ГЛАВА 2
Мы с Мелани шли по заполненному школьному коридору, пока она рассказывала мне про поездку к кузине на выходных, а я пыталась игнорировать гул, от которого уже болела голова.
– Посиделки с родственниками – полный отстой. Моя тетя постоянно повторяла, что нам нельзя публично затрагивать тему крейгов, как-то выражать свое мнение или даже думать об этом. Вы только избавились от последствий глупого поступка Аманды. Понимаете? – пискляво повторила Мел слова своей тети. – Меня от этого тошнит.
«Я никогда не приму выбор мамы, – сказала как-то Мел. – Я люблю ее и очень скучаю, но втайне надеюсь, что она никогда больше не появится в моей жизни».
Вспоминая об этом сейчас, я чувствовала странную волну облегчения. Будь уверена, Мелани. Твоя мама больше не появится.
Но вдруг миссис Картер не умерла? Что, если это была имитация, чтобы обмануть меня?
После того, как Мери уехала на работу, я вернулась в парк и увидела, что тела не было на прежнем месте. Как и следов борьбы. Это совсем не успокоило меня.
– Забей, – сказала я и потуже затянула высокий хвост. – Они никогда не поймут то, через что вам с отцом пришлось пройти. Ведь это не им пришлось доказывать всему городу, что решение твоей мамы не имеет к вам никакого отношения.
Мелани согласно кивнула.
Мы продолжили путь по бесконечному коридору, протискиваясь между компаниями учеников и обсуждая романтический фильм с добавлением триллера, когда из-за поворота выскочила мужская фигура и врезалась в меня.
– Осторожней, красотка.
Я увидела лицо загорелого парня с насыщенными зелеными глазами и улыбкой, из-за которой всегда хотелось заехать ему по физиономии. Остин Робертсон был парнем номер один в школе и настоящим бабником. У него имелся блокнот, исписанный женскими именами и оценками, которые он ставил после свиданий.
– Дай пройти.
Остин сделал шаг в сторону, преграждая мне путь. Парни из его компании довольно заулыбались.
– Кто-то сегодня не в настроении?
– Я всегда не в настроении, когда рядом ты.
– Брось, Джонс, ты хочешь меня, – произнес Остин с самодовольной улыбкой. Когда он наклонился, чтобы прикоснуться ко мне рукой, я толкнула его в плечо. – Я могу многое тебе показать.
– Тысячная попытка привлечь мое внимание засчитана, Остин. А теперь – свали.
– Ты многое теряешь, крошка.
– Ты должен оторваться от собственного отражения и заглянуть правде в глаза. Я не собираюсь быть с тобой. Но могу сказать имена девушек, которые с радостью согласятся на эту сомнительную затею.
– Они не интересуют меня.
– С каких пор?
Я посмотрела на буклеты в руках Остина, и он, к сожалению, успел это заметить, посчитав, что мой интерес имеет к нему какое-то отношение.
– Я хочу, чтобы ты пришла на матч. Можешь даже взять свою подружку-изгоя с собой. Все равно это не помешает тебе быть на высшем уровне.
– Заткнись.
– Это удобно? На ее фоне ты смотришься еще горячее.
Я схватила его за заднюю часть шеи и наклонила к себе.
– Мое колено окажется между твоих ног быстрее, чем ты остановишь меня. Научился бы фильтровать то, что говоришь. Глядишь, и люди перестали бы видеть в тебе мудака высшего класса.
Остин попытался наклониться ко мне ближе, но второй рукой я надавила ему на грудь.
– Хочу увидеть, какой ты бываешь в постели. Уверен, что ты…
Я подняла колено и ударила его между ног. Томный звук сорвался с губ, когда я отпихнула его от себя.
– Сколько раз я должна врезать тебе, чтобы ты отстал от меня?
– Безумно много, – усмехнулся Остин, будто ничего и не было.
– Отвали от нее, Робертсон.
