Цитаты из книги Обломов

Должен бы, кажется, и любить, и не любить, и страдать, потому что никто не избавлен от этого.

Вы думаете, что для мысли не надо сердца? Нет, она оплодотворяется любовью.

мирно проводил день, слушая постукиванье маятника, треск кофейной мельницы и пение канареек.

В сущности, они никого не любят и добры потому только, что не злы.

И Ольга вспыхнет иногда при всей уверенности в себе, когда за столом расскажут историю чьей-нибудь любви, похожей на ее историю; а как все истории о любви сходны собой, то ей часто приходилось краснеть.

Но бабушка завесила зеркало. «Мешает писать, когда видишь свою рожу напротив», — говорила она.

что за заглядывания в даль? что за филистерство: непременно отмеривать себе счастье саженями да пудами? Хватай, лови его на лету, а потом, после двух-трёх глотков беги прочь, чтоб не опротивело, и ищи другого.

женщина может быть честной только случайно, когда любит, и только в ту минуту когда любит, или тогда когда природа отказала ей в красоте.

- Пожалуйте, вот вам бог, а вот двери!

"Разве это не жизнь? Разве любовь не служба? Попробовал бы он! Каждый день - верст по десять пешком!"

Постороннему, который увидит его в первый раз, скажут его имя-тот забудет сейчас, и лицо забудет; что он скажет-не заметит. Присутствие его ничего не придает обществу, так же, как отсутствие ничего не отнимет от него. Остроумия, оригинальности и других особенностей, как особых примет на теле, в его уме нет.

Ты, может быть, думаешь, глядя, как я иногда покроюсь совсем одеялом с головой, что я лежу как пень да сплю; нет, не сплю я, а думаю все крепкую думу, чтоб крестьяне не потерпели ни в чем нужды, чтоб не позавидовали чужим, чтоб не плакались на меня господу богу на страшном суде, а молились бы да поминали меня добром. Неблагодарные! - с горьким упреком заключил Обломов.

Она походила на раненого, который зажал рану рукой, чтоб досказать, что нужно, и потом умереть.

-Я не поверила ему, я думала, что сердце не ощибается. -Нет, ошибается: и как иногда гибельно!

Ты очень печальна, ты страдаешь! - Зубы болят... - отвечала она. - Нет, не зубы - ты вся болишь;

Хитрость все равно что мелкая монета, на которую не купишь много.

В ней даже есть робость, свойственная многим женщинам: она, правда, не задрожит, увидя мышонка, не упадёт в обморок от падения стула, но побоится пойти подальше от дома, своротит, завидя мужика, который ей покажется подозрительным, закроет на ночь окно, чтоб воры не влезли, — всё по-женски.

Она не хочет быть львицей, обдать резкой речью неловкого поклонника, изумить быстротою ума всю гостиную, чтоб кто-нибудь из угла закричал: «браво! браво!»

Вы были верны не любви, а призраку ее, который сами выдумали.