Цитаты из книги Первые сорок девять

Осенью война все еще продолжалась, но для нас она была кончена. В Милане осенью было холодно и темнело очень рано.

Всё, мимо чего проходил поезд, выглядело словно натощак.

— Мне все равно, что со мной будет. — Но мне-то не все равно.

— Ну что же, давай попробуем не скучать.

Ей нужен был человек, которого можно уважать.

– Сука, – сказал он. – У суки щедрые руки. Это поэзия. Я сейчас полон поэзии. Скверны и поэзии. Скверны и поэзии.

– Мы должны сделать все, что в наших силах. – Делай ты, – сказал он. – А я устал.

Он умер, полный иллюзий. Он не успел потерять ни одной из них, как не успел дочитатть покаянную молитву. Он не успел даже разочароваться в фильме с Гаробо, который целую неделю разочаровывал весь Мадрид.

В свои лучшие дни он любил подшутить над другими, но теперь он это бросил. Для этого нужна была уверенность в себе, которой он уже не чувствовал.

Я работал всю свою жизнь. Весь отсаток жизни я тоже должен работать. Я на работу не жалуюсь. Работать - это в поряжке вещей.

... вам знакомо это ощущение счастья, когда предстоит действовать?

В общем, по мнению света, это была сравнительно счастливая пара, из тех, которые, по слухам, вот-вот разведутся, но никогда не разводятся...

- на прошлой неделе покушался на самоубийство - сказал он. - почему? - впал в отчаяние - от чего? - ни от чего - а ты откуда знаешь, что ни от чего? - у него уйма денег.

...каждый день, полный праздности, комфорта, презрения к самому себе, притуплял его способности и ослаблял его тягу к работе, так что в конце концов он совсем бросил писать.

У нее точный прицел, у этой доброй суки, у которой щедрые руки, у этой ласковой опекунши и губительницы его таланта.