Я не любила, когда Мелани вмешивалась в подобные разборки. Легкая усмешка Остина и остальных превратилась в оскал. Если я была просто целью, которую добивались, то Мелания считалась жертвой, которую добивали.
– А ты не лезь, наследница. Помалкивай, чтобы не влипнуть в неприятности. Ты же этого не хочешь?
Наследница.
Гнусное прозвище от тех, кто был уверен, что Мелани пойдет по стопам своей мамы. Школьники специально шарахались от Мел и громко шептались, чтобы она слышала унизительные размышления на счет ее возможного будущего.
Я взяла Мел за руку и повела в сторону класса.
– Неприятности начнутся у тебя, если ты не заткнешься в ближайшее время.
– Джонс!
Я повернулась и безразлично уставилась на парня. Наконец-то улыбка пропала с его лица, но не по причине, которая меня радовала.
– На твоем месте я бы держался от нее подальше.
– Ты не на моем месте, – уверенно заявила я, стиснула ладонь Мелани сильнее и направилась дальше.
Я планировала сходить в столовую перед уроком, но ситуация в коридоре уже должна была разлететься по школе. Поэтому мы с Мел завернули за угол и спрятались в небольшом выступе рядом с лестничной площадкой. Мы часто сидели здесь, чтобы спрятаться от остальных.
Мелани – из-за издевательств.
Я – из-за разочарования.
Интересно, получится ли у меня стать счастливее в другом городе, подальше от Атланты? Например, где-нибудь в Лос-Анджелесе, наслаждаясь ярким солнцем, океаном и отсутствием знакомых.
Мелани села на широкий подоконник и уставилась на поцарапанные ногти. За лето ее светло-каштановые волосы отросли, но она снова состригла их до плеч. Я чувствовала, что должна что-то сказать. Но что?
Знаешь, Мел, несколько дней назад я встретила твою маму, которая пыталась убить меня, а потом умерла сама из-за удара молнии. Представляешь?
Мысленно я ударила себя по лицу и застонала.
– Ты хотела сходить в столовую, да?
– Нет.
Мелани мне не поверила.
– Все постоянно смотрят на меня и говорят обо мне. Скорее бы школа закончилась, и я уехала отсюда.
– Ты не сбежишь от постоянных разговоров, пока не перестанешь верить в это.
– Тебе легко говорить. У тебя все просто в этой жизни. Репутация в школе, нормальное отношение остальных учеников. Тебя все уважают.
– Репутация для тебя важнее всего остального?
– Грейс…, – простонала она и закрыла лицо руками.
Я не умела утешать людей, поэтому просто оставалась рядом, давая Мелани возможность почувствовать себя хоть немного в безопасности.
– Как ты делаешь это?
– Делаю что?
– Не обращаешь внимания на слова других людей? Тебе не бывает обидно? – спросила Мелани.
– Мне плевать на мнение других людей.
– Хотела бы я так же. Почему я просто не могу стать сильнее?
– Ты станешь, – уверенно заявила я, потрепав Мелани по волосам. – Забудь про этих идиотов. Они не стоят твоих переживаний.
Возможно, я смогла бы сказать ей что-то еще, но время у нас закончилось. Пришлось идти на урок, хотя это было последнее, чего мне хотелось.
Я заняла свое место на последнем ряду, достала одну единственную тетрадку и начала карандашом выводить линии на первой странице. Мелани, которая тихо сидела рядом и мысленно выстраивала стены от пристального внимания остальных, наклонилась ко мне и спросила:
– Снова этот же символ?
– Ага.
– Странно, что он снится тебе.
Мелани вздрогнула, когда компания девушек на первой парте громко засмеялась.
– Мне снится много странных вещей.
Психолог, к которому Мери заставила меня сходить в прошлом году, сказала, что у детей с детскими травмами иногда появляются навязчивые мысли. Я считала все это бредом, но слушала ее внимательно, чтобы высидеть пять сеансов и сказать Мери, что она может сама походить к психологу. А с меня хватит.
