Отзывы о книге Исповедь маски

По живому режет. Причем поначалу книга шла у меня долго. Читалась легко, но тк параллельно я читала еще несколько книг, а эту брала только на пляж, то какие-то рваные впечатления получались, я, наверное, раз 20 возвращалась назад и перечитывала, чтобы поймать общую волну. А тут все гости разъехались, и я, взяв, ее на пляж начала читать с самого начала и тут меня затянуло по полной. Сразу же продолжила дома, читала весь день без отрыва и закончила уже ночью на кухне, подперев голову кулаком с эмоциональной бурей в душе. Все так тонко, красиво, поэтично так умеют писать только японцы, но мне в тот момент очень не хватало нашей русской водки. Перевернув последнюю страницу, я была готова выпить полбутылки залпом, впечататься лицом в стол и провалятся так до утра. Мисима гений. А эта концовка с лужицей от пролитого напитка… Закончилась книга, а как будто закончился секс и «потом нахлынула странная щемящая грусть. Одиночество испепеляло меня безжалостней жгучего солнца….»

  Эта книга прочитана мною не так давно и оставила противоречивый след в душе. Книга искренняя, царапающая душу и одновременно оставляющая чувство недоумения и гадливости, что ли. В ней раскрывается модная ныне тема гомосексуализма. Как подросток постепенно начинает понимать, что он не такой, как обычные мальчики, как пытается бороться с этим, как осознает, что борьба бесполезна. Книга великолепная, потому что автобиографичная, талантливая, достоверная. Книга отталкивающая, так как при всей толерантности (терпимости) по отношению и иным, мы все равно не можем преодолеть определенных рамок.

<6/10>

"Исповедь маски" - мой первый роман у Мисимы, и, наверное, это было очень логично начать именно с него, ведь это литературный дебют автора и его прорыв. Мисима довольно правдиво (если сравнивать с биографией) рассказывает о своих первых 20 годах жизни и со скальпелем анализирует, когда и что у него началось, откуда пошли корни, причем не только его гомосексуализма, но и разных установок, моделей поведения, реакций. Даже в голове не сразу укладывается, что 24-летний мог так точно решить для себя: стоп, вот это и был поворотный момент. Сразу проводишь параллели с собой и своими наклонностями-привычками, хочется покопаться. Покопаешься, найдешь. Но и все. Страстно полюбить Мисиму с первого раза я не смогла. Естественно, Мисиму буду читать еще, но вряд ли перечту все его произведения. Сейчас в первую очередь почему-то привлекает его театрология.

это раскованные мемуары молодого человека, Кими, который открывает в себе симпатию и желание к другим молодым людям и... теме смерти. это его исповедь о том, как он бежит от себя в самые глухие дали. в этой исповеди Кими рассказывает о непринятии себя, о том, как человеку приходится скрывать настоящего себя.

на фоне в этом романе – Япония времён второй мировой. несмотря на то, что сам герой в военных действиях не участвует, всеобщее фаталистическое настроение на него непоправимо влияет, а искаженный войной мир остаётся хаосом, в котором нет возможности ничего планировать. из-за этого большинство людей живут одним днём, и Кими не исключение.

хочу отметить волшебный слог произведения. меня тронуло то, как чувства здесь могут описываться через материальный мир. это было безумно красиво.

почему я поставила 4/5? некоторые сцены в сюжете были для меня неприятны и мерзки. у книги не просто так стоит ограничение 18+.  вы читаете книгу о плохом человеке. он одержим жестокостью, у него есть садистские наклонности. его одолевают черные страсти. самое главное, что он гордится этим злом, которое сияет на оборотной стороне его груди. правда, зло и выражение зла не соединяются в его голове.

в конце концов, этот роман с важной идеей. просто надо быть готовым к жестоким и просто не очень приятным сценам.

Как же я проморгала то, что книга про извращенную однополую мужскую любовь? Повелась на вкусный анонс и не пролистала ниже, в итоге переплевалась пока читала. Мальчика конечно никто не контролировал в детстве, бабушка баловала, родителям было некогда, хотя и видели его наклонности уже в малом возрасте надевать женские тряпки, но дурь никто не выбил из головы. В самом начале я еще надеялась, что он вырастет станет актером или кем-то около того, но вся моя надежда разбилась после того, как он возбудился от произведения искусства, дальше в школе для мальчиков его ненормальность только прогрессировала, список его извращений только пополнялся. Вот он еще один огромный минус раздельного образования. У него был шанс стать мужиком и жениться на Соноко, но он не захотел ничего менять, струсил. Может быть я и обратила внимание на текст, какой-то скрытый смысл и мораль книги, но количество пошлости, что в ней содержится, вызывает у меня только рвотный рефлекс, поэтому книгу я не оценила.

«Во многом автобиографичный роман» - сказано в описании к книге. 

Разобраться в том, что здесь «быль», а что «не быль» можно не без труда, ведь кому-то внутренние, не очень чистые, килограммы слов, будут словно подтухший гарнир который нужно съесть до последней ложки, а для кого-то каждая буква будет как колыбельная - закрой глаза и отдайся своим чертям.

Не нашедший пристанища у окружающих, не найдя себе подобных, обречён человек заниматься самоедством. А так ли нужно учиться быть похожим на остальных? 

Героя «Исповеди..» обнимает смерть как самого близкого друга. Он рисует мальчишек со вспоротыми брюхами, мысленно предаётся сексуальным забавам с печальными концом, находит в печали свою молитву, играя роль «правильного» и даже порой ей сам верит.

