Глава 4
Очевидно, торговля гадостями – выгодное занятие, потому что «Улет» помещался в новехоньком здании. У входа сидел охранник.
– Вы к кому? – весьма вежливо, но строго спросил он.
– К Чебукову.
Узнав мою фамилию, секьюрити принялся терзать телефон, потом сказал:
– Второй этаж, в конце коридора.
Вне себя от злости я, проигнорировав лифт, понеслась по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, распахнула вызывающе шикарную отлакированную дверь и буквально уткнулась в грудь широко улыбающегося Антона.
– О, Дашута, чему обязан?
– Еще спрашиваешь, – прошипела я и швырнула ему на стол газету. – Твоих рук дело?
Чебуков хмыкнул:
– Фотка не нравится? Извини, другой не нашли, ты редко ходишь на такие мероприятия, где бродят мои корреспонденты с аппаратурой.
– Фотография хорошая.
– Тогда чего?
– Статья омерзительная.
– Ну? Неужели?
– Хватит из себя идиота корчить! – рявкнула я. – Кто тебе рассказал чушь про это яйцо?
Антон ткнул пальцем в газетную полосу:
– Это имеешь в виду?
– Да.
– Я тут ни при чем. Вот, смотри, подпись – «госпожа Резвая», к автору и претензии. Можешь подать в суд, у нас в месяц по пять-шесть процессов бывает.
– И тебе нравится таскаться по судам?
Антон с жалостью посмотрел на меня:
– Весь мир изменился, а ты все та же. На судебное разбирательство ходят адвокаты. Кстати, имей в виду: мы почти всегда выигрываем и потом пишем об этих заседаниях. Вот так.
– Как найти эту госпожу Резвую?
– Если в редакции, то сидит на третьем этаже, сорок вторая комната.
– И что, в твоей газетенке можно напечатать все, что угодно.
Антон поднял руки вверх.
– Ну, ну, спокойно! Мы интеллигентные люди, давай без мордобоя. Кстати, если сейчас начнешь бить окна и ломать мебель, мигом прибегут из информационного отдела. Драка – хороший повод для новой статьи. Прикинь, тебе такое надо?
Я пошла к выходу.
– Дашута, – окликнул Чебуков, – не злись. На самом деле ничего не знал. Я – владелец издания, занимаюсь только коммерческими вопросами, а полосы находятся в ведении редакторов. Это они решают, какой материал помещать.
Ничего не ответив, я побежала на третий этаж, отыскала нужное помещение, рванула дверь и обнаружила внутри прехорошенького рыженького мальчика с по-детски пухлыми щеками.
– Где госпожа Резвая? – рявкнула я.
Парнишка от испуга дернулся, и компьютерная мышка свалилась со стола.
– Где она? – не унималась я.
Подросток подхватил болтающуюся на шнуре мышку и тоненьким голоском пропищал:
– Слушаю.
– Ты мне не нужен, где госпожа Резвая?
– Это я, только меня на самом деле зовут Петя.
От неожиданности я села на стул и глупо переспросила:
– Ты?
Мальчонка кивнул.
– Но почему подписываешься женским именем?
– У меня много псевдонимов, – пустился в объяснения гадкий ребенок. – Колючий, Сплетник, Госпожа Резвая, Любитель свиней.
– Твоя работа?
– Ну, в общем…
– Да или нет?
– Это как посмотреть…
– Прямо на страницу погляди! – заорала я. – Как ты посмел меня на весь свет опозорить? Дал непроверенную информацию. Мало ли кто чего наболтает!
– Да вы не расстраивайтесь, – затарахтел юноша, – это же слава, скандальная, правда, но слава. Знаете, сколько всякие звезды шоу-бизнеса платят, чтобы их хоть упомянули? А про вас бесплатно…
– Издеваешься, да? – прошипела я и схватила стоящую на столе пластиковую бутылку с пепси.
– Эй, эй, – отшатнулся Петя, – осторожней. Я ни при чем вовсе.
– Да ну? Кто же тогда все написал под твоим псевдонимом?
– Антон Григорьевич в кабинет вызвал, дал фото, сообщил информацию и велел действовать. А мне чего? Главный приказал, я и выполнил. Еще торопил. Утром задание озвучил, а в обед уже статью получить хотел.
– Тебе велел написать обо мне Чебуков?
– Ага, – сообщил Петя, – и фотку вручил.
Я понеслась на второй этаж с твердым желанием разорвать мерзавца на куски, но дверь его кабинета оказалась запертой, на косяке покачивалась записка: «Зная милую привычку сотрудников обсуждать поведение начальства, сообщаю всем: уехал на блядки, на…сь и вернусь. Ваш главный».