Рисунок представлял собой черное солнце с волнистыми лучами.
«Темный цвет означает внутренние переживания, а солнце – надежду, что в вашей жизни все изменится», – мысленно повторила я слова психолога.
Полный бред.
– Джонс!
Я закатила глаза, не поднимая головы.
– Слышала, что Остин опять пытался подкатить к тебе из жалости – сказала Дора, остановившись возле парты.
Половина класса подхватила ее смех.
– А я слышала, что он взял тебя после этого из жалости.
На этот раз смеялись все.
Я мило улыбнулась Доре и наклонилась над партой, давая понять, что разговор закончен. Дора какое-то время пыхтела над душой, но быстро сдалась и ушла.
Где-то на фоне прозвучал голос нашей учительницы по математике и восторженные голоса учеников. Я не сразу обратила на них внимания, разглядывая солнце. А когда подняла голову, замерла. Карандаш выпал из моих рук.
В класс зашли никриты.
Именно их я ждала в ту ночь, когда на улицах Атланты убили мужчину. Именно они должны приходить на помощь тем, кто больше всего нуждался в этом. Чудо-люди, обладающие способностью управлять стихиями. Спасители, на которых рассчитывает все человечество. Переоцененная группа хвастунов, веру в которых я потеряла уже очень давно.
Четверо мужчин и одна женщина выстроились вдоль стены в специальных черных кожаных костюмах, с холодным и огнестрельным оружием, с лицами, выражающими непоколебимую уверенность, и с мускулистыми телами, способными разорвать своих врагов голыми руками. От них исходила ощутимая энергия силы, превосходства, могущества.
– Вот черт.
– Ученики, – начала мисс Ален. – Знакомьтесь. Это Артур Вуд и его команда никритов.
Вперед вышел высокий мужчина с темно-каштановыми волосами. Все девушки в классе оживленно похлопали ему. Несмотря на то, что этот никрит не нуждался в особом представлении, а его лицо постоянно крутили по местному телевидению, я начала внимательно рассматривать его.
Спокойствие и заинтересованность, которые читались в карих глазах, смешивались с твердостью и стойкостью. На массивной челюсти проступила щетина, добавляющая брутальности образу. Он улыбнулся, превратившись из бойца в обаятельного мужчину, который захватил все внимание.
– Что думаешь? – спросила Мел.
– О чем?
– Ты опять в своих мыслях?! – буркнула она. – Он предложил нам всем посетить музей никритов возле Грант-Парка.
Я скривилась, показывая, что думаю по этому поводу.
Следующие полчаса мы слушали лекцию о работе никритов, особенностях силы и целей, которые они хотели достичь вместе с нами. На последних словах я фыркнула. К сожалению, в этот момент ученики замолчали, поэтому звук разнесся по всему классу. Сразу несколько пар глаз устремились в мою сторону.
– Вам есть что сказать, мисс? – спокойно спросил Артур.
– Нет, – ответила мисс Ален.
– Да, – одновременно с ней ответила я.
Мисс Ален уставилась на меня убийственным взглядом, но я устала сидеть и слушать то, что слушать не желала. Если хочешь уйти с урока пораньше, просто будь Грейс Джонс.
– Вы говорите, что никриты важны для всего человечества, но это абсурдное мнение. Учитывая, что списки погибших от рук крейгов пополняются каждый день, я все никак не могу понять, в чем состоит эта важность.
Одноклассники начали перешептываться и косо глазеть на меня. А я вдруг почувствовала себя некомфортно под пронзительным взглядом Артура Вуда. В отличие от мисс Ален, он держал себя в руках и не был застигнут врасплох.
– Вы сомневаетесь в нашей компетенции?
– Именно это я имела в виду.
– Грейс! – рявкнула мисс Ален.
– Мы живем в свободной стране, где у каждого есть свое мнение. Если мне кажется, что я не вижу ценности никритов, то могу об этом сказать.