Это не первая книга Юкио, но в каждом прочитанном произведении видно то прекрасное, что автор желает разрушать руками своих персонажей. А читателю, как мне думается, проще определить - будет ли он подавать керосин и чиркать зажигалкой вместе с ними или недоуменно пожмёт плечами и останется в стороне.

«Исповедь маски», поразившая меня роскошью своего стиля, вначале нестерпимо напоминала «Некрофила» Витткоп. Бесстыдное целомудрие, с которым мы погружаемся в малейшее движение души рассказчика, действительно, рисует décadence, а значит — думал я — роднит произведения. Но стоило углубиться в этот клубок терний, как все эти ассоциации исчезли сами собой.

Я, должно быть, разочарую вас, не став расписывать в своей рецензии краткую выдержку из сюжета — этим дорогой читатель пускай довольствуется у других. Позвольте сразу перейти к сути. Внутренние терзания, гомосексуализм, срез жизни военной Японии, снова гомосексуализм… Всё внешнее, так или иначе, уже описано кем-то другим. Своей же целью я не ставлю ни нежное препарирование сноба, ни грубый отзыв потребителя. Только по-детски личную интерпретацию.

Начнём, как принято выражаться, со слона в комнате — обезличивание рассказчика без обезличивания так такового. Подкрепляя основной мотив книги, «маску» и вариации её ношения, повествование зовёт героя по имени лишь единожды. Для откровения подобран момент мучительного осознания, в нём сталкиваются между собой два мира Юкио Мисимы: «извращённый» и «невинный», «норма» и «девиация». Контрастно, сильно, удивительно просто. И тем страннее, как глубоко заходит фраза сестры героя:

А ты, Кими, не устал?

Примечание внизу страницы гласило, что это сокращение от реального имени автора, Кимитакэ. Одно уточнение — и, казалось, малозначимое впечатление в калейдоскопе страданий становится главным событием главы.

Но чем дальше заходило чтение, тем больше я задавался вопросом: почему, почему же эти чувства так резонируют с моим существом? Весь мелкий, жалкий «порок», что я находил в себе, я никогда не подвергал критическому анализу; отличаясь от общества, боялся его по абсолютно другим причинам — между мной и героем нашлось бы мало общего. Понимание нашло в середине пути.

В этот момент что-то, находившиеся внутри меня, с неистовой силой раскололось надвое. Так упавшая с неба молния раскалывает живое дерево. Я явственно услышал грохот — это рассыпалось здание, возведённое мной в душе с таким тщанием и трудом. Один миг — и я моя жизнь превратилась в какое-то ужасающее небытие.

Вся эта книга — о недостижимости стремлений. Подчинив свою жизнь «миру нормы», рассказчик всякий раз душил свои действительные порывы ей в угоду; осознанно, чувствуя, сколь болезненным и лживым это отрицание является. Бредил идеями «нормальности», но те ускользали даже в своём материальном облике — бедняжка Соноко, к примеру, была их олицетворением.

Понимал ли он свои желания? Пытался ли перекроить себя, запуская машину самообмана, шёл ли против своей природы, загонялся ли в замкнутый круг из «быть хоть кем-то, только не собой»? Да. И это отчаяние человека, не осознающего, где затерялось его подлинное «я», этот бесконечный хаос лжи, с одной стороны, с другой — подавленная, отвратительная ему же сущность самого себя, впечатывает «Исповедь маски» прямиком в мою душу.

Книга не пытается манипулировать читателем, в ней мало кто увидит свой слепок. Но даже слабый отголосок боли, терзающей каждого (пусть он того и не осознает), коснётся какой-то струны внутри: подцепит, покрутит из стороны в сторону, согнёт и не вернёт назад никогда больше.

С истинами иначе и не бывает. Как вылупиться из яйца — назад не влупишься.

С трепетом я приступала к чтению этого романа Юкио Мисимы - была наслышана о нём, знала о его знаковости и автобиографичности; и всё это уже заранее наделяло роман определёнными предположительными качествами для меня, и, как это обычно бывает в таких случаях, было особенно волнительно проверять, насколько совпадут ожидание и реальность. Слава романа и мои знания японской прозы всё-таки позволили сложить верное предварительное впечатление, которое очень гармонично слилось с впечатлением реальным в процессе чтения.

Роман о нормальности ненормальности - примерно так я бы вкратце описала, о чём "Исповедь маски". Рефлексия героя достигает таких высот, что я охотно разделяю мнение тех критиков, которые возносят хвалу автору за его писательское мастерство: дух захватывает от глубин самокопания главного героя. Он крайне искусно играет с собственным сознанием; сам себя обманывает и тут же изобличает, сам себя возносит и следом опускает. Знает самые тёмные закоулки своей души и то старательно пытается их спрятать, то с отчаяньем бросается в самую их сердцевину. Мечущаяся душа, противоречие на противоречии и при этом - совершенно восхитительная способность чувствовать малейшие оттенки собственных чувств и эмоций, потрясающее умение это заметить, обдумать и оформить во что-то осязаемое... Да, это завораживающе.

Это было интересное путешествие внутрь героя и через него внутрь самого автора. Побывать в голове другого человека - недоступное в реальном мире явление, но через такие вот произведения у нас есть исключительная возможность взглянуть одним глазком, что же может происходить внутри кого-то ещё. Большое спасибо автору за этот ценный опыт.