Глава 7
Маша
Присутствует нецензурная лексика
Наверное, многим интересно, как я стянула ключи от двери?! То тут все очень просто. Когда Моа забирала меня из комнаты на «обучение», то я увидела, что она положила ключ в карман платья. И, когда садилась за парту, специально прошла близко с ней, чтобы незаметно вытянуть ключ оттуда. И за то, что я сделала, сама себя хвалю.
Опыта по воровству у меня никакого нет, но бывали случаи, когда я в детстве воровала не только ключи, но и даже деньги у родителей, также незаметно вытаскивала. Каюсь, есть грешок. Но думаю, никто тут не святой. И раз уже мне предопределено судьбой, потом гореть в Аду, то, значит, так и должно было случиться…
Просидела в комнате оставшийся день, а потом и ночь. Никому не открывала дверь, хоть и умирала от голода. Следующий день я также провела в раздумьях, не расчесываясь, не чистя зубы, и вообще ходила по комнате в полупрозрачной сорочке, которую нашла в шкафу. Ближе к вечеру ко мне заглянула девушка с подносом в руках. Живот тут же жалобно заурчал, прося хотя бы воды, и я открыла дверь, за что и поплатилась.
За ней меня ждал еще мужчина с какой-то железякой в руках, вместе с Моа. По довольной роже последней, я тут же поняла, что сейчас что-то будет и попыталась закрыть двери. Естественно, мне это сделать не дали, а тут же скрутили и заковали в кандалы. Вырывалась и отбивалась от всех из последней силы, но явно они поймали меня в эффекте неожиданности, да и я против мужика? Нечестно.
– Отвэди ее в клаааасс и прикрееепи к партэ,. – проговорила Моа, довольно улыбаясь.
– Ты не ахренела? А как же еда? Дай мне поесть, карга старая!!!
Уф, извращенка чертова! Убить хочется! Пристала же со своим «обучением»! А то, что я в одной только сорочке, это ничего? Или то, что еще ничего не ела? Не умывалась и не расчесывалась? Как мне в таком виде ее извращенные знания получать?
Но тут, видимо, всем было совершенно пофиг на то, как я выгляжу. И меня это бесило.
Моа ничего не ответила и меня повели в этот класс. Приковали к парте и теперь наслаждались моей беспомощностью. А я сжала кулаки и попыталась успокоиться. Чует мое сердце, они от меня еще наплачутся. Даже не представляют, что приютили самого дьявола в юбке.
– Итааак, приступииим.
– Выпустите меня и, вообще, почему вы надели на меня эти кандалы? – прокричала я.
– Ви долзны вучить это инаааче вам плохо будит, – сказала Моа.
Моа что-то достала из шкафа и, как только повернулась в мою сторону, я сразу угадала в этом предмете плетку.
Меня накрыла безумная паника. Я никогда не прельщала боль и уж тем более не получала от нее кайф. И понимая то, что меня сейчас собрались этой плеткой бить или еще что-то, волна унижения, страха и злости накрыла меня с головой.
– Что ты делаешь? – испуганно посмотрела на плетку.
– Ти долзна слушать, иначе я наказать, – оскалилась Моа.
Что?
– Только попробуй меня ударить это штукой! Иначе я потом тебе ее воткну в одно место, – прорычала, пылая от ярости.
Моа покраснела от возмущения и тут же мои руки охватила огненная боль. Я закричала от неожиданности и боли. Волосы полностью закрыли мое лицо, и никто не видел, как я зловеще улыбнулась. Во мне что-то щелкнуло, и я захотела отомстить.
Старая карга решила, что я расплакалась, или еще что-то, потому что мигом испугалась и подошла ближе к моей склоненной голове. Для меня это было в пользу. Я тут же выкинула руки и, насколько позволяет цепь, схватила за шею Моа, роняя еще на себя. Та пыталась отцепить мои руки, параллельно зовя на помощь, а я успела прошептать ей на ухо:
– Ну, че, сука, уже не смешно?
И в комнату ворвались люди.
