Библия. Новый завет

Церковь, когда создавала канон «Нового завета», состоящий ныне из 27 книг, проделала большую работу по отсеиванию лишнего. Прочтите апокрифические Евангелия, не вошедшие в «Новый завет», и вы это поймёте. Особенно поразил меня в одном из евангелий эпизод, когда Иисус вот так запросто убивает мальчика, правда, потом воскрешает его – но не из-за раскаяния, а потому что родственники умерщвлённого достали… Как хорошо, что этого текста нет в нашей Библии! И всё же. Во-первых, не хватает в «Новом завете» цельной, непротиворечивой биографии Христа (как много ересей возникало только в результате трактовки природы Иисуса!). При этом каждое из четырёх Евангелий – великолепно, даже в коротеньком Евангелии от Марка есть своё обаяние. Во-вторых, многочисленные противоречия в текстах, разрешить которые призвана обширнейшая богословская литература (а её читает не каждый), непременно приведут вдумчивого читателя в замешательство. К сожалению, единственный человек, который с полным правом может претендовать на звание создателя церкви – апостол Павел – не успел (или не мог) создать стройной богословской системы – был слишком занят пасторской деятельностью и борьбой с еретиками. Вообще, Павел, на мой взгляд, – единственный герой новозаветных писаний (не считая Иисуса, конечно). Нет, вы только представьте: приобрести столь огромный авторитет в церкви, не только не являясь учеником Христа, но даже не будучи знаком с ним лично! И это при живых-то апостолах! И в третьих. Смысл завершающего Новый завет «Апокалипсиса» настолько туманен, что позволяет толковать эту книгу как угодно (это тоже привело к огромному количеству ересей и – фактически – к человеческим жертвоприношениям). К чести святых отцов можно сказать, что «Апокалипсис» вошёл в канон последним. Наверное, сразу же после смерти последнего здравомыслящего богослова. К достоинствам Нового завета я могу отнести правдоподобие описания жизни и нравов ранних христиан. Как это ни странно, книга «Деяний» и апостольские послания показывает раннюю христианскую церковь не сплочённым монолитом, а разнородной массой, внутри который был полный разброд. Апостолы грызлись между собой то за главенство, то по поводу обрезания и вкушения нечистой пищи, а пастыри в это время вместе с паствой потакали человеческим слабостям… В это можно поверить. Список книг Нового завета формировался несколько столетий. За это время можно было написать Священную Книгу, которая бы рассказала о Христе стройнее, чем Евангелие, затушевала бы грехи апостолов и ранних христианских общин, и, наконец, могла бы предотвратить множество расколов. Но церковь этого не сделала. Как мне кажется, святые отцы думали не столько о создании духовной книги, сколько о богослужебной. Итог печален – человек не может прийти к Богу, просто читая текст, который называют «Священным Писанием». За пониманием нужно прийти к комментаторам. Их право на толкование Писаний можно отнести к «естественным монополиям», и нарушение его каждый раз ведёт к расколу христианского мира... Ведь именно в Новом завете находятся корни всех ересей и расколов, которые так часто влияли на ход европейской и мировой истории, перекраивая карты и ниспровергая сильных мира сего. ...Да, чего у Нового завета не отнять - его глобального исторического значения. Эта небольшая по объёму книга сумела в короткое время изменить весь мир. Не без помощи мечей и костров, конечно.

Думаю, бесполезно советовать или не советовать, когда речь заходит о Библии. Так что это скорее не рецензия, а одна интересная мысль. А именно: Вся история могла прекрасно произойти и без Иуды. Он был ненужен! Его можно спокойно выкинуть из повествования, и сюжет не изменится! Даже учитывая то, что Новый Завет претендует на историчность: я сомневаюсь, что заинтересованные лица стали бы прибегать к совершенно ненужной помощи лишнего человека. У Иуды нет мотивации. Тридцать серебрянников - это не мотивация, иначе Иуду можно было бы считать умственно-отсталым. Только в одном из писаний сказано, что "в Иуду вошёл Диавол". Но Враг Рода Человеческого мог бы спокойно стоять в сторонке. Во всех писаниях Иисус говорит: вы могли взять меня в любой момент. В итоге Иуда (как литературный персонаж) превращается в козла отпущения просто потому, что так надо по сюжету.