Глава 5. На другом балконе
Марина сидела в своём стареньком неприметном «Kia Rio» за кустами у поворота на посёлок, в котором жил Ремизов. Около коло двух часов дня машина Ремизова проехала мимо Марины и свернула к городу. Марина отправилась следом.
По МКАДу Ремизов добрался до противоположной окраины Москвы и припарковался у небольшой недешёвой на вид гостиницы, окружённой тенистым парком. Вслед за ним Марина вошла в холл и уверенно прошагала мимо стойки администратора к лестнице. В бесформенном худи с капюшоном и широких спортивных штанах, в бандане, полностью скрывшей непослушные волосы, и в круглых тёмных очках, изменивших пропорции лица, Марина была похожа на мальчика-подростка. Ремизов поднялся на второй этаж. Осторожно выглянув с лестничной площадки в коридор, Марина успела заметить, как за ним закрывается дверь одного из номеров. Она подошла и приложила ухо к замочной скважине, однако услышать ничего не смогла: в соседнем номере заработал пылесос.
Заглянув туда, Марина увидела горничную, стоящую спиной ко входу, и мгновенно приняла решение. Она проскользнула в номер и залезла в стенной шкаф, плотно прикрыв за собой дверцу. В номере кто-то жил: в шкафу было тесно из-за чемоданов и одежды. Но главное, здесь стоял оглушительный запах мужской туалетной воды. Марина сидела в темноте, зажимая нос и представляя, как оглушительно чихает ровно в тот момент, когда горничная выключает пылесос. Или как теряет сознание и приходит в себя несколько часов спустя, когда в соседнем номере заканчивается всё самое интересное.
Но когда пылесос выключился, Марина не чихнула. Дверь за горничной захлопнулась, защёлкнулся замок. Марина выбралась из шкафа и вышла на балкон, который от соседнего отделяла только тонкая бетонная стенка. Чтобы попасть в номер Ремизова, ей нужно было всего лишь перелезть через перила, перехватиться руками и сделать шаг на соседний карниз. Дело казалось вполне выполнимым. Марина поправила рюкзак на спине и закинула ногу на перила. Она легла на круглую нагретую солнцем железную трубу животом, вцепилась в неё обеими руками и начала потихоньку сползать наружу, пытаясь одновременно носком кроссовка нащупать опору. Она всё сползала и сползала, а карниза под ногой всё не было и не было. Марине стало страшно – настолько, что усилился принесённый ею из шкафа запах туалетной воды. Капюшон худи сполз ей на глаза, паника достигла почти невыносимых пределов, и тут нога коснулась бетонного выступа. Марина замерла, переводя дыхание и готовясь к следующему этапу: как бы то ни было, сдаваться она не собиралась.
Крепко схватившись за перила балкона обеими руками, Марина спустила на карниз вторую ногу и сразу, не останавливаясь, сделала три небольших шага до разделяющей балконы перегородки. Из номера перегородка выглядела совсем тонкой, не шире ладони. Теперь же, чтобы заглянуть за неё, Марине нужно было бы немного отклониться назад, и полоса бетона казалась бесконечно широкой. Марина облизнула пересохшие губы, откашлялась и попыталась отпустить руку, чтобы дотянуться до перил с другой стороны. При первой же попытке ей стало так страшно, что въевшийся в её одежду сладкий запах туалетной воды стал окончательно невыносим, и Марина наконец чихнула.
– Будь здорова, да? – певуче сказал густой баритон.
Марина попыталась обернуться на голос, но увидела только собственный капюшон. Она затрясла головой, скинула капюшон и увидела, что на балконе, опершись о перила, стоит круглый и плотный лысеющий армянин среднего роста с огромным носом и ручищами, заросшими густыми чёрными волосами. Невыносимый запах туалетной воды исходил от него. Застигнутая на месте преступления Марина замерла. Армянин наклонился к ней и заговорщически сказал:
– Так чихаешь сильно – сорваться можешь! Что тут делаешь – на мой балкон?
Марина едва разбирала его слова из-за страха и густого акцента.
– Перелезаю к соседям, – ответила Марина. Ей было так страшно, что ничего, кроме правды, сказать ему она не могла.
– А! Ну ясно, – ответил армянин и с любопытством посмотрел на неё.
– Можно? – спросила Марина.
– Можно. Что я, жадный, что ли? У Армена девушкам всё можно! Особенно красивым.
– Спасибо.
Марина сделала ещё полшажочка, чтобы встать к перегородке совсем вплотную, и тут Армен снова заговорил:
– А что там делать будешь – на другой балкон?
– Фотографировать, – она снова сказала правду и снова замерла, не зная, как он будет реагировать.
– Зачем так далеко лезешь фотографировать? Зачем чуть не падаешь? Оставайся здесь, меня фотографируй! А?! – Армен приосанился и принял эффектную позу. – Или я некрасивый для тебе?
– Очень красивый! – искренне ответила Марина: Армен начинал ей нравиться, и снимки с ним вышли бы колоритные. – И я бы с удовольствием осталась, но мне очень нужно именно туда.
– Ну… раз нужно, – Армен погрустнел, – раз нужно, тогда иди, дорогая.
Марина почувствовала, что руки её немеют. Действовать нужно было быстро, не раздумывая, пока ещё оставались силы. Она зажмурилась, выбросила руку в сторону, попыталась нащупать перила, но схватилась за воздух и начала терять опору. За долю секунды она успела нарисовать себе ужасающую картину того, как летит вниз, ударяясь о ветки деревьев… и вдруг почувствовала, как что-то поднимает её наверх.
Открыв глаза, Марина увидела, что к ней тянется огромная ручища Армена. Он ухватился за петельку её рюкзака и придерживал, не давая упасть.
– Давай, дорогая, не падай. Упадёшь – красоту испортишь. Это кому надо, а?
– Никому, – согласилась Марина и схватилась за перила на той стороне, а потом переставила ногу и быстро подняла глаза, опасаясь, не увидят ли её в окно. Однако шторы в номере, куда пришёл Ремизов, были плотно задёрнуты. Марина с облегчением выдохнула и закинула ногу на перила. После пережитого страха и напряжения ей едва хватило сил на то, чтобы, подтянувшись, перевалиться на балкон.
– Ты как там? Нормально все? – спросил Армен, выглядывая из-за бетонной перегородки. Улыбнувшись, Марина подняла вверх большой палец и яростно замахала, чтобы он скрылся из вида.
Присев на корточки под подоконником и прижавшись к стене, Марина открыла рюкзак, вытащила оттуда фотоаппарат и подползла к балконной двери.
Дверь была открыта, но плотная штора почти не пропускала звуков. Как Марина ни прислушивалась, она не могла услышать ничего, кроме неразборчивого гула двух голосов, мужского и женского. Тогда она осторожно приподняла нижний край шторы, подпихнула под неё объектив и сделала несколько пробных снимков. Затвор сработал бесшумно и, судя по фото, никто в комнате присутствия на балконе Марины не заметил. Однако фигуры на снимках получились тёмные и безголовые. Марина выставила нужные настройки, поправила композицию и сделала ещё серию кадров. Вышло намного лучше. Теперь на фотографиях был отчётливо виден Ремизов, к которому прижималась полуголая стройная брюнетка.
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.