4. Граб-стрит
С темным владыкой мы пересекались довольно редко. И каждая наша встреча стоила мне кучу нервов или неприятностей. Последний раз мы виделись незадолго до роковой поездки в метро, навсегда изменившей мою жизнь. Перед этим, в феврале, наши банды договорились сыграть дружескую партию в карты.
Дружеской она оставалась недолго.
Гектор осклабился, черные глаза излучали холод. На перевязи, по обыкновению, поблескивала коллекция дорогих клинков. Его банда – «Головорезы» – обступила меня со всех сторон.
Угораздило же меня взять ясновидящего водителя! Она сто процентов узнала во мне Бледную Грезу и настучала кому надо. Три года в Синдикате, а я по-прежнему допускаю идиотские ошибки.
Я подобралась, осмотрелась. В первую очередь взгляд упал на знаменитого Гробовщика в неизменном цилиндре. Могущественный сборщик. Его правая рука испещрена таким количеством вырезанных имен, что похожа на сплошной шрам. На худом, мертвенно-бледном лице выделяются серые глаза.
Рядом с Гробовщиком живой горой мышц высился Проныра. До знакомства с рефаимами он казался мне настоящим гигантом, а его железная хватка была притчей во языцех.
Я оказалась слишком близко к Вестминстерскому архонту.
Гектор шагнул ко мне вплотную.
– С возвращением. – Он взял меня за подбородок. – Так приятно лицезреть тебя снова.
– Не могу сказать, что это взаимно. Окажи любезность, убери лапы.
– А ты не изменилась. Джексон поставил всю цитадель на уши. – Его длинные ногти вонзились мне в кожу. – Решила сбежать от своего главаря?
– Тебя это не касается.
– Меня касается все, что происходит в Лондоне. – Гектор ехидно улыбнулся. – Говорят, вы разругались в пух и прах.
– Впервые слышу.
– Тогда почему он позволяет тебе совершать идиотские поступки?
– Мы как раз собирались к нему, – ухмыльнулся Бивень, обнажив зубы, расписанные под масти Таро. – Но тут маленькая птичка нащебетала, что ты вернулась. Я соскучился по нашим партиям, Бледная Греза.
В карты Бивень играл виртуозно. Самый одаренный картомант из всех, с кем мне доводилось сталкиваться. Вырвать у него победу можно было, только жульничая, чем я и занималась.
– Некрасиво с моей стороны так надолго лишать тебя моего приятного общества, – съязвила я. – Чем Белый Сборщик обязан твоему визиту?
– У меня возник вопросик к старинному другу, – ответил Гектор. – Хочу узнать, кем себя возомнила его блудная подельница, требуя созвать Потусторонний совет. Будешь отнекиваться?
– С чего бы мне отнекиваться? Имею право.
– Ты отправила депешу с курьером.
– Правильно, потому что кое-кто не заглядывает в почтовый тайник.
– Я еще не выжил из ума, Бледная Греза. Вообрази, что будет, начни я разбирать обращения и слушать бесконечное нытье ясновидцев.
– Нытье нытью рознь, – упорствовала я. – Да и потом, разве это не твоя обязанность?
– Ты еще нас поучи, – расхохотался Бивень. – Босс, она явно держит нас за ручных шавок.
– Твоя правда, Бивень, держит. Какая потрясающая самонадеянность. – Гектор придвинулся ко мне и зашептал: – Курьер поплатился за твою дерзость. Настал твой черед. Ты на моей территории, а значит, в моей власти наказать тебя за незаконное вторжение.
Курьера, скорее всего, убили. Если хочу выбраться из этой передряги живой, надо убедить Гектора, что Джексон по-прежнему ко мне благоволит.
– У меня есть важная информация для Потустороннего совета, и Джексон должен услышать ее вместе со всеми, – уверенно заявила я. – Кстати, Сайен вот-вот внедрит «Экстрасенс». Очень интересно твое мнение по данному вопросу.
– «Экстрасенс» – миф, состряпанный Сайеном для устрашения слабаков. – Пальцы Гектора сомкнулись на моем горле. – Вот почему ты в него поверила.
Еще недавно я бы дрожала как осиновый лист. Но за полгода в Оксфорде у меня выработался иммунитет к угрозам.
– Королем себя возомнил, Гектор? Забыл, что Сайен делает с монархами?
Эфир зловеще содрогнулся. От стены отделился полтергейст и устремился к Гробовщику.
– Лондонский Монстр, – любезно сообщил Гектор. – Гроза восемнадцатого столетия и любитель сдирать кожу с юных дев вроде тебя.
От зловещего пятна в эфире кожа покрылась мурашками. Однако мысль о подвеске придала мне смелости.
– Видали мы и похуже твоего псевдо-Потрошителя.
Шайба, вещающий медиум из свиты Гектора, издал леденящий кровь рык.
– Разуй глаза, сука! – (Полтергейст уже успел завладеть его голосовыми связками.) – Ты у меня захлебнешься собственной кровью!
Гробовщик погрозил ему пальцем, и Лондонский Монстр нехотя отступил. Шайба выдал напоследок парочку отборных ругательств и затих.
– Цирк окончен? – хмыкнула я. – Можно мне вернуться в мой сектор?
– Не спеши, Бледная Греза, – вклинилась женщина в темно-синем приталенном пальто и начищенных сапогах.