– Все верно. Вы можете. Мисс..?
– Джонс.
– Мисс Джонс, считаете ли вы, что без никритов мир стал бы безопаснее?
Невинный вопрос поставил меня в затруднительное положение. Потому что нет, мир не стал бы безопаснее. Кажется, нашего мира уже не было бы, если бы никриты долгие десятилетия не защищали нас. Я понимала это, но признаться вслух было выше моих сил.
– А вы всегда таким образом переводите внимание от ошибок никритов?
К счастью, мисс Ален больше не собиралась этого терпеть.
– К директору, Грейс Джонс! Сейчас же!
Я не стала спорить с ней и с облегчением выпорхнула в коридор, радуясь, что смогу оставить позади пронзительный взгляд карих глаз.
✩✩✩
Из кабинета директора я вышла через десять минут, предварительно выслушав лекцию, но оставшись без наказания, потому что бедные сиротки заслуживали понимания.
Коридор почти опустел. До конца урока оставалось еще пять минут, поэтому я поправила сумку на плече и направилась к выходу. Идти на оставшиеся уроки не было никакого желания. Как и видеться с кем-то по пути, но у судьбы были другие планы.
Завернув за угол, я столкнулась с Артуром Вудом. Он улыбнулся, будто ранее я не пыталась выставить весь мир никритов в неподобающем виде.
– Мне сказали, что ты хочешь извиниться передо мной, Грейс.
– А больше вам ничего не сказали?
Он по-доброму засмеялся.
– Сказали, что в вашей столовой плохо с едой.
– Уясните кое-что. – Я подошла к нему ближе, чтобы он мог услышать мой шёпот. – Я не питаю к вам хороших чувств, Артур.
– Твоя неприязнь относится ко всем никритам?
Я кивнула. Артур сложил руки на груди и посмотрел на меня, не скрывая заинтересованности.
– Значит, ты не веришь, что все наши действия направлены на защиту.
– Именно.
– Тогда как ты объяснишь то, что до сих пор жива? – спросил он тем же спокойным голосом.
Я недоуменно уставилась на него, понимая, что холод начал стремительно подниматься по венам. А когда он сказал следующие слова, я была готова упасть в обморок от внутреннего напряжения:
– Я видел, что было в парке.
В тишине коридора это прозвучало слишком громко. Мое сердце на мгновение замерло.
Рука сжала сумку так, что костяшки пальцев побелели. Артур смотрел на меня с невозмутимым видом, словно это было самым нормальным, что происходило в его жизни. Когда он попытался приблизиться, мои эмоции не выдержали, и я со всех сил рванула к выходу из школы, воюя с желанием обернуться.
Ветер дул в мое лицо с такой силой, что бежать становилось труднее с каждой минутой. Воздуха не хватало. Я чувствовала, как мои легкие разрываются.
Сердце бешено колотилось в груди. Путь от школы до дома казался бесконечным, поэтому у меня было много времени на размышления. Недалеко от своей улицы я решила замедлиться. Ноги болели, а в горле пересохло. Металлический привкус распространился по рту. Я не обегала лужи, и теперь в моих кроссовках скопилась вода.
Спокойно, Грейс. За тобой никто не гонится.
Сердце перестало сильно стучать, а сознание пришло в норму.
Машины Мери не было возле дома. Я расстроилась и обрадовалась одновременно.
Не нужно будет тратить время на объяснения.
Открыв входную дверь, я выкинула из головы никрита, потому что поежилась от холода и странной гнетущей атмосферы. Как и вчера, по коже побежали мурашки от предвкушения чего-то… опасного.
Обычно, когда я возвращалась со школы, надоедливый попугай Мери кричал в гостиной. Он начинал кричать еще больше, когда видел меня. Я бросила свою сумку на пол и направилась вглубь дома.
