Цитаты из книги The Boys from Biloxi

Сухой закон был по-прежнему в силе и по всем южным штатам ревностно соблюдался праведными баптистами и методистами. Однако на Восточном побережье выходцы из Европы и католики относились к отказу от спиртного не столь трепетно. По сути, Восемнадцатая поправка к Конституции США, вводившая сухой закон, в Билокси никогда толком не действовала.

Его обошли в нечестной борьбе, преподав суровый урок, который он хорошо усвоил. В следующий раз он будет готов к драке. В следующий раз у него будет больше денег.

Он пообещал Киту и Агнес, что никогда не сдастся.

Кое-кто был о нем невысокого мнения из-за его заслуженной репутации взяточника, но он оставался политиком старой школы, не ленившимся пожимать всем руки и целовать каждого младенца. Это окупалось неизменными перевыборами на новый срок с убедительным отрывом от конкурентов.

— Ну, тот первый парень, Брюэр… может, ты его покалечил.

— Надеюсь, что так и есть. В этом весь смысл, парень. Ты причиняешь им боль, но не убиваешь. Он только что получил урок, который никогда не забудет, и больше не поднимет руку на наших девочек.

Поскольку Невин Нолл был человеком новым, его никто не узнал и опознать не мог. Однако его одиночный налет на «Фокси» мгновенно превратился в легенду и не оставил сомнений в том, что Лэнс Малко действительно Босс.

Кливленд, владелец «Фокси», не испугался многочисленных угроз и по-прежнему торговал сексом задешево. Мириться с этим дальше было нельзя, и Лэнс решил показать, кто в городе настоящий хозяин.

Как первый местный юрист хорватского происхождения, Джесси сразу погрузился в повседневные юридические проблемы своих соплеменников. Он не мог им отказать и потому часами составлял для них не требовавшие больших расходов завещания, договоры и простые контракты. Ему это нравилось, и он встречал клиентов в своем красивом кабинете так приветливо, как будто те были миллионерами. Успех Джесси Руди был предметом гордости жителей Пойнта.

Клан Руди был основан на Пойнте почти в то же время, что и клан Малко. При оформлении документов на таможне Нового Орлеана Рудич превратился в Руди — не очень-то распространенная в Америке фамилия, но все же куда более удобоваримая по сравнению с любой хорватской.

Мафия Дикси имела мало общего с организацией «Коза ностра», если не считать схожих амбиций и жестокости. Она не была «семьей», и потому о лояльности говорить не приходилось. Ее члены — причем ФБР никогда не было точно известно, кто являлся ее членом, кто нет, а кто лишь говорил о причастности к ней, — были разрозненным сборищем плохих парней и отморозков, которые предпочитали доход от преступных действий честному труду.

Имея два популярных бара и процветающий продуктовый магазин, семья Малко стала жить богаче, чем большинство иммигрантов, хотя и не афишировала это. Они работали усерднее, чем когда-либо, откладывали деньги, жили в той же квартире наверху и ничем не отличались от расчетливых и экономных иммигрантов.