Человек таким и остаётся.
Иногда мы с Полиной пересматриваем свои старые записи, в которых восхищались общими знакомыми. И в душе щемит от того, что на поверку многие из этих знакомых оказались совсем не такими хорошими, как мы тогда думали. Некоторые – беспросветно, злобно глупыми, некоторые – даже подлыми. Когда я спрашиваю себя, отчего так, мне кажется, что секрет – в линзах. Эти люди уже тогда, когда мы восхищались ими, смотрели на мир сквозь ненависть. Может быть, просто не вылечились от этого с подросткового возраста.
Наверное, именно потому так больно было включать «Голодным и злым» и тем более «Рейв» после «Волны», «Эйфории», «Маяка»… Не потому, что на новых альбомах плохие песни – я иногда заслушиваюсь ими – но потому, что это песни ненависти, тогда как раньше пелись гимны любви.
Всё это – что-то из курса школьной физики: у нас была прекрасная учительница, но единственная тема, которой я заинтересовалась и которую усвоила – это оптика. Сидя в кабинете на пятом этаже школы, я фотографировала небо, отражённое линзой на белый листок бумаги.
24 августа 2016
Когда я по утрам открываю глаза (не всегда в хорошем настроении и почти никогда не выспавшись), вокруг меня всегда светло. Даже если это утро – учебной зимой в полседьмого.
В жизни каждого человека иногда начинается тёмная полоса. У меня в столе висит бумажка с какими-то датами. Обычно я говорю, что не помню, что они значат. В любом случае, они вызывают у меня негативные эмоции. Ещё я говорю, что эти даты ограничивают тёмные полосы в моей жизни. Последнее там – 25.10.2015, день, когда мы с людьми, которые когда-то были активистами ролевой под названием «Племя Журчащих Ручьёв», а теперь стали просто главными маячками в моей жизни, удалили эту самую ролевую, связавшую нас – кого-то ещё в 2012, а кого-то в течение последующих лет.
После этого дня, 25 октября, было ещё полтора соответствующих месяца. Но однажды утром я проснулась лучом солнца, осознав, что мир вокруг нуждается в нас так же, как мы – в нём. В тот день я шла по улицам, а люди оборачивались, и какой-то дедушка улыбающимся голосом сказал очаровательной бабушке, шедшей с ним: «Ты только посмотри, какая рыжая!» И все вокруг улыбались.
И мне казалось, что, если люди вокруг улыбаются, видя меня, значит, я отвечаю миру на его нужду во мне. Пусть на одно мгновение, но я делаю кого-то немного теплее. Задумайтесь: если бы утром ваше настроение не подняли несколько приятных мелочей, сколько хороших дел вы могли бы не сделать?
(лучшему другу. пускай не видит)
Напиши у меня в некрологе: «разорвало от безусловной любви». Собственно, даже не важно, как я на самом деле умру. Это всё равно так или иначе будет так. Вечный кайф. Лучший кайф. Главный кайф.
Чувствуешь, как сыплются с неба звёзды? Падают в меня. Горят в моих венах. Звучат музыкой – из сердца в сердце. Дарю их Тебе, бери, скорее же, ну! Этого так много внутри.
Я целый огромный мир, весь – Твой, заходи и живи, когда захочешь. Больше говорить о любви. Чаще говорить о любви.