Цитаты из книги Сумерки

Обычно перерождение занимает несколько дней, в зависимости от того, сколько яда попало в кровь, и в какое место укусили. Пока сердце работает, яд распространяется по организму, производя необратимые изменения. В конце концов сердце останавливается, и превращение закончено. Все это время жертва будет мечтать о смерти!

Чертов вампир, я схожу по нему с ума!

Nothing had changed in this forest for thousands of years, and all the old myths and legends seemed much more likely in this ancient green maze than they had in my mundane bedroom.

You are my life now.

— Почти девяносто лет я живу в новой ипостаси среди людей, — задумчиво проговорил он. — Все это время мне было вполне комфортно одному. Я никого не искал, потому что не мог найти в принципе — ведь ты еще не родилась.

– Вампиры любят бейсбол? – Ну, мы же американские вампиры!

- Ты был прав.

• Я часто оказываюсь прав. В чём на этот раз?

"You're intoxicated by my very presence."

"I should have left long ago," he sighed. "I should leave now. But I don't know if I can."

"I don't want you to leave," I mumbled pathetically, staring down again.

"Which is exactly why I should. But don't worry. I'm essentially a selfish creature. I crave your company too much to do what I should."

Цена человеческой жизни слишком высока, и убийству не может быть оправданий!

Никогда не думала, что из рояля можно извлечь такие звуки. Наверное, все дело в мастерстве играющего и его чувствах.

– Сумерки, – чуть слышно произнес Эдвард, глядя на затянутое облаками небо. Голос звучал задумчиво, будто его мысли блуждали где-то далеко. Я тайком за ним наблюдала, а он вдруг резко повернулся и заглянул мне в глаза. – Самое лучшее время суток, – сказал Эдвард, будто прочитав в моих глазах вопрос, – и самое спокойное. Хотя и очень грустное, потому что означает конец дня и приближение ночи.

Мама часто говорит, что я родилась тридцатилетней, а теперь и до пенсии недалеко… Ну, кому-то же нужно быть взрослым!

День был ужасным, потому что Эдвард Каллен не пришел в школу.

Лишь подъехав к школе, я поняла, почему все прошло так гладко. На шинах мелькнуло что-то серебристое, и, держась за багажник, чтобы не упасть, я нагнулась над ними. Тонкие защитные цепи пересекали шины крест-накрест. Чтобы установить их, Чарли поднялся в неизвестно какую рань. Горло судорожно сжалось. Я так и стояла, сдерживая непрошеные слезы...

Мама любила экспериментировать, хотя ее шедевры далеко не всегда оказывались съедобными. Похоже, он не забыл их даже за семнадцать лет!

Померти, щоб міг жити інший, той, кого кохаєш,- не найгірший спосіб попрощатися з життям. Благородний навіть. Це чогось варте.

Я ніколи особливо не замислювалася над тим, як доведеться померти, хоча протягом кількох останніх місяців підстав було аж забагато. Хай там як, я ніколи б не уявила смерть саме такою.