Пол скрипнул, когда я не спеша повернула к гостиной. Рот открылся в беззвучном крике. Вся клетка была в крови, а на ковре лежало разорванное тело попугая. Красные отметины четко виднелись на стенах и телевизоре. Перья были повсюду, а его внутренности лежали на полу. Внутри появилось чувство тошноты, захотелось закричать, но сбоку мелькнула тень. На лестнице показался… крейг?
Инстинкты сработали быстро. Я попыталась выбежать из дома на улицу, но чудовище перегородило мне путь. Испуганная и ошарашенная, я не могла быстро придумать новый план побега, поэтому рванула на кухню в поисках какого-нибудь оружия.
К несчастью, добежать до цели у меня не получилось: крейг напал на меня и кинул через всю комнату. Я упала на стол, который тут же развалился на части. Крейг подбежал и стал душить меня своими холодными и сильными руками. От рваной одежды пахло помоями и чем-то еще, гораздо хуже этого. Он поднял мою голову и ударил ее об пол, сделав хватку еще сильнее. Я сильно зажмурила глаза, потому что это было единственным, на что у меня хватало сил. Шея начала неметь, а в глазах потемнело. Когда за окном блеснула молния, крейг отвлекся, и я воспользовалась этим, чтобы столкнуть его с себя.
Показалось, что по потолку пробежал свет от автомобильных фар, но ситуация не позволяла мне убедиться в своём наблюдении. Не успела я пробежать несколько метров, как снова упала. Дело было не в крейге. Усталость накатила огромным болезненным комом, который придавливал меня к земле. За окном снова блеснула молния, а за ней последовал громкий раскат грома. Я зацепилась руками за косяк, едва держа глаза открытыми.
Вот для чего нужно спать по ночам и набираться сил – чтобы убежать, пока тебя не убили.
Я смутно помню, что происходило дальше. Входная дверь открылась и ударилась о стену. Топот ног присоединился к противному шипению крейга. Вокруг появились люди в чёрных одеждах с оружием и свечением на руках. За секунды комната наполнилась теплом, давлением и болезненным криком крейга. Его визг эхом отозвался у меня в голове, и я закрыла уши руками, чтобы заглушить ужасный звук.
Так и должно быть, верно? Никриты всё-таки умеют появляться там, где они нужны больше всего.
Широкая ладонь коснулась раны на голове.
– Грейс! Ты сильно пострадала?
Я хотела ответить, но с губ сорвался только кашель.
– Тише, тише.
Артур помог мне лечь на пол и сжал руку. Его глаза бегали от никрита к никриту. Он хотел убедиться в том, что крейг больше не проблема. Мужская рука коснулась моей раны на боку. Я даже не обратила на нее внимания, пока он не дотронулся до болезненного места. Пальцы Артура окрасились в красный. Кажется, он что-то спросил, но голос накрыло тишиной. А потом я провалилась в темноту.
✩✩✩
Пробуждение было болезненным. Отовсюду раздавались странные глухие звуки. На улице стемнело, фонарный свет проникал через щель в шторах. Окно закрыли, поэтому воздух в комнате казался затхлым и тяжёлым. Я приподнялась на локтях, издавая стон.
Потянув футболку, под которой должна была остаться рана, я ничего не увидела.
Она исчезла.
То же самое было с ссадиной на голове и шее. Места на коже, из которых только недавно текла кровь, оказались невредимыми. Я медленно встала с кровати и поплелась к окну.
Машина Мери и ещё один внедорожник стояли на обочине. Через приоткрытую дверь доносились шаги и голоса. Переодеваясь, я пыталась вспомнить, что именно произошло, но мысли путались.
Я вышла из комнаты и медленно, держась за перила, спустилась вниз. У входной двери стояла высокая женщина с короткими светлыми волосами. Она никак не отреагировала на моё появление, продолжая смотреть перед собой.
– Мы должны рассказать ей, – раздалось со стороны кухни.
– Она еще не готова.
