Цитаты из книги Дом холодных сердец

Ты окружил себя теми, кто тебе дорог. Каждый из них - твоя слабость.

Людская радость - штука запредельно непонятная.

... Нет ничего сильнее среди человеческих чувств, чем горе от утраты любви...

Тьма и покой. Вот что ему действительно сейчас нужно. Только они могут его излечить.

А что до прогулок под луной... Одиночество - это то, что мучит каждого в этом доме холодных сердец.

Еде должно быть все равно, что с ней случится.

Укус вампира, даровавший небывалое наслаждение, окрылил ее. Он казался райским поцелуем ангела. В нем не было ничего неправильного или греховного. Лишь естественное желание.

В ее понимании вампиры определенно не могли быть хорошими людьми.

- Убивают не за глаза, - произнесла старуха, - а за то, что чувствуют в них угрозу.

Она всегда была одна, сама по себе, и привыкла сражаться за свою жизнь и место под солнцем. Значит, справится и сейчас.

Мы чудовища. И бог отказался от нас. Ему неважно, кем мы были при жизни: грешниками или святыми. Неважно, сами ли мы выбрали эту участь или нет. Для него мы дети дьявола, туда нам и дорога. Мы сгорим в аду. В лучшем случае утонем в вечной темноте забвения, в небытии. Мы никогда не увидимся с теми, кого прежде потеряли, и не найдем покоя!

Хороший землевладелец всегда интересовался жизнью простого народа, если не хотел голодать вместе с крестьянами.

Знаешь, когда настанет выбор между жизнью и смертью, ты ляжешь в постель хоть с самим чертом.

Самой лучшей чертой Веспер, по ее мнению, было то, что она не помнила зла. Не помнила ничего плохого. Оттого ее жизнь во смерти не была столь тягостной, какой она бывала у некоторых.

Ночь — время тварей. Это не твоё время, Ева.

— Мы хотим обрести свободу на небесах, а не вечные муки в кандалах дьявола, — ответил Милтос. — Другие слова для того же процесса — а как меняется смысл!

– Альба покачала головой. – Запомни, дитя: это ведьмы зачаровывают и забирают сердца, а не наоборот. Они не отдают свои заколдованным мальчишкам.

Она прижималась к нему всем телом, будто он был для неё спасением. Вампир же не разжимал своих объятий, будто она была его лекарством от смерти – соломинкой, связывающей его с жизнью. Была самым ценным его сокровищем на земле.

Вампирша усмехнулась, будто слова девушки прозвучали неубедительно.
– Зато никаких вампиров и вечного мрака, – проговорила она. – К мраку быстро привыкаешь, когда ты вампир. И от него сходишь с ума, когда остаешься человеком.

– Торн, – спросила она, жадно глотнув воздух, – если я отдам тебе своё сердце, что ты с ним сделаешь?
Вампир остановил свои ласки, замер, нависнув над ней, глядя ей в глаза.
– Оберегать как зеницу ока, – тихо ответил он. – Ведь своего сердца у меня нет. – Он нежно провёл ладонью по её раскрасневшейся щеке. – Своё сердце я давно отдал тебе, Ева.