Дрожа от негодования, я села в «Пежо». Ну не сволочь ли! Сколько раз я кормила его по вечерам ужином. Антон частенько брал у нас с Генкой деньги в долг. Суммы, правда, были небольшие, но он их всегда забывал вернуть. А когда Нинка Вишнякова, его бывшая жена, выперла мужика на улицу в одних подштанниках, куда он пришел? Правильно, к нам. Жил в большой комнате на раскладушке, пока не познакомился с Наташкой Луниной, у которой имелась собственная жилплощадь. Да Антон меня знает как облупленную. Конечно, я способна совершить неподобающий поступок. Один раз, когда Генка явился домой пьяный в лоскуты, да еще с парочкой нетрезвых приятелей, я окатила мужиков грязной водой из ведра. Им не повезло, в момент их появления я мыла полы. Но украсть! Да мне такое никогда даже в голову не приходило!
Тут я вспомнила про щенков и Дениску. Парень, должно быть, весь там извелся, ожидая меня.
Наш дом стоит за коттеджем Сыромятниковых. Я обогнула небольшой палисадник, где Карина разводит розы, и внезапно мне в голову пришла очень полезная мысль: интересное дело, почему я должна одна выкармливать из бутылочки пятерых кутят? Их отец явно Гектор, вот пусть Кара и забирает себе двух беленьких, все мне легче будет.
Обрадованная столь легким решением сложной проблемы, я позвонила в дверь Сыромятниковых. Она мигом распахнулась. На пороге стояла их дочь Леля, подруга Машки. Девочки – одногодки, они ходят в один класс. Лелечка приветливая, спокойная и очень милая, но сегодня, увидев меня, она неожиданно покраснела и пробормотала:
– Здрассти.
– Мама дома? – спросила я, входя в хорошо знакомый холл, заставленный кадками с растениями.
Карина увлекается цветоводством. В доме Сыромятниковых на каждом метре пространства красуются емкости с экзотическими растениями.
– Ее нет, – произнесла Леля, став пунцовой.
Я удивилась:
– Куда же она подевалась? Обычно дома сидит.
Лелина лицо приобрело оттенок кетчупа «Чумак», который очень любит Маруся.
– Это, ну, в общем… В бридж играть пошла, к Локтевым.
Локтевы тоже наши соседи. Их коттедж стоит слева от дома Сыромятниковых. Я пришла в полное изумление:
– К Локтевым? Но ведь они еще на прошлой недели заперли дом и отправились в Лондон.
У бедной Лели на глазах выступили слезы, и она в полном отчаянии воскликнула:
– Ну не помню, куда мама пошла, нет ее!
В полном недоумении я вышла на крыльцо. Очень странно. Нас с Сыромятниковыми связывают скорее дружеские, а не просто соседские отношения. Несколько лет мы запросто общаемся, забегаем друг к другу в халатах…
Внезапно из-за закрытой двери донесся высокий голосок Лели:
– Я больше не буду ей врать, тетя Даша хорошая.
– Ты же видела газету, – ответила Карина, – мадам Васильева – воровка, обокрала приятелей, таких людей в дом не пускают!
– Это ошибка!
– В газете всегда помещают проверенные сведения, – с уверенностью человека, выросшего в стране социализма, заявила Карина.
– Она не могла украсть, да и зачем? – пыталась оправдать меня Леля. – У них денег больше, чем у нас!
– Дурочка, – ласково ответила Карина, – она же не двадцать рублей сперла. Яйцо, сделанное самим Фаберже! Прикинь, сколько оно стоит. И потом, как у людей обстоят дела в действительности, никогда не узнать. Наш папа в прошлом году чуть не разорился, но об этом никто не догадывался. Мы на «мерсе» ездили и в шубах щеголяли…
Не слушая, что ответила Леля, я побрела по дорожке, соединяющей наши участки. Да, дело плохо. Если уж Карина поверила, то у тех, кто знаком со мной не так близко, и сомнений, должно быть, не осталось. Небось все соседи перестанут со мной здороваться. И что делать? Ума не приложу. Внезапно мне в голову пришла гениальная мысль. Я вытащила мобильный и, поеживаясь от совсем не по-апрельски прохладного ветерка, набрала номер Колесова.
– Жора? Сделай доброе дело. Звякни этому Рыкову и посоветуй подать заявление в милицию о краже. Пусть в происшествии разберутся компетентные органы.
– Я ему предлагал, – вздохнул Жорка.
– И что?
– Не хочет. Говорит, его родственники – до десятого колена аристократы – никогда никаких дел с полицией не имели и ему завещали поступать так же.
– Какая глупость!
– Точно, – подхватил Жорка, – только он уверен, что воровка – ты.
Я стала набирать другой номер.
– «Улет» на проводе.
– Чебукова позовите.
– Кто просит?
– Майя Плисецкая.
– О, как я рад, – донеслось через секунду из мембраны, – как счастлив, несравненная…
– Можешь не разливаться соловьем, это Даша Васильева.
Антон поскучнел:
– Ну и чего надо?
– Если принесу тебе неопровержимые доказательства того, что яйцо украла не я, а кто-то другой, ты дашь опровержение?
– Обязательно тисну статью с опровержением.
– Обещаешь?
– Слово джентльмена.
– Ну в твоих устах это не гарантия.
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