– Ты думаешь, что это последнее нападение на нее? – спустя несколько мгновений я узнала голос Артура. – Она в большой опасности.
– Грейс была в безопасности, пока ты не появился! – огрызнулась Мери.
– Она не была в безопасности уже несколько дней назад, Мер.
Никто, кроме близких людей, не называл её так.
– Что ты имеешь в виду?
– На нее напали пару дней назад.
Последовала гнетущая пауза. Потом Артур сказал что-то тихо, на что Мери отреагировала:
– Грейс никуда не поедет. Она останется здесь. Я ведь обещала уберечь ее от этого. Столько лет, и все напрасно?
Я решила немедленно зайти и прервать разговор. Людей в кухне оказалось гораздо больше, чем я представляла. Мои глаза стали метаться от одного никрита к другому, и я сделала шаг назад от удивления.
Артур улыбнулся и встал со стула.
– Здравствуй, Грейс. Как ты себя чувствуешь?
– Просто прекрасно.
Я вопросительно посмотрела на Мери. Та впилась взглядом в Артура, когда он дал сигнал остальным никритам.
– Мы должны поговорить с тобой. – Никриты покинули комнату. – О том, что было в парке.
– Вы шпионили за мной?
– Я наблюдал за тобой какое-то время.
Взгляд Артура был теплым. Это разбавляло накалившуюся обстановку, но я все равно чувствовала себя загнанной мышью.
– Что вы от меня хотите?
Артур подошел. Костюм трещал при каждом его движении. На поясе висели пистолет и небольшой клинок, который переливался в лучах бледного света.
– Я могу задать тебе вопрос?
Артур косо взглянул на Мери, когда я неуверенно кивнула. Она продолжала сидеть с опущенной головой.
– Ты знаешь, кто твои родители?
– Нет. Они бросили меня.
– Ты в этом уверена?
Я пожала плечами, отвечая неоднозначно. Разговоры о родителях никогда не были конкретными.
– Покажи мне свое левое запястье.
Мне хотелось узнать у Мер, что она думает по этому поводу, но она все еще избегала моего взгляда.
Что здесь вообще происходит?
Я протянула руку. Его теплые пальцы дотронулись до кожи. На кончиках вспыхнули зелёные искры, и я так сосредоточилась на свечении, что не заметила, как Артур оголил запястье.
Воздух одновременно вышел из лёгких. В горле застрял ком. Я вырвала руку и притянула ее ближе, чтобы рассмотреть знак, которого там раньше не было.
Звезда.
– Я так и знал, – произнес Артур. – Она – рожденный никрит.
Было мало вещей, которые могли застать меня врасплох. Но это одна из них.
– Этого не может быть.
Я начала судорожно вытирать знак. Он был темным, словно татуировка. Но весь прошлый день я была в сознании и точно не видела ничего на своей руке.
– Я не могу быть им.
Мои глаза сильно зажмурились, когда я отошла немного назад.
– Обычная девушка, которая пережила встречу с крейгом?
– Его убила не я!
– Но ты оттолкнула его, приложив больше сил, чем у тебя было, да? И умер крейг не совсем просто, согласись. Ты должна была заподозрить что-то неладное еще тогда. Или это не показалось тебе странным? Почему ты ничего не предприняла?
– Что я должна была делать? Бежать в полицию? И чтобы я им сказала? Что убила человека с помощью какого-то света из своих рук?
– Это был не человек, Грейс.
– Да какая к черту разница? Вы хоть понимаете, как безумно это звучит?
– Артур, пожалуйста. Не трогай ее, – попросила Мери.
– Ты знала?
До меня наконец-то дошло, с чем был связан виноватый взгляд Мери.
– Грейс, я…
– Просто скажи мне! Ты знала, что я никрит?
Молчание.
– Да, я догадывалась.
В один момент мой мир перевернулся.
Я слышала довольный смех судьбы и думала о том, что дальше меня может ждать что-то похуже татуировки на руке и связи с миром никритов.
