Песнь первая

Я был тенью свиристеля, убитого

Ложной лазурью оконного стекла;

Я был мазком пепельного пуха, – и я

Продолжал жить и лететь в отраженном небе.

И также я удваивал изнутри

Себя, лампу, яблоко на тарелке, —

Раздвинув занавески, скрывавшие ночь,

я давал темному стеклу

Развесить над травой всю мебель,

И как было дивно, когда снег

10 Накрывал весь видный мне лужок и вздымался так,

Что кресло и кровать стояли в точности

На снегу, на этой хрустальной земле!

Снимите снова снегопад: каждая плывущая снежинка

Бесформенна и медленна, неустойчива и плотна,

Тусклая темная белизна на бледной белизне дня,

Среди абстрактных лиственниц в нейтральном свете.

И после: градации синевы,

Когда ночь сливает зрителя со зримым;

А поутру морозные алмазы

20 Изумлены: чьи это ноги в шпорах пересекли

Слева направо белую страницу дороги?

Слева направо читается шифр зимы:

Точка, стрелка назад; повторение:

Точка, стрелка назад… Фазаний след!

С полоскою вкруг шеи щеголь, рябчик облагороженный,

Обретший свой Китай позади моего дома.

Не в «Шерлоке Холмсе» ли он был, тот, чьи

Следы повернутых вспять башмаков указывали назад?

Всякий цвет мог радовать меня: даже серый.

30 Мои глаза в буквальном смысле

Фотографировали. Как только я позволял

Или, в безмолвном трепете, повелевал,

Все, бывшее в поле моего зрения, —

Домашняя ли сценка, листья карии или стройный

Стилет застынувшей капели, —

Все запечатлевалось на исподе моих век,

Где сохранялось час-другой,

И пока это длилось, мне стоило

Закрыть глаза, чтоб воспроизвести листву,

40 Домашнюю сценку или трофеи стрех.

Я не пойму, почему прежде с озера

Я мог различить наше крыльцо, идя

Озерной дорогой в школу, а нынче, хотя ни единое дерево

Не застит вида, я всматриваюсь и не разгляжу

Даже крыши. Возможно, что какой-то сдвиг в пространстве

Произвел складку или борозду, сместившую

Этот хрупкий вид, дощатый дом между

Гольдсвортом и Вордсмитом, на квадрате зелени.

У меня там была любимая молодая кария

50 С крупными темно-нефритовыми листьями и черным, щуплым,

Источенным бороздками стволом. Закатное солнце

Бронзировало черную кору, по которой, как развившиеся

Гирлянды, спадали тени ветвей.

Теперь она крепка и шершава, хорошо разрослась.

Белые бабочки становятся бледно-лиловыми, когда

Пролетают в ее тени, где как будто тихо покачивается

Призрак качелей моей маленькой дочери.

Сам дом почти не изменился. Одно крыло

Мы обновили. Здесь солярий. Здесь

60 Видовое окно обставлено затейливыми креслами.

Огромная скрепка телеантенны блестит на месте

Негнущегося флюгера, который часто посещал

Наивный и воздушный пересмешник.

Он пересказывал все слышанные им программы,

Переходя счиппо-чиппо на ясное

Ту-уи, ту-уи, потом на хриплое: приди,

Приди, при-пррр; вскидывая кверху хвост

Или изящно предаваясь легким

Прыжкам вверх-вниз, и тотчас же(ту-уи)

70 Садясь на свой насест – на новую антенну.

Я был дитя, когда умерли мои родители.

Оба были орнитологи. Я так часто

Пытался их вообразить, что ныне

У меня тысяча родителей. Как грустно они

Тают в собственных добродетелях и удаляются,

Но иные слова, случайно услышанные или прочитанные, —

Такие как «больное сердце» – всегда относятся

К нему, а «рак поджелудочной железы» – к ней.

Любитель прошлого: сбиратель остывших гнезд.

80 Здесь была моя спальня, отведенная теперь гостям.

Здесь, уложенный в постель горничной-канадкой,

Я прислушивался к жужжанию голосов внизу и молился,

Чтобы все всегда были здоровы,

Дядья и тетки, горничная, ее племянница Адель,

Видавшая Папу, люди в книжках и Бог.

Меня воспитала милая эксцентричная тетушка Мод,

Поэтесса и художница со склонностью

К конкретным предметам вперемежку

С гротескными разрастаниями и образами смерти.

90 Она дожила до крика нового младенца. Ее комнату

Мы оставили нетронутой. Там все мелочи

Складываются в натюрморт в ее стиле: пресс-папье

Из выпуклого стекла с лагуной внутри,

Книга стихов, открытая на оглавлении (Мавр,

Месяц, Мораль), грустящая гитара,

Конец ознакомительного фрагмента

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Страницаиз2

СкороКнижный режим