Глава 6
Это развлечение!
Скрестив на груди руки, я медленным, размеренным шагом двинулся к павильону.
Ааз настоял на том, чтобы я попрактиковался в этой походке. Он сказал, что в глазах окружающих она придаст мне уверенности и хладнокровия. И вот теперь, действительно представ перед королем, я обнаружил, что использую такой шаг отнюдь не для демонстрации высокомерия, а чтобы скрыть слабость в ногах.
– Ну-с? – прогремел генерал. – Я задал тебе вопрос! Где ты взял эту пику? Отвечай, прежде чем я разозлюсь!
Во мне что-то щелкнуло. Любой страх, который я испытывал перед генералом и его топором, испарился, уступив место пьянящему сиянию силы.
Во время своего первого визита на Базар-на-Деве я обнаружил, что не люблю, когда меня толкают большие, громогласные деволы. Теперь я обнаружил, что мне также не нравится, когда высокомерием меня поливает здоровенный, громогласный пентюх.
Итак, этот грубый детина решил продемонстрировать свою важность?
Я мысленно подозвал к себе пику. Даже не оборачиваясь, я направил ее через мое плечо так, чтобы она вонзилась в грудь генерала.
Поняв это, генерал побледнел. Он неловко отпрянул на шаг назад, понял, что бежать уже поздно, и в отчаянии потянулся за своим топором. Я остановил пику в трех футах от его груди. Она застыла в воздухе. Острие было направлено ему в сердце.
– Вот эта пика? – небрежно спросил я.
– Да-а… – ответил оторопевший генерал, не сводя глаз с острия.
– Эту пику я взял у одного слишком грубого солдата. Он сказал, что выполняет приказ. Кстати, этот приказ случайно исходил не от вас?
– Я… э-э-э… – Генерал облизнул губы. – Я отдал приказ, чтобы мои солдаты обращались с чужаками разумным образом. Я ничего не говорил насчет того, чтобы они обращались с пришельцами грубо.
– В таком случае… – Я развернул пику на девяносто градусов, чтобы она больше не угрожала генералу. – …Я возвращаю вам пику, чтобы вы отдали ее страже вместе с разъяснением вашего приказа…
Генерал помедлил, нахмурился, затем протянул руку, чтобы схватить висящую в воздухе пику. Но не успел он сделать это, как я дал пике упасть, и та едва не стукнула его по ногам.
– …и, надеюсь, с дополнительными инструкциями по обращению с оружием, – закончил я.
Генерал покраснел и наклонился, чтобы поднять пику. Но тут канцлер усмехнулся. Генерал обернулся и одарил его колючим взглядом. Канцлер открыто ухмыльнулся и что-то прошептал королю. Тот, в свою очередь, попытался сдержать улыбку.
Не обращая внимания на пику, генерал снова повернулся ко мне и злобно посмотрел на меня с высоты своего роста.
– Кто ты? – спросил он тоном, подразумевавшим, что мое имя будет немедленно внесено в начало списка для публичной казни.
– А кто спрашивает? – бросил я в ответ, все еще не преодолев полностью свой гнев.
– Тот, к кому ты обращаешься, – вмешался король, – Хью Плохсекир, командующий королевской армией Поссилтума.
– А я – Дж. Р. Гримбл, – поспешил представиться канцлер, боясь остаться в стороне. – Первый советник Его Величества.
Генерал удостоил Гримбла еще одним хмурым взглядом. Я решил, что пора перейти к делу.
– Я волшебник, известный под именем Скив, – высокопарно начал я. – Прибыл сюда по любезному приглашению Его Благороднейшего Величества Родрика Пятого.
Я умолк и слегка склонил голову в сторону короля. Тот улыбнулся и кивнул в ответ.
– Я пришел, чтобы решить для себя, стоит ли мне соглашаться на должность при дворе Поссилтума.
Формулировка последней части была крайне тщательно выбрана Аазом. Она была призвана продемонстрировать мою уверенность и подразумевала, что окончательный выбор останется за мной, а не за ними.
Этот намек не ускользнул от внимания канцлера. Услышав мой спич, он недоуменно поднял бровь.
– Такая должность требует уверенности с обеих сторон, – продолжил я. – Я должен знать, что буду щедро вознагражден за мои услуги, а Его Величество должен быть удовлетворен тем, что мои умения достойны его щедрости.
Я слегка повернулся и повысил голос, обращаясь ко всему Двору.
– Щедрость короны Поссилтума известна всем, – заявил я. – И я абсолютно уверен, что Его Величество вознаграждает своих вассалов сообразно их службе ему.