Она была на несколько дюймов выше Гектора, с рыжими волосами, заплетенными во французскую косу; губы навсегда застыли в зловещем оскале из-за шрамов, протянувшихся от краешков рта до самых скул. «Украшение» у нее появилось месяцев за шесть до моего водворения в Синдикате.
– Как насчет фокуса? – Шатенка выхватила из-под пальто кривой нож и приставила кончик к уголку моего рта. – Гарантирую, ты улыбнешься.
Я оцепенела. Рот-до-Ушей хоть и была старше меня всего лишь на два года, но жестокостью почти не уступала Гектору.
– Какая подельница без шрамов? – Лезвие скользнуло по отметине на моей щеке. – Откуда такая прелесть?
– Не твоего ума дело.
– Ясно. Наверное, споткнулась, – фыркнула Рот-до-Ушей. – Меня от тебя тошнит. Как и от твоей шайки. Так бы и плюнула вам в рожу.
Плевок последовал незамедлительно. Головорезы расхохотались, за исключением немногословного Гробовщика.
– Надеюсь, программа-минимум выполнена. – Я утерлась рукавом. – Может, скажете наконец, чего вам надо?
– Например, выяснить, где ты шаталась полгода. – Рот-до-Ушей не торопилась убрать лезвие от моего лица. – Пропала – и ни слуху ни духу. Где была?
– Ну точно не рядом с вашей вонючей берлогой.
Подельница Гектора врезала мне по ребрам так, что перехватило дыхание. Старые раны взорвались болью, и я согнулась пополам.
– Повторяю свой вопрос, – процедила Рот-до-Ушей. – Где пропадала?
– Вы все узнаете на Потустороннем совете, – выдавила я. – Просто созовите его.
– Позвать мы тебе можем только «скорую». – Род-до-Ушей саданула мне по коленной чашечке и повалила на землю. – Только посмотри на себя. Жалкое подобие подельницы.
– Шарлатанка, – вставил жилистый блондин-заклинатель. – А прикидывается грезящей странницей.
– Хорошо сказано, Кастет. – Острие ножа уперлось мне в горло. – А наша святая обязанность – избавляться от шарлатанов, поэтому, детка, лучше тебе по-хорошему разинуть варежку и во всем признаться. Так где ты шаталась, Греза?
Скрипя зубами, я ухватилась за ребра.
– Все узнаете на Потустороннем совете.
От пощечины у меня зазвенело в ушах.
Гектор взглянул на карманные часы, которые всегда носил с собой. Этот бой мне не выиграть – не с моими увечьями, спрятанными под одеждой.
Гектор не должен догадаться, как разительно переменились мои таланты. Пусть и дальше считает меня радаром, годным лишь для отслеживания лабиринтов. Потом будет сюрприз.
– Из нашей партизанки слова не вытянешь, – скривился Кастет. – Ладно, гони кошелек. Хоть повеселимся за твой счет.
– И эту побрякушку тоже. – Его коренастая спутница схватила меня за шиворот. – Серебро?
– Нет, пластмасса. – Я мертвой хваткой вцепилась в подвеску.
– Врешь! Отдай.
Металл покалыванием отозвался в ладони. Конечно, амулет заряжен против полтергейстов, но от бандитов вряд ли убережет.
Подвеску подарил мне Страж. Единственное доказательство его существования, и эти безмозглые ублюдки ее не получат.
– Я на вашей территории, – возразила я, пятясь. – Свое имущество защищайте сколько влезет, но не посягайте на мое. Сборщик за такое по головке не погладит.
Гектор равнодушно разглядывал меня, точно хищник – раненого оленя.
– Мы оставим девочке ее безделушку, Сопатка, – распорядился он. – А кошелек заберем.
– У меня нет денег.
– Не ври, Бледная Греза. Иначе велю Ряхе тебя обыскать.
Мой взгляд метнулся к лысому головорезу с алчными глазками и совершенно каменным лицом, в свое время пугавшим меня до обморока – разумеется, до знакомства с рефаимами. Ряха – или, как его еще называли, Опарыш – выполнял всю грязную работу. Его руками Гектор убирал неугодных. Я выгребла из кармана последние деньги и швырнула их Кастету.
– Считай это платой за твою жизнь, – произнес Гектор, пока Кастет собирал монеты. – Рот-до-Ушей, мы славно повеселились. Можешь спрятать нож.
Шатенка ошарашенно уставилась на него:
– Но ведь она не раскололась. Нельзя ее отпускать!
– Белый Сборщик редкая зануда. Мне недосуг выслушивать его претензии.
– Он ее выгнал. Она тупо врет, чтобы спасти свою драгоценную шкуру.
Гектор зашагал прочь, и Рот-до-Ушей бросилась за ним:
– Ты же сам велел выбить из нее правду. Ты сказал…
Гектор развернулся и ударил ее по лицу, раскроив перстнем щеку.
– Ты смеешь мне перечить, Челси?
Рыжие пряди выбились из косы и упали девушке на лоб. Она злобно зыркнула на меня и отвернулась:
– Прости, темный владыка.
– Извинения приняты.
Головорезы переглянулись, но скалился один Бивень. Если присмотреться, у каждого на физиономии различались мелкие шрамы. Окинув меня напоследок взглядом, Гектор обнял свою подельницу и повел прочь. Ее лица я не видела, но спина выдавала крайнее напряжение.
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