Позади кто-то издал сдавленный звук, кажется, генерал. Я сделал вид, будто не замечаю его присутствия.
– Поэтому все, что требуется, – это убедить Его Величество… и его почтенных советников… что мои скромные способности действительно удовлетворят его нужды.
Я снова повернулся к трону, давая королю возможность увидеть мою тайную улыбку, которая противоречила смирению моих слов.
– Ваше Величество, мои способности многочисленны и разнообразны. Однако суть власти – это контроль. Поэтому, понимая, что вы человек занятой, вместо того чтобы тратить время на банальные коммерческие уловки и мелкие демонстрации фокусов, подобные тем, какие мы уже видели, я сотворю всего три вида чар и положусь на вашу мудрость, ибо она, несомненно, способна постичь скрывающуюся за ними глубину.
Я повернулся и протянул палец, чтобы указать на Лютика и Глипа.
– Вот моя призовая пара единорогов, – произнес я с театральным пафосом. – Не будет ли Ваше Величество любезно выбрать одного из них?
Король удивленно заморгал, явно не ожидая, что его пригласят принять участие в моем магическом действе. Пару мгновений он колебался.
– Э-э-э… Я выбираю того, что слева, – сказал он наконец, указав на Лютика.
Я коротко поклонился.
– Прекрасно, Ваше Величество. По вашему слову я пощажу это существо. Внимательно наблюдайте за другим.
На самом деле это был еще один маленький трюк, которому меня научил Ааз. Он называется «сила волшебника» и позволяет исполнителю предложить своей аудитории выбор, на самом деле не давая им никакого выбора. Выбери король Глипа, я бы просто приступил к работе над «существом, которое он обрек своим словом».
Я медленно указал пальцем на Глипа и слегка опустил голову.
– Валла-валла-Вашингтон! – мрачно произнес я.
Я не знаю, что означают эти слова, но Ааз заверил меня, что они имеют славную историю и смогут убедить людей, что на самом деле я делаю нечто сложное.
– Алла-казам-шазам, – продолжил я, подняв другую руку. – Биббити-боббити… – Я мысленно снял с Глипа маскировку.
Толпа дружно ахнула, заглушив мое последнее «гу-глип».
Однако мой дракон услышал свое имя и немедленно отреагировал. Он поднял голову и, вперевалочку шагнув вперед, послушно встал рядом со мной. Как и планировалось, Ааз немедленно прошаркал вперед, занял позицию возле головы Глипа и встал там, словно часовой на посту.
Это было призвано показать, что мы готовы справиться с любыми проблемами, какие только могут возникнуть с драконом. Однако реакцию толпы на него затмил их ужас при виде единорога, превратившегося в дракона. Я забыл, сколь эффективной может быть маскировка под «парня с дурной репутацией». Боясь упустить темп моего шоу, я поспешил продолжить.
– Этот уродливый негодник – мой ученик Ааз, – объявил я. – Вы можете задаться вопросом, в силах ли он остановить дракона, если зверь разозлится. Я говорю вам сейчас… это не так!
Толпа нервно попятилась. Краем глаза я увидел, как рука генерала скользнула к рукоятке топора.
– Но это в моих силах! Теперь вы знаете, что силы тьмы Скиву не чужды! – Я развернулся и ткнул пальцем в Ааза. – Боббелти-гук, эники-беники! – выкрикнул я и снял с Ааза маскировку.
На мгновение воцарилось ошеломленное молчание, а затем Ааз улыбнулся. Известно, что улыбка Ааза делает даже сильных людей слабыми, а сильных людей в толпе было не так много.
Зрители едва не растоптали друг друга, спеша отпрянуть от демона, а их истошный визг смешивался с торопливо произносимыми защитными заклинаниями.
Я снова повернулся к трону. Король и канцлер, похоже, восприняли происходящее благосклонно. Они были спокойны, хотя и слегка побледнели. Генерал задумчиво смотрел на Ааза.
– В качестве демона мой ученик может справиться с драконом, если понадобится… нет, с десятком драконов! Такова моя сила. Однако сила должна сочетаться с мягкостью… благородством, если хотите.
Я позволил моему лицу принять задумчивое выражение.
– Чтобы запутать врагов и принять помощь союзников, вам не нужна открытая демонстрация силы или угроз. В таких случаях способности человека можно замаскировать, пока он не станет не более заметен, чем… чем обычный зеленый юнец.
Произнося последние слова, я сбросил свою маскировку и предстал в своем юношеском не-великолепии. Наверное, мне следовало произнести какие-нибудь фальшивые магические слова, но я уже израсходовал все те, которым меня научил Ааз, и побоялся экспериментировать с новыми.
Король и канцлер уставились на меня, словно пытаясь одной лишь силой воли проникнуть под мою магическую личину. Генерал выполнял аналогичное упражнение, таращась на Ааза. Тот, в свою очередь, сложил руки на груди и оскалил зубы в уверенной ухмылке.
Для разнообразия я разделил его уверенность. Пусть себе смотрят. Что-либо понять в моей магии было слишком поздно, поскольку я больше ее не применял. Хотя королевская труппа и вся публика были убеждены, что стали свидетелями действия мощных чар, на самом деле все, что я сделал, – это снял чары, искажавшие их зрение. В данный момент все мы, Ааз, Лютик, Глип и я, были самими собой, какими бы ненормальными мы ни казались. Даже самое искусное магическое зрение не способно проникнуть сквозь несуществующие чары.
– Как видите, Ваше Величество, – заключил я, – мои способности далеки от обычных. Они могут сделать безобидного устрашающе сильным, а сильного – вполне безобидным. Они способны уничтожить ваших врагов или развлечь ваш двор, в зависимости от вашей прихоти. Скажите слово, выразите свое одобрение, и силы Скива станут вашими.
Я выпрямился, почтительно склонил голову и остался стоять в этой позе, ожидая решения королевского трона.
Несколько мгновений царило молчание. Наконец я рискнул поднять глаза на павильон.
Канцлер и генерал горячо перешептывались над головой короля. Тот, в свою очередь, слушал, наклоняя голову и так и сяк. Понимая, что это может занять некоторое время, я спокойно вернул голове вертикальное положение и стал ждать.
– Скив! – внезапно позвал король, прервав доводы своего советника. – То, что ты сделал с пикой… Ты всегда можешь с такой легкостью управлять оружием?
– Детская шалость, Ваше Величество, – скромно сказал я. – Я не решаюсь даже считать это умением.
Король кивнул и вполголоса коротко обратился к своим советникам. Когда он закончил, генерал покраснел и, повернувшись на каблуках, направился во дворец. Канцлер прямо-таки лучился самодовольством.
Я рискнул взглянуть на Ааза. Тот подмигнул мне. Хотя он стоял дальше, очевидно, острый слух заранее уведомил его о решении короля.
– Пусть все здесь собравшиеся будут свидетелями! – объявил звонкий голос канцлера. – Родрик Пятый, король Поссилтума, настоящим высоко оценивает магические умения и знания некоего Скива и официально назначает его на должность мага при королевском дворе Поссилтума. Пусть все аплодируют назначению этого мастера-волшебника… а засим… приказываю всем разойтись!
Со стороны моих побежденных соперников раздались вялые аплодисменты и последовало немало косых взглядов. Я не удостоил вниманием ни одно, ни другое, так как ловил каждое слово канцлера.
Я победил! Я придворный маг! Из всех магов пяти королевств выбор пал на меня. Победитель я! Я! Скив!
Внезапно я увидел, что канцлер жестом велел мне выйти вперед. Приняв нарочито равнодушный вид, я неспешно подошел к трону.
– Господин маг, – сказал канцлер с улыбкой. – Если позволите, можем ли мы обсудить вопрос о вашем жалованье?
– Такими делами занимается мой ученик, – высокомерно сообщил я ему. – Я предпочитаю не отвлекаться на бытовые мелочи.
Опять-таки мы договорились, что переговоры об оплате моих услуг будет вести Ааз, поскольку его познания в магии превосходило только его умение торговаться. Я повернулся и поманил его. В ответ он быстро вышел вперед. Он явно успел подслушать весь разговор и был в курсе ситуации.
– Это может подождать, Гримбл, – прервал канцлера король. – Есть более неотложные дела, которые требуют внимания нашего мага.
– Вам достаточно только приказать, Ваше Величество, – сказал я с элегантным поклоном.
– Отлично, – просиял король. – Тогда немедленно явись к генералу Плохсекиру на совещание.
– Совещание по поводу чего? – спросил я, искренне озадаченный.
– Разумеется, по поводу вражеской армии, – ответил король.
Где-то в глубине моего сознания прозвучал звоночек тревоги.
– Вражеской армии? – выпалил я, забыв заученный напыщенный тон. – Что еще за вражеская армия?
– Та, что сейчас приближается к нашим границам, – добавил канцлер. – А иначе зачем бы нам понадобился